Ухоженность, вкус и стиль преображают практически любую женщину. И если для достижения этой цели есть средства, желание и время, да еще при современном уровне развития косметологии, то это вполне посильная задача.

В конечном итоге мое давнее расследование вкупе с анализом сложились в законченную картинку. Поставив перед собой цель в виде Генри Старлингтона, мисс Доэрти разработала тактический план его завоевания в качестве мужа. Мужчина обладал незаурядным умом и внешней привлекательностью, кроме того, был достаточно искушен в отношениях с женщинами и совсем не жаждал связывать себя узами брака. Конечно, к нему нужен был особый подход, очень осторожный и тщательно продуманный.

Полагаю

, Элизабет

принялась за сэра Уильяма, стремившегося достойно женить сына. Сэру Старлингтону, давно страдавшему онкологическим заболеванием, было уже за шестьдесят и ему, по-видимому, было бы спокойнее за свое дело, если бы Генри женился на женщине, способной стать тому хорошим партнером в семейном бизнесе. Союз талантливого ученого и отличного администратора, вероятно, в глазах сэра Уильяма был предпочтительнее, нежели брак своего сына с аристократкой, не обладающей «нужным» набором способностей, тем более что проблем в то время – восьмидесятые годы прошлого столетия – у старого бизнесмена было немало: его юная дочь Элис сбежала с каким-то рокером, младшего брата Роберта Старлингтона убили из-за карточных долгов последнего. И на попечении сэра Уильяма осталась семья непутевого Роберта: супруга Маргарет и двое малолетних детей: пятилетний сын Дэвид и двухлетняя дочь Эмма.

Так что эффективное развитие семейного бизнеса было не только очень важным, но и жизненно необходимым для всего клана Старлингтонов.

Поэтому тридцатилетнему Генриследовало взять ответственность за продолжение, укрепление и развитие компании «Старлингтон энд Парк».

Своей незаурядностью мисс Доэрти, бесспорно, выделялась на фоне остальных потенциальных невест для мистера Генри.

И конечно же, его отец не мог не обратить внимание на способную и честолюбивую девушку

, понимая, что с таким

талантливым

менеджером можно добиться хороших результатов во многих совместных проектах. Д

ля успешной деятельности любого предприятия важен не только высокий профессиональный уровень сотрудников, но и другой важный аспект: их преданность интересам компании.

А

что может быть в этом плане лучше семейных связей, если, конечно, отношения между родственниками строятся на взаимном уважении и здравом смысле? И любовь в этом случае не играет такой уж значимой роли, нередко это чувство является большой роскошью, требующей огромных затрат, и их материальная составляющая отнюдь не самая высокая плата. Очевидно,

лучшей кандидатуры, чем мисс Доэрти, в качестве супруги для Генри Старлингтона, просто не существовало.

Такой девушке, как Элизабет, думаю, несложно было очаровать сэра Уильяма. В своей работе она уже успела проявить организаторские способности,

ум, вол

ю

, решительность и стрессоустойчивость

. Не у многих мужчин найдется такой «букет» качеств! Видимо, и сын сэра Уильяма оценил достоинства потенциальной невесты; так что через некоторое время мисс Доэрти вышла замуж за Генри Старлингтона. Вскоре у супругов родилась дочь Энн, чуть позже умер сэр Уильям. А спустя еще шесть лет мистер Генри разбился в автомобильной катастрофе. И в настоящее время Элизабет Старлингтон является президентом компании, основанной ее свекром, кроме того, ей принадлежит контрольный пакет акций торгово-производственного холдинга.

Несомненно, Минерва обладает

многими талантами и какой-то неоднозначной

харизмой,

скорее, обаянием хищницы сродни пантеры, поэтому пока я склонялся к мысли

, что

ее

энергетическое

поле нередко несет в себе отрицательный заряд.

Между собой сотрудники компании да и многие другие жители Тауэринг-Хилла, как уже упоминалось, называли миссис Старлингтон Минервой. Я не знаю, кто первый дал женщине это прозвище, но она вполне ему соответствовала. В римской мифологии Минерва – это богиня мудрости, искусств открытий, городов, покровительница ремесленников. Элизабет, конечно же, знала об этом, но относилась к своему прозвищу с легкой иронией, впрочем, как и ко всему прочему; тем более что сравнение с богиней вряд ли может кого-нибудь обидеть. У нее еще было одно негласное имя – Дама – понятно и кратко.

Я не психоаналитик, но, похоже, миссис Старлингтон не способна

была

на сильные чувства по отношению к другим людям, в том числе и

к своим

родственникам. Любила ли она своего мужа? Я не был с ним знаком и не могу судить о характере их

взаимо

отношений. Хотя, скорее всего, даже если бы ее муж

и

был бы жив, очень сомневаюсь, что супруги

Старлингтон

дали бы хоть какую-нибудь возможность охарактеризовать их семейный микроклимат. Такой вывод следовал из блеклой и серой картины взаимоотношений

Минервы

со своей дочерью Энн. Может, пословица, что на детях талантливых родителей природа отдыхает, верна? Во всяком случае,

в отношении

мисс Энн

Старлингтон

она

себя не очень-то утруждала

. При таких неограниченных возможностях наследница холдинга была напрочь лишена не только честолюбия, но и обычного женского тщеславия, и проявляла

странное

равнодушие к

перспективе

когда-нибудь надеть «корону» империи. Но, справедливости ради, надо

заметить,

жизнь этой девушкибыла скрыта от посторонних глаз.

И такие

выводы основыв

ались

не только на затворническом образе жизни Энн;

другие, весьма разнообразные источники, из которых я черпал сведения, тоже не были комплиментарными по отношению к юной мисс Старлингтон.

За все время моего, более чем двадцатилетнего пребывания в Тауэринг-Хилле я нечасто общался

с

этой странной и нелюдимой девушкой

.

Нас познакомил мой отец. Работая в службе безопасности миссис Старлингтон, он как-то взял меня с собой, конечно, с ведома миссис Старлингтон. Энн тогда было лет шесть и она мне показалось славным и любознательным ребенком. Поэтому позже, когда я слышал различные слухи о мисс Старлингтон – считал их несколько преувеличенными из-за зависти или по какой-то другой причине. После той, давней, встречи мне не приходилось с ней встречаться даже мельком. Но когда я

встретил

е

е

уже подросшей – был очень удивлен. Славненькая и неглупая девчушка превратилась в совсем непривлекательную и заторможенную девушку: прыщавая кожа, сонные, безучастные глаза на рыхлом лице, напоминающем сдобу плохого качества,

сальны

е

жиденькие волосы

какого-то неопределенного мышиного цвета – в общем-то,

не самый хороший комплект внешних данных для будущей наследницы миллионов.

Достаточно высокая, с вполне округлившимися формами, не очень заметными на ее полной фигуре,

Энн показалась

мне апатичн

ой

и неразвит

ой

личностью

. При этом юная мисс

Старлингтон

обладала очень красивым голосом, бархатным и не по-детски чувственным. У нее были большие голубые глаза и правильные черты, но, утонув в жировых складках пухлого

лица, они

безнадежно утратили свою выразительность. За длительный период, прошедший с того времени, в девушке изменилось не так много, как следовало бы.

Ее мать,

скорее всего, давно махнула рукой на нерадивую дочь. Что ж, и на Солнце

бывают

пятна.

Остальная элитная тусовка тоже относилось к Энн с нескрываемым пренебрежением. А мне было жаль девушку. Какая злая ирония судьбы! Подарив этой девочке удачу родиться в знатной и могущественной семье, она забрала у нее одну из самых важных потребностей для любого человеческого существа – желание познавать, умение мыслить и развиваться, то есть все то, что обеспечивает человеку полноценную жизнь. Трудно назвать такой обмен хорошим, тем более – счастливым. Я очень сочувствовал мисс Старлингтон, но чем я мог ей помочь?

То ли дело двоюродная кузина

Энн, мисс

Линда Доэрти. Ее родители погибли в авиакатастрофе. Отец Линды, Майкл Доэрти, был старшим братом Элизабет. Миссис Старлингтон, оформив опекунство, стала воспитывать тринадцатилетнюю племянницу в своем доме. Надо сказать, девочка оказалось очень способной в освоении учебных дисциплин. Но по тем немногим,

мимолетным встречам,

которые у меня с

лучались

с Линдой, я сделал вывод:

мисс Доэрти –

чрезвычайно любопытна

я особа,

проявляющая повышенное внимание не только к наукам.