«Где твое личико смуглое…»

Где твое личико смуглоеНынче смеется, кому?Эх, одиночество круглое!Не посулю никому!А ведь, бывало, охотноШла ты ко мне вечерком!Как мы с тобой беззаботноВеселы были вдвоем!Как выражала ты живоМилые чувства свои!Помнишь, тебе особливоНравились зубы мои;Как любовалась ты ими,Как целовала, любя!Но и зубами моимиНе удержал я тебя…1855

Прости

Прости! Не помни дней паденья,Тоски, унынья, озлобленья, —Не помни бурь, не помни слез,Не помни ревности угроз!Но дни, когда любви светилоНад нами ласково всходилоИ бодро мы свершали путь, —Благослови и не забудь!29 июля 1856

«Не говори, что молодость сгубила…»

Не говори, что молодость сгубилаТы, ревностью истерзана моей;Не говори!.. близка моя могила,А ты цветка весеннего свежей!Тот день, когда меня ты полюбилаИ от меня услышала: люблю, —Не проклинай! близка моя могила,Поправлю всё, что смертью искуплю!Не говори, что дни твои унылы,Тюремщиком больного не зови:Передо мной – холодный мрак могилы.Перед тобой – объятия любви!Я знаю: ты другого полюбила,Щадить и ждать наскучило тебе…О, погоди! близка моя могила —Начатое и кончить дай судьбе!..1856

«Внимая ужасам войны…»

Внимая ужасам войны,При каждой новой жертве бояМне жаль не друга, не жены,Мне жаль не самого героя… Увы! утешится жена,И друга лучший друг забудет;Но где-то есть одна душа —Она до гроба помнить будет!Средь лицемерных наших делИ всякой пошлости и прозыОдин я в мире подсмотрелСвятые, искренние слезы —То слезы бедных матерей!Им не забыть своих детей,Погибших на кровавой ниве;Как не поднять плакучей ивеСвоих поникнувших ветвей.<1856>

<Из поэмы «Коробейники»>

«Ой, полна, полна коробушка,Есть и ситцы и парча.Пожалей, моя зазнобушка,Молодецкого плеча!Выди, выди в рожь высокую!Там до ночки погожу,А завижу черноокую —Все товары разложу.Цены сам платил немалые,Не торгуйся, не скупись:Подставляй-ка губы алые,Ближе к милому садись!»Вот и пала ночь туманная,Ждет удалый молодец.Чу, идет! – пришла желанная,Продает товар купец.Катя бережно торгуется,Всё боится передать.Парень с девицей целуется,Просит цену набавлять.Знает только ночь глубокая,Как поладили они.Расступись ты, рожь высокая,Тайну свято сохрани!«Ой! легка, легка коробушкаПлеч не режет ремешок!А всего взяла зазнобушкаБирюзовый перстенек.Дал ей ситцу штуку целую,Ленту алую для кос.Поясок – рубаху белуюПодпоясать в сенокос, —Всё поклала ненагляднаяВ короб, кроме перстенька:«Не хочу ходить наряднаяБез сердечного дружка!»»1861

«Душно! без счастья и воли…»

Душно! без счастья и волиНочь бесконечно длинна.Буря бы грянула, что ли?Чаша с краями полна!Грянь над пучиною моря,В поле, в лесу засвищи,Чашу вселенского горяВсю расплещи!..1868

Николай Платонович Огарев (1813–1877)

На сон грядущий

Ночная тьма безмолвие приноситИ к отдыху зовет меня.Пора, пора! покоя тело просит,Душа устала в вихре дня.Молю тебя, пред сном грядущим, Боже:Дай людям мир; благословиМладенца сон, и нищенское ложе,И слезы тихие любви!Прости греху, на жгучее страданьеУспокоительно дохни,И все твои печальные созданьяХоть сновиденьем обмани!1840

Деревенский сторож

Ночь темна, на небе тучи,Белый снег кругом,И разлит мороз трескучийВ воздухе ночном.Вдоль по улице широкойИзбы мужиков.Ходит сторож одинокой,Слышен скрип шагов.Зябнет сторож; вьюга смелоЗлится вкруг него;На морозе побелелаБорода его.Скучно! радость изменила,Скучно одному;Песнь его звучит унылоСквозь метель и тьму.Ходит он в ночи безлунной,Бела утра ждетИ в края доски чугуннойС тайной грустью бьет.И, качаясь, завываетЗвонкая доска…Пуще сердце замирает,Тяжелей тоска.1840