— Хорошо. Мне нравится этот план. Одобряю. Товарищи, у меня для вас будет несколько заданий личного плана.

      — Что именно? — осторожно спросил Штеменко.

      — Сергей, нужно построить для меня и Ольги несколько резиденций. А то какой я правитель, если даже нет своей виллы? Вадим, для этой задачи нужно будет привлечь твоих солдатиков из инженерных войск и грузовые боты.

      — Так точно, — ответил Штеменко.

      — Где строить виллы? — спросил Лысов.

      — Во-первых, основную виллу нужно построить в пригороде столицы. Во-вторых, по вилле должно быть в каждом крупном городе государства. Но главное — мне нужна роскошная вилла на тропическом острове.

      — Какой именно остров вас интересует? — спросил Сергей Сергеевич.

      — Сейшельские острова. Там есть коралловые и гранитные острова, меня интересуют вторые. В том регионе не бывает ураганов и циклонов, ровный и тёплый климат, песчаные пляжи, к тому же острова в настоящий момент должны быть необитаемыми. Я склоняюсь к острову Маэ, как к одному из крупнейших на архипелаге.

      — А давайте махнём на Сейшелы? — озорным тоном предложил Лысов.

      В ответ на это предложение на него с негодованием посмотрел Штеменко.

      — А что, мне нравится эта идея, — сказал я, представляя морской бриз и песчаные пляжи.

      Всё лето я проспал, хотелось его наверстать. Тут же через нейросеть скинул Олегу сообщение с просьбой зайти. Он появился почти мгновенно, видимо, сидел в комнате ожидания в компании секретарши.

      — Санёк, что-то случилось? — обеспокоенно спросил он, кидая подозрительные взгляды на посетителей.

      — Нет, Олежа, всё отлично. Тут появилась идея. Я вдруг понял, что у меня нет своего дома. У всех есть квартиры, коттеджи, каюты на крейсере, а у меня только этот кабинет и каюта. Непорядок.

      — Это точно, — согласился Олег, слегка расслабившись.

      — Мы летим на Сейшелы, чтобы выбрать место для строительства моей загородной виллы. Заодно мои помощники тоже присмотрят себе местечко для дачи, — подмигнул я окружающим, вызвав у всех лёгкие улыбки. — Ш-ш-ша… — После стольких впечатлений даже мои прокаченные мозги не успели переварить всё и сразу вспомнить имя секретарши. — Шара!

      — Звали, Александр Иванович? — в открытую дверь заглянула брюнетка.

      — Да, зайка. Организуй нам поляну, мы летим на инспекцию в новую колонию.

      — А? — зависла секретарша, не поняв просьбы.

      Сразу видно, что набрали из местных, и с военными она раньше не работала — идиом не понимает.

      — Нам нужно собрать с собой корзинку выпить и покушать, — снисходительно улыбнувшись, пояснил Сергей Сергеевич, прекрасно поняв ход моих мыслей. — Только выпить не воды, а чего покрепче и повкуснее: коньяк, водка, вино, пиво…

      — А-а-а! — с пониманием протянула Шара. — Ясно. Сейчас всё будет.

      Секретарша тут же испарилась.

      — Алло, — донеслось от отошедшего в сторону Штеменко, который вызвал кого-то через нейросеть. — Это полковник Штеменко, дурень! Ты что, на ФПИ вообще внимания не обращаешь? Давно в нарядах не был, боец? — Он хмурился на невидимого нам собеседника. — Так-то! Готовьте к вылету десантный бот… Да не грузовой, дурень, а который с крейсера, нам надо долететь быстро. И направьте звено истребителей патрулировать воздушное пространство к острову Маэ сейшельского архипелага… Зачем, зачем — не положено вам такое знать, военная тайна. Истребители должны быть там вчера, а к боту должны прибыть две роты десантников для охраны важной персоны. Исполнять немедленно!

      — Вадим, в качестве охраны полетит отделение моих ребят, — тихо сказал министру обороны Олег.

      — Ничего, сотня десантников ещё никогда не была лишней при охране главнокомандующего, — спокойно произнёс Штеменко. — Мало ли, вдруг там окажутся аборигены или эти, халдеи. А на десантном боте места на всех хватит.

      — Действительно, лишние предосторожности не помешают, — согласился Олег.

      Генеральские пьянки… Раньше мне на них удавалось посмотреть мельком и лишь со стороны, теперь же я участвую в одной из таких в качестве главного действующего лица. Надо же! Разве мог представить пару лет назад такой карьерный рост: из старшины в генералиссимусы, от простого военнослужащего к императору?! А что? Я же царь царей, значит, император, какое хочу, такое себе звание и верчу. Раз главнокомандующий, значит, генералиссимус, единственный и неповторимый.

      Конечно, как Брежнев, грудь медалями обвешивать не собираюсь, но как не потешить чувство собственного величия, добившись вершин? Я же не скромница-отличница, которая мужского детородного органа в рот не брала и краснеет от слова жопа, а нормальный взрослый человек с амбициями и раздутым самомнением.

      Вообще, каждый человек мнит себя пупом земли и считает своё мнение единственно правильным. Умный человек умеет находить компромиссы и менять мнение под гнётом аргументов, дурак же будет уверен в своей правоте до последнего и никакие аргументы его не разубедят. Это я к тому, что дай власть, богатство и влияние в руки любого человека, он будет вести себя так, как считает нужным. Если человек добился вершин, он наслаждается этим, а не строит из себя скромного аскета. Хотя есть и такая категория людей, например, Сталин.

      Говорят, что Сталин был неприхотлив в быту и аскетичен. Тем не менее, у него была охрана, прислуга, личный шофёр и автомобили, элитные дачи по всей стране. И ни за что не поверю, что Сталин не оттягивался на полную катушку. Такое невозможно при напряжённой и нервной работе правителя страны, которому приходится принимать сложные решения.

Достоверно известно, что Иосиф Виссарионович любил смотреть кино, пить хорошие вина и коньяки, курил табак. Причём пил и курил Сталин много, он закатывал шикарные пирушки.

      И вот к нам присоединились премьер-министр и министр внутренних дел, которые не успели далеко уйти. Мы расселись по внедорожникам и поехали в авиачасть.

      Город красив. В основном его архитектура не блещет разнообразием, вокруг угловатые пятиэтажки, школы, магазины, парки. Но есть некий шарм в колониальном стиле построек Содружества. Вдоль каменной шестиполосной дороги выросли столбы освещения, лампы в которых небьющиеся, способны служить столетиями и работают от солнечной энергии.

      На обочинах через определённые промежутки мелькали бетонные остановки общественного транспорта. Наша процессия обогнала маршрутный автобус, полный людей. Мимо проезжали редкие грузовики. Машин пока было мало, как в начале двадцатого века, но у нас производство только запускается, строятся заводы, граждане в большинстве пугаются машин.

      Скоро откроются государственные банки, людям будут выдавать кредиты, они начнут покупать жильё и машины, привыкать к хорошей жизни. Пока же квартиры выдают лишь гражданам, работающим на государство, для остальных квартиры сдаются в аренду. То есть военные, милиционеры, служащие СБ, заводские рабочие, водители, чиновники, учителя, медики — все эти люди имеют право на личную квартиру — приличный городской уголок для жизни с полным комфортом, который высоко оценили даже жители двадцать первого века. Все они одеты с иголочки, сытые, довольные, словно ходячая реклама, которая вопит: «Смотрите на меня, я работаю на государство, дела у меня идут отлично. А вы всё ещё страдаете ерундой, глупое и необразованное быдло? Скорее идите в школу за знаниями, тогда, может быть, сумеете устроиться на завод».