Полин пришла без минуты час. Она меня даже немного разочаровала: ничего яркого или вызывающего. Хотя я не сразу ее узнал: девушка была в шерстяном платье карамельного цвета, и на ее лице был заметен легкий макияж. Чуть подкрашенные серые-глаза и тронутые блеском губы, уложенные пепельные волосы, отливающие серебристо-фиолетовым ореолом, – весьма привлекательный образ! Фигура Полин не изменилась, но это и не требовалось. Все что было нужно мисс Форестье, так это – держать спину прямо и не смотреть «глубоко в себя». Полин выбрала наряд, подчеркивающий ее тонкую талию и стройные ноги. Я нечасто имел счастье встречать эту девушку, но обычно ее внешний вид вызывал у меня недоумение и тоскливые мысли о тяжелом детстве Мышки, но сегодня образ мисс Форестье радовал мой взор.

Ушлый официант, опередив меня, отодвинув перед ней кресло.

– Доброе день, мистер Лоутон, спасибо, что вы откликнулись на мою просьбу, – Полин радостно улыбнулась, наверное, заметив, что ее преображение произвело на меня должное впечатление.

Мне показалось, что даже тембр ее голоса приобрел интригующий и сексуальный шарм. Как умело, оказывается, женщины могут одурачивать мужчин, если захотят. А я еще себя мнил тонким психологом и знатоком женской натуры! Сколько раз я видел Полин и ни разу не смог рассмотреть в ней привлекательную девушку. Видимо, каждая женщина носит в себе набор разных образов, и являет миру тот, который ей нужен в данный момент.

– Добрый день, – ответил я, невольно распрямив плечи. – Это я должен вас поблагодарить, – запнувшись, я замолчал, чуть растерявшись. Никогда не мог выражать свою печаль или огорчение. Да и зачем? На самом деле я считал уход профессора в мир иной вполне удовлетворительным, хотя бы по той причине, что он этого хотел, поэтому и не считал нужным впадать в сентиментальную риторику, к тому же в основе своей – лицемерную. – Мисс Форестье, мне очень важны обстоятельства смерти мистера Биггса. Я очень ценил наше с ним общение. И, надеюсь, что сейчас профессор обрел те недостающие знания о мироздании, о которых он грезил здесь, в этом мире, – я говорил искренне, но не забывал при этом наблюдать за выражением лица моей привлекательной собеседницы. Ее глаза, казалось, погрустнели, но тень легкой улыбки мелькнула на губах Полин. Мимо моего внимания не ускользнул артистический рисунок бровей девушки, ее высокие скулы, свидетельствующие о склонности к авантюризму. Увлекшись анализом, я даже не заметил, что Полин смотрит на меня удивленно и выжидательно. – Да, хочу вам сказать: вы сегодня ослепительно выглядите, – с опозданием выпалил я скороговоркой банальный комплимент, надеясь, что минутную паузу она спишет на мое молчаливое восхищение ее внешностью. – Может, сделаем заказ, а поговорим за кофе?

– Пожалуй, но если вы не против – я начну рассказывать раньше, а за кофе вы сможете мне задать вопросы, если они у вас возникнут. Только не обращайтесь ко мне так официально, можно, просто по имени.

– Хорошо, Полин. Но у меня аналогичная просьба.

Полин слегка пожала плечами, кокетливо улыбнувшись:

– Отлично.

Ни мне, ни ей не понадобилось смотреть меню. Видимо, как и я, она тоже часто бывала в этом уютном заведении. Здесь вкусно готовят, демократичные цены, единственный недостаток: ассортимент блюд не отличается большим выбором и не часто пополняется новыми яствами.

Подошел официант с подносом и стандартной улыбкой, очевидно, он ее тоже получает на складе вместе со своей униформой. Поставив на бежевую скатерть наш заказ, молодой человек пожелал нам приятного аппетита, но мимика его лица абсолютно не изменилась.

Достаточно быстро мы съели овощные салаты и сэндвичи: я – с телятиной и ветчиной, Полин – с тунцом и паштетом. Описание девушкой недавнего трагического события с профессором Биггсом заняло немного времени, но Полин смогла достоверно и обстоятельно передать мне картину случившегося в доме Алана Биггса; у меня даже появился эффект собственного присутствия на месте трагедии. Особенно впечатлило то, как девушка описывала вид недавно умершего старика. Видимо, Полин изложила мне ту же версию смерти профессора, которую рассказывала и полицейским. Такой вывод следовал из ее четкого изложения, возможно, даже заученных фраз. По некоторым невербальным признакам я пришел к не очень приятному для себя итогу: моя привлекательная и хитрая визави мне лгала. Может, не во всем, безусловно, но тем не менее, а это обстоятельство навело меня на определенные размышления. Я не стал разочаровывать девушку, сделав вид, что абсолютно ей поверил. Но самое главное она мне сказала за кофе; и это ее сообщение повергло меня в шок: оно не могло быть неправдой!

Глотнув капучино, Полин сказала:

– Я назначила вам встречу, потому что об этом меня попросил профессор Биггс.

От удивления я чуть было не пролил из своей чашки латте макиато, но, удержавшись от вопросов, которые пчелиным роем загудели в моей голове, молча ждал продолжения.

– Нет, не подумайте, мистер Биггс не умер у меня на руках, прошептав в предсмертной агонии свою последнюю просьбу, касающуюся вас, Марк. Так бывает только в кино.

– В книгах тоже.

– Да, конечно. Но в жизни все обстоит несколько сложнее. Не правда ли?

– К сожалению. Я бы даже заметил: намного сложнее.

– Так вот. Я могу точно вспомнить тот день. Я же у старика бывала два-три раза в неделю. – Она достала из сумочки носовой платок, и коснулась им своих широких ноздрей. – Это было за пару дней до его смерти.

– И я так понимаю, что после того вы уже не видели его живым? – Я специально перебил Полин, сделав на этом акцент, чтобы увидеть ее реакцию. Похоже, она в этом случае не врала.

– Правильно понимаете. Был вечер. Я сварила кофе себе и профессору. Мы разговаривали о том, как похорошела мисс Энн Старлингтон. Кстати, мистер Биггс нечасто позволял себе такую редкость, я имею в виду общение. – Взглянув на меня пристально, Полин пояснила: – Во всяком случае, со мной, а уж тем более он не опускался до обсуждения чьей-то внешности или поступков… Профессор не был сплетником. Так вот, допив кофе, я поднялась из-за стола и тут мистер Биггс произнес такую фразу: «Полин, я, возможно, уже не смогу увидеть детектива Марка Лоутона, передайте ему при встрече, пожалуйста, что француженку убили. Очень вероятно, что убийца – женщина». Я тогда удивленно посмотрела на него, но он попросил меня ничему не удивляться и добавил следующее: «Если вдруг я его встречу – сам скажу». А я у него спросила: – А как я узнаю, что вы ему это уже сказали?» Он ответил: «Все равно скажите. Надеюсь, это моя просьба не составит вам большого труда?» Я ответила, что, конечно, нет. И буду только рада оказать ему любезность. – Полин замолчала, внимательно глядя на меня. Я тоже молчал, размышляя о сказанном ею и наблюдая, как медленно тает узор цветка на поверхности моего «запятнанного молока», старания бариста я смог оценить пока только визуально. Затем, все же сделав пару глотков порядком остывшего напитка, я спросил:

– Полин, вы передали мне фразу профессора слово в слово?

– Да. И, предвещая остальные ваши вопросы, сразу поясню: ничего больше мне мистер Биггс не говорил и не пояснял.

– И вы не знаете, о какой-такой француженке говорил мистер Биггс?

– Понятия не имею.

– Хорошо. Спасибо, Полин. Вы действительно оказали мне помощь. – На самом деле, девушка доставила мне головную боль, которую нельзя было вылечить при помощи таблеток.

– Вы знаете, я об этом не рассказывала инспектору. Но я же обещала профессору, что скажу только вам. – Запнувшись, мисс Форестье сцепила тонкие пальцы с едва заметным розовым маникюром в замок. – И я не знаю, что мне теперь делать.

– Прежде всего, Полин, успокойтесь. Вам ничего не нужно делать. В смерти профессора нет ничего криминального. И еще раз хочу сказать вам большое спасибо.

– Да я действительно хотела угодить профессору, – прерывисто ответила она, склонив голову набок и, чуть настороженно взглянув на меня. – Хорошо, я так и сделаю, – решительно сказала девушка и спросила: – Скажите, Марк, а что вы думаете о смерти мисс Кэмпион? Вы верите, что она сама утонула? – Полин, заметно успокоившись, проявила обычное любопытство, но почему-то задала совершенно не тот вопрос, который я ожидал и который логически вытекал из нашей беседы. А это было очень важно!