«А свадьбы не было у нас…»

А свадьбы не было у нас. Не пировали с шумом-громом. И наше счастье напоказ Не выставляли всем знакомым. Мы были взрослыми вполне, И вот без загсовской печати Ты переехала ко мне, Забрав поношенные платья. И я смотрел тебе в лицо, И говорил:           «Не надо плакать!» Соединяют не кольцо И не свидетельство о браке. Об этом вспомнил я сейчас, Смотря сквозь прожитые годы. С тобой прошли мы все невзгоды. А свадьбы не было у нас.

«Ты упрекаешь в ревности меня…»

Ты упрекаешь в ревности меня, Но кто из любящих меня                                     осудит? Как не бывает дыма без огня, Так без любви               и ревности не будет. На волнах, На асфальте, На тропе — Везде и всюду Ты со мной незримо. Люблю тебя! И ты в моей судьбе, Как моряку маяк, Необходима. Пока ты светишь, Всё мне по плечу, Не отвлекут случайные зарницы, Ревную —          это значит:                          я хочу С хорошими, Нет, с лучшими, Сравниться!

«Над рекою прошли облака…»

Над рекою прошли облака И напомнили мне о тебе: Ты,    как те облака,                        далека, Но в моей отразилась судьбе. Как и ты,            пронеслись облака, К горизонту стремясь стороной. Ну а чтоб не мелела река, Нужен ливень в засушливый зной. Надвигается шорох песка, Вызывая в осиннике дрожь… Облака,          облака,                   облака, Для кого бережете вы дождь?

«Течет, бурля и беспокоя…»

Течет,       бурля и беспокоя, Толпа широкою рекой. И островком           стоят в ней двое, Толпы —        как будто никакой. Ворчат седые:           «Как не стыдно? В обнимку —           среди бела дня!» Эх, люди,            мне за вас обидно, Поймите правильно меня: Как постареем — не заметим, И забываем сразу дни, Когда казалось нам,                              как этим, Что в целом мире мы одни. А не припомнится такое, Махни на жизнь свою рукой! Как островок                    весь вечер двое Стоят в толпе                     и над толпой.

«Себя считать я должен виноватым…»

Себя считать                я должен виноватым, Что без тебя             брожу                    в краях лесных? Любовь кого-то делает крылатым И крылья подрубает                               у иных. Нет, не ревнуй К путям и километрам! Ведь не от счастья все-таки скрипят Все флюгера, Что вертятся под ветром И не летят!

«Чтоб видеть больше…»

Чтоб видеть больше, Больше знать с годами, Мы для того, наверно, и живем. Деревья, Словно черными плодами, Увешаны обильно вороньем. Я и не ведал, Что порою тучи Из воронья бывают сплетены. Чтоб встать над ними, Лезу я на кручи, Где все четыре стороны видны. Где месяц, Словно на клеенке синей. Забыт подобно стертому ножу. Не в горы ухожу я                        из низины, Из осени я В зиму выхожу. Внизу приходит утро постепенно, А здесь, на кручах, день уже настал. И зимний ветер пахнет свежим сеном, — И этого, признаться, я не знал. Ты, жизнь моя, заставила скитаться Неблизкими дорогами страны, Но я не разучился удивляться До седины И в пору седины. Пусть разомкнутся хвойные ресницы, Когда я рухну где-то под сосной, Чтоб в миг последний смог я удивиться: Как ярко солнце Светит Надо мной.

«Жизнь, чтобы жить…»

Жизнь, чтобы жить: Любить и ненавидеть, Работой наслаждаться до конца, И звезды видеть, И травинки видеть, И слышать писк голодного птенца. Жизнь, чтобы жить: И петь, и веселиться, И плакать, Если слез не удержать, Когда опять летят над нами птицы И осень осыпается опять. Жизнь, чтобы жить: Встречаться, расставаться; Вагонная закрылась плотно дверь, Но надо жить, Хоть нам давно за двадцать, И сердце все в зарубках от потерь. И пусть уже ты — далеко-далёко, Как радиоприемники —                                          сердца. Жизнь, чтобы жить: Не умирать до срока, Жить до конца, До самого конца.