Не успев договорить до конца фразу, она была уже у двери. Марта чувствовала себя на стартовой позиции: через пару часов она будет в штаб-квартире канала «Премиум» и сможет немного расслабиться. Даже находясь в окружении части своих клиентов, она любила такие приемы, где вам так хорошо прислуживают. Филипп Серра был ужасным и циничным человеком, но принимать гостей он умел.

Парикмахер уже ждал ее, и Марта, пока он работал над ее волосами, просидела в кресле с закрытыми глазами, протянув руку маникюрше, которая могла бы сделать красивой даже ласт ушастого тюленя. Выходя из института красоты, она прекрасно себя чувствовала.

Жилище ее находилось в четырехстах метрах, и она сказала Дамьяну, что пройдется пешком, чтобы он ее не ждал. Войдя в дом, Марта была неприятно удивлена тем, что для подготовки у нее оставалось не более получаса. Видно, весь этот день она была обречена везде опаздывать! С автоответчика дважды раздался голос Марио, который с некоторой обидой желал ей хорошо провести вечер. Потом раздался голос одной из ее помощниц, подтвердившей, что утром должен был состояться завтрак с Софи Ракен, телеведущей молодежного канала, которая хотела иметь личного пресс-атташе. Марта сняла трубку и надиктовала на голосовой ящик помощницы, что на встречу непременно придет.

Наконец она смогла сосредоточить свое внимание на шкафу и достала оттуда простенький костюм из серой фланели, оживив его шелковой блузкой сливового цвета, маленькой сумочкой и черными туфлями. Когда она спустилась к своему водителю, на плечах у нее была широкая шаль.

Усевшись на заднее сиденье, она достала из сумочки свою косметичку и положила ее рядом, чтобы та была под рукой за пару минут до подъезда к штаб-квартире канала «Премиум». До здания телеканала было минут пятнадцать езды, но это было еще одним ритуалом Марты: она должна была подправить свой макияж перед тем, как выйти к людям. Или, скорее, к свету. Все это она исполнила до того, как Дамьян пожелал ей приятного вечера и договорился о том, в котором часу ночи он будет ждать ее, чтобы отвезти домой. Энергично стуча каблучками, она пересекла мощенный булыжником дворик, подошла к турникету в холле и с улыбкой вошла внутрь. Ей дьявольски хотелось выпить бокал вина!

Элен Манвиль,

телеведущая детских программ

— Я лесбиянка. Когда я произношу эту фразу, у меня весь рот дерет. Я бы предпочла съесть несколько килограммов перца, нежели произнести это в обществе. Не знаю, понимаете ли вы, как это тяжело: мне уже перевалило за тридцать, я ношу прическу хвостиком и разговариваю так, словно мне десять лет. Разве я нормальная? Законно ли быть телеведущей передач для детей, когда ты лесбиянка? Вы, человек знающий, что хорошо и что плохо, что правильно, а что неправильно, можете ли вы мне сказать, должна ли я продолжать принимать наркотики для того, чтобы все это выносить?

— Дело все в том, что детишки вами восхищаются, что они вас любят, а разве вам этого мало?

— Что значит: они меня любят? Они любят меня, потому что их родители разрешают видеть меня по телевизору? Но настанет день, когда они узнают, что короткие штанишки я предпочитаю кружевным трусикам, они меня возненавидят. И «Премиум» так же со мной поступит!

— Да почему же они должны вас ненавидеть? Вам не кажется, что у людей изменилось мировоззрение?

— Только не в том случае, когда речь идет о девушках. Я подаю плохой пример. Я так уверена в том, что стала ненавидеть этих малышей с их щербатыми улыбками, с их цепкими ручонками, хватающими меня за передник, их пронзительные крики, когда они фальшиво поют мои дебильные песенки, и их граничащие с истиной вопросы. Я работаю телеведущей программ для детей и при этом ненавижу этих детей. Это вам не кажется проблемой?

— Именно поэтому-то вы здесь и находитесь, мадемуазель Манвиль.

— Не произносите моего имени, вы не знаете, каково быть известной… Представляете, что будет, если на выходе из вашего кабинета меня снимет какой-нибудь папарацци?

— Я полагаю, что вам следует сосредоточиться на самой себе, не на своем имидже.

— Легко сказать! Моя профессия напрямую связана с имиджем. Если он будет запятнан, я снова вернусь в помойную яму!

— А вы что, уже были в помойной яме до того, как попали на телевидение?

— Это я так выразилась.

— Тогда начните с того, что скажите правду.

— Я ведь вам говорю то, что никогда не посмела бы сказать кому-то другому, даже во сне. А вы хотите, чтобы я открыла вам правду?! Да вот она ПРАВДА, и тут я ничего не могу изменить: это моя правда!

— Я хотел бы поговорить о помойной яме. Во время предыдущих сеансов вы рассказывали мне о вашей юности в Лионе в одной буржуазной семье… Это не имеет ничего общего с помойной ямой. Допустим, что здесь, в Париже, вы все потеряете: разве ваши родители не примут вас?

— Думаю, что примут.

— Вы признались им в том, что имеете гомосексуальные наклонности?

— Нет, а зачем? Разве родители имеют какое-нибудь отношение к сексуальности их ребенка? С матерью я говорю о юбке, которую купила на распродаже, с отцом о только что вышедшем диске с рок-музыкой, но не спрашиваю их между грушей и сыром, не будут ли они против, если я обвенчаюсь с девушкой, а не с парнем!

— А может быть, сделать это с юмором?..

— Вы считаете, что легко изображать клоуна, открывая родителям свои сексуальные наклонности?

— Вы считаете себя убежденной лесбиянкой?

— Во всяком случае, я не тайная лесбиянка. Я предпочитаю девушек, уже давно я поняла, что не смогу жить с парнем… Но если слово «убежденная» означает предпочитать девушек и не стыдиться этого, тогда я не убежденная.

— У человека всегда есть выбор, вы в это не верите?

— В абсолюте — да. Но в реальной жизни — нет.

— Так что же вам мешает: ваш имидж, ваши родители, мораль?

— Бинго! И то, и другое, и третье! Видите, вам не хочется избавляться от меня… А поскольку, как кажется, люди обычно влюбляются в своих психоаналитиков, мы обе будем продолжать деловые отношения!

Доктор Кристин Анук несколько мгновений глядела на нее, потом зажгла ароматизированную свечу, стоявшую на ее столе. Элен глядела на нее глазами львицы, подстерегающей свою добычу. Это продолжалось до тех пор, пока психотерапевт не заговорила снова:

— Расскажите-ка мне, как проходит ваш день? Просто и четко. Увидите, мы сможем извлечь из этого уроки.

— Ну, тут-то все просто! Как мне это рассказать? Типа: поскольку на улице было тепло, я решила пройтись пешком?.. Мне надо было во второй половине дня записать две передачи, но поскольку было еще слишком рано?..

Элен бросила взгляд на своего психоаналитика, но та смотрела на нее вопросительно.

— О'кей, вы решили не прерывать меня, да? — раздраженно произнесла Элен.

— У меня нет необходимости прерывать вас. Вы должны понять, что сеансы являются теми моментами, когда вы разговариваете сама с собой, а не с кем-то другим. Все, что вы скажете, пойдет своим путем. Поверьте, я не буду подталкивать вас в вашем изложении, вы сами очень хорошо сумеете все сделать. В этом одно из ваших достоинств: обостренное чувство того, кем вы являетесь.

— Ах так? Ну, если хотите…

Элен решила усесться поудобнее и откатилась на стуле с колесиками назад. Уставившись в низкий потолок, она продолжила:

— Однако именно с вами, тщательно порывшись в моей башке, мне удается отыскать ответы на мое удрученное состояние. И мало к тому же сказать, что оно серьезно. Мне не в чем упрекнуть мужчин: мне нравится быть в их компании. Но я никак не могу сказать, почему меня к ним не влечет. Кстати, именно в этом заключается одна из моих проблем: я не испытываю никакого влечения к мужскому полу. И хочу засыпать только в объятиях женщины.

Почему? Я прихожу на консультации вовсе не только потому, что мой общественный имидж не соответствует реальности, а потому еще, что мне хотелось бы понять причины, заставляющие меня предпочитать женскую нежность мужской силе.