Молочно-белый «Додж Дюранго» въехал в старинный квартал, медленно покатил по узким улочкам. Местечко выглядело не совсем приятным – периодически встречались праздно прогуливающиеся, вульгарно разодетые девицы, какие-то быковатой наружности личности с бритыми затылками, а в самом сердце квартала, в одном из старинных зданий расположился стрип-клуб, прятавший в своих недрах подпольное казино.

Додж замер аккурат напротив стрип-клуба. Андреа открыл перчаточный ящик – внутри лежал кольт Анджеллы.

«Если я войду туда с оружием – меня убьют сразу же» – подумал барон, и тотчас почувствовал, как внутри все леденеет от страха. – «А если я зайду без оружия – есть шанс, что меня сначала хотя бы выслушают…»

Он решительным движением захлопнул перчаточный ящик, вылез из машины, поднялся по ступенькам и потянул на себя массивную входную дверь.

Внутри было пусто. Основной пик посещений приходился на ночные часы, а сейчас здесь находился только бармен, старательно натирающий до блеска барную стойку.

– Добрый день, – сказал Андреа, подойдя к нему. – Я хочу увидеть вашего хозяина.

Говорил он вежливо, но вместе с тем требовательно. Бармен посмотрел на него, кивнул и скрылся в недрах служебного помещения. Через некоторое время он вернулся в компании двух парней в строгих костюмах – очевидно, охранников. Они быстро обыскали барона, после чего жестом предложили проследовать за ними.

«Путь назад отрезан, теперь только вперед» – подумал Андреа с некоторой долей обреченности.

Безвестно сгинуть в недрах стрип-клуба, принадлежащего не самому миролюбивому будапештскому семейству – приятного мало, на самом деле.

Его провели лабиринтом служебных ходов к лестнице, ведущей в подвал. Внизу было на удивление чисто, тихо и комфортно. Правда, количество охраны увеличилось в разы – чуть ли не через каждые пять-десять метров стоял страж с автоматом наперевес. Наконец его подвели к железной двери.

– К хозяину, – громко сказал один из охранников.

Краем глаза Андреа заметил зрачок видеокамеры, спрятанной под потолком.

Дверь лязгнула запором и отворилась. В небольшом предбаннике на потертых кожаных диванах разместилось десятка два мужчин. Стена была украшена стеллажом с оружием – автоматы, карабины, пистолеты, и даже пара пулеметов. Здесь его снова обыскали. Потом двое стражей, не слишком-то напрягаясь, приподняли стеллаж с оружием и отодвинули в сторону. За ним скрывалась потайная дверь.

За круглым столом заседали человек восемь. Он безошибочно узнал одного представителя семейства Бладсайн, занимающегося торговлей энергоносителями, двух представителей не менее достойного семейства Де’Сангриенте, торгующих результатами президентских выборов в ряде крупных европейских держав, остальные присутствующие кровососы были рангом помельче и потому – не так примечательны.

Играли в карты. Ставки были весьма высоки – узнав ежедневный оборот этого маленького подпольного заведения, владельцы крупнейших казино Монте-Карло без колебаний пустили бы себе пулю.

Едва он вошел, как все взгляды оказались обращены к нему. Да, не каждый день сюда приходил вампир из враждующей семьи. Тем более было интересно узнать его мотивационную часть.

– Приветствую Вас, барон Грейхарт, – поздоровался с ним мужчина, заседающий во главе стола, слегка поглаживая по бедру сидящую у него на коленях стриптизершу в одном нижнем белье. – Что привело Вас в мои владения?

– Здравствуйте, – Андреа слегка поклонился, выражая почтение всем присутствующим. – Мне нужна ваша помощь.

Некоторое время стояла тишина – собравшиеся осмысливали его слова. Затем грянул взрыв хохота. Действительно, смешно просить помощи у тех, кому ты еще вчера рвал глотки.

– А ну заткнулись все, – тихо произнес хозяин заведения, и власть его была такова, что все смеявшиеся тотчас умолкли. – Что я могу сделать для будущего короля?

Теперь уже удивлению собравшихся не было предела.

– Не только для короля, но и для королевы, – ответил Андреа.

– Пошла вон, – он бесцеремонно согнал с колен разомлевшую стриптизершу.

– Идемте, барон, я с радостью выслушаю все Ваши печали за бокалом не самого последнего коньяка…

Он поднялся из-за стола, забрал свой портсигар.

– Джентльмены, на сегодня игра окончена. Всем спасибо. Последний круг в зачет не идет, останемся при своих. Возражения? – хозяин оглядел своих гостей.

Желающих оспорить его решение не нашлось. Стать очередной проблемой, решенной на чудесном будапештском пустыре – не хотел никто.

В качестве личной резиденции Винсент Ле’Санг предпочитал обычную, ничем не примечательную трехкомнатную квартиру, с просторной гостиной и не менее просторной спальней, через которую прошло и не задержалось достаточно большое количество женщин – как человеческого, так и не человеческого рода.

Андреа сидел в гостиной, в любимом хозяйском кресле, и пил любимый хозяйский коньяк. Ле’Санг внимательно выслушал его рассказ и теперь курил, стоя и глядя на город сквозь панорамное стекло.

– Да, – сказал он наконец. – Положение скверное. Не волнуйтесь, барон. Я дам распоряжения моим людям – если они еще не покинули пределы округа, мы их быстро найдем.

– А если покинули? – спросил Андреа.

– Что ж, придется мне напрячь кое-какие связи, дабы нам разрешили провести нашу маленькую спасательную операцию на чужой территории, – сказал Винсент. – Андреа, я хочу, чтобы Вы понимали – для меня нет ничего невозможного. Если придется подключить весь мой административный ресурс – для Вас я пойду и на это.

– Интересно узнать причины Вашего великодушия, Винсент, – сказал Андреа.

– Чистый прагматизм, дорогой барон, – отвечал Ле’Санг. – Власть Элджина не вечна, она закончится, едва на престол взойдет Ваша драгоценная супруга. А мне надо иметь некоторые гарантии стабильности положения моего семейства при новой власти. В конце концов, еще в охотничьем доме Ваша половинка показалась мне весьма здраво рассуждающей особой, хоть и не слишком дальновидной. Я надеюсь на наш плодотворный симбиоз.

– Я думаю, нам есть на чем построить диалог, – сказал Андреа.

– Отрадно это слышать, учитывая Ваше влияние на будущую королеву, – Винсент повернулся, демонстративно поднял бокал. – За новую власть!

– За новую власть! – поддержал его тост Андреа.

Они выпили.

Она лежала на кровати, вжавшись в матрас. Сзади щелкнула дверь, в комнату кто-то вошел. Анджелла с ужасом осознала, что с огромным трудом различает звук шагов вошедшего. Чьи-то ладони коснулись ее плеч, заскользили вниз по бокам, касаясь груди.

– Ну, привет, моя хорошая! – раздался над ухом приторный женский голосок.

– Вот мы и встретились снова. Какая же ты сладенькая! – ладони чуть сжали грудь, коснулись сосочков, заскользили вниз к животу, стягивая простыню с Анджеллы.

– Марго, перестань, – жалобно простонала Анджелла и мысленно испугалась: «неужели это мой голос?»

– Нет, не перестану, принцесса моя! Я этого дня долго ждала! – ладонь Марго оказалась в самом низу живота.

– Прекрати, слышишь! – разозлилась Анджелла.

– Нет, девочка моя! Признайся, тебе ведь нравится! – сказала Марго и осторожно запустила ладонь между ног Анджеллы.

Собрав всю оставшуюся волю в кулак, Анджелла развернулась и полоснула девушку ногтями по лицу. Марго отпрянула, провела ладонью по щеке – на пальцах остались капельки алой крови.

– Убирайся, сука! – плюнула словами, словно ядом, Анджелла.

Марго бросила на постель большую спортивную сумку с одеждой и вышла вон. Недолго думая, Анджелла села поудобнее и принялась разбирать принесенные ей вещи. Порывшись с полчаса в разноцветных тряпках, она наконец извлекла сначала комплект французского дамского белья, нежно-голубого цвета, из бюстгальтера с тонкими кружевными чашечками и стрингов. Затем настала очередь черных джинсов и длинного облегающего пастельно-розового пуловера с шикарным вырезом, открывающим декольте. Довершили ее гардероб черные глянцевые туфельки на высокой шпильке.