Благополучно доставив пассажирку и вещи, таксист не удержался и язвительно поинтересовался, как скоро ждать вызова. ОНА поблагодарила хама и ядовито ответила, что следующая встреча состоится очень нескоро, а скорее всего – никогда…

Новая дверь, словно портал в неведомое измерение. Врата в другую жизнь. Оставалось вдавить кнопку звонка и броситься в объятия потенциального мужа. С актерской убедительностью изобразить страсть, нарисовать любовь, показать желание быть с нелюбимым…

***

Игра принесла успех. Последующие события, объяснения, слезы, признания, заверения, жалобы, глупые вопросы и пустые ответы стерлись из ЕЕ памяти, как ненужное домашнее видео стирается со старой магнитной ленты…

Александр, шокированный неожиданным приездом и окончательно добитый вновь открывшимися обстоятельствами, растеряно согласился…

***

Ночь накрыла землю дырявым, черным плащом, принесла прохладу, звездопад и мысли с льдистым оттенком грусти. ОНА ощущала равнодушное и спокойное, страшное своей безучастностью и безразличием одиночество. Лежа в сонных объятиях чужого и нелюбимого человека, девушка чувствовала липкую грязь творимого представления. Неконтролируемые слезы медленно стекали по некрашеным щекам и растворялись на губах, распухших от старых ударов и новых поцелуев. ОНА внимательно смотрела на безмятежно спящего, обманутого мужчину и не знала, что делать дальше…

Начало строительных работ. Они собрались возводить здание общего дома, но лишь ОНА знала, что фундаментом для будущего семейного гнезда служит зыбкая, похожая на смертоносный песок аравийских пустынь, ненадежная лож. Девушка тихонько всхлипнула. ОНА готовилась лгать всю жизнь. Будущему мужу и малышу. Маме, друзьям и коллегам. ЕМУ… Нет! ЕМУ ОНА лгать не станет! Черноволосый больше не появится в ЕЕ жизни! Ни-ког-да!

Выжатая и уставшая. ОНА не знала, сможет ли вынести этот тяжкий груз, все думала, думала об этом и медленно-медленно проваливалась в непознанное царство непредсказуемого шутника Морфея…

***

ЕЙ снился сон…

ОНА, растворенная в трагическом одиночестве, посреди бесконечного, изумрудно-синего океана. Траурное небо раскинуло над безбрежной гладью серые хлопья скучных облаков. Единственная устойчивая твердь – утлая, почерневшая от времени и непогоды деревянная лодчонка. Да и устойчивость эта весьма относительна…

Плохо проконопаченные швы, из которых торчит клочковатая пакля и белесые кристаллы затвердевшей смолы медленно, но неумолимо пропускают воду. Соленая кровь океана лужицей скапливается на днище, заваленном бурыми водорослями, щепой и всевозможным мусором.

ОНА вычерпывает воду. Знает, что рано или поздно судно обратится в плавучий склеп, пойдет ко дну, но продолжает свой методичный труд, похожий на изыскания старика Сизифа. Зеленоглазке кажется, что занятие это не имеет начала и не знает конца. Вся ЕЕ жизнь, от мгновения рождения и до последнего колокола смерти, заключена в круговерть непрерывного единоборства со смертоносной влагой. А берега нет и помощи ждать неоткуда!

Единственное живое существо на тысячи миль вокруг — маленькая, лохматая обезьянка с умными глазками-бусинками цвета содомского грехопадения. Зверьку, скромно примостившемуся на корме суденышка, явно холодно. Он жалобно верещит, умоляет о помощи и защите. Но девушка неспособна что-либо сделать! Продрогшая и голодная, промокшая и уставшая, ОНА давно пала духом и не может помочь даже самой себе…

Так проходят минуты, часы, дни… Острые грани отчаяния режут ломти отмеренного времени, резаки секунд кромсают кромки жизни. ОНА давно потеряла надежду на спасение, и лишь тлеющий огонек веры удерживает девушку от последнего шага в зовущие объятия черной бездны. А еще — трагические глазки обезьянки…

В недоступной вышине яростно грохочут металлические раскаты грома. Ветвистая молния рваной трещиной прочерчивает небосвод. Охваченная ужасом обезьянка мечется по корме и что-то отчаянно верещит на своем горластом языке. Огромная отара фиолетово-серых туч сбивается в многоголовое, рыкающее чудовище…

Начинается дождь. Миллионы холодных капель, крупных, разбухших и наглых готовятся ринуться в атаку. Голос дождя, несущий в сути своей жизнь, звучит в ушах зеленоглазки трубным глашатаем смерти…

Вдруг, на фоне расплывчатой линии горизонта, возникает белая точка. Она быстро движется, растет, и становится ясно, что это — океанская яхта.

Надежда — последнее прибежище слабых, мгновенно воспламеняет угасшее желание жизни! ОНА призывно кричит, и вопль ЕЕ непохож на человеческий. Он не несет разум. Что-то неимоверно древнее, доставшееся в наследство от студенистых комочков неизмеримо далекого прошлого призывает на помощь чудо. Обезумевшая обезьянка носится по лодке, прыгает и безостановочно верещит…

Яхта все ближе. Уже возможно в мельчайших деталях рассмотреть элегантный корпус цвета свежевыпавшего снега. Можно прочитать выведенное черно-золотыми латинскими буквами название судна – «Bogus». Яхта почти летит, едва касаясь днищем взволнованной поверхности океана…

Но, что это?! ОНА не верит собственным глазам! На кинжалообразном носу корабля, черноволосый, высокий и загорелый, в капитанской шапочке с серебряными кокардой стоит ОН. Мечтательный и одновременно строгий взгляд направлен в затянутую антрацитовыми тучами бесконечную даль. Дождь хлещет по смуглым плечам, поливает мощный, полуобнаженный торс. Рыжеволосая девушка прижимается к НЕМУ, словно молодая березка, ищущая защиты под сенью могучего явора. ОН нежно поглаживает плечико очаровательной подруги, не отрывая напряженного взора от незримого, подвластного только ЕГО пониманию откровения пустоты…

Яхта, словно стрела с белоснежным оперением, проносится мимо и не замечает погибающую лодку с несчастными пассажирами! Из огромных стерео колонок парни группы» Metallica» кричат о «Непрощенных…

Девушка понимает смысл песни. На короткий миг мгла будущего развеивается, и ОНА с ужасом видит фантасмагорию грядущего: