Индейцы, державшие Кору, занесли над ней свои томагавки.

Кора! Кора! — повторил Ункас, кидаясь вперед с быстротой оленя. — Это девушка! — кричал разведчик. — Мужайтесь, леди! Мы идем! Мы идем! При виде пленницы погоня началась снова с удесяте¬ ренной быстротой. Но путь был неровен и местами почти непроходим. Ункас бросил свое ружье и перепрыгивал че¬ рез все препятствия с головокружительной быстротой. Хей¬ ворд последовал его примеру, хотя минуту спустя оба они могли убедиться в безумии своего поступка, услышав звук выстрела, который успели дать гуроны, пробегая по прохо¬ ду в горы. Пуля, пущенная одним из них, слегка ранила молодого могиканина. — Мы должны схватиться с ними врукопашную! — сказал разведчик, отчаянным прыжком перегоняя своих друзей. — Негодяи перебьют нас всех на этом расстоянии. Смотрите, они держат девушку так, чтобы она служила щитом для них! Хотя товарищи не обратили внимания на его слова или, вернее, не слышали их, они последовали его примеру и с невероятными усилиями подобрались к беглецам настоль¬ ко близко, чтобы видеть, как два вюина вели Кору, а Магуа распоряжался, отдавая приказания к бегству. Одно мгно¬ вение все четыре фигуры ясно вырисовывались на фоне не¬ ба, а затем исчезли. Вне себя от отчаяния, Ункас и Хей¬ ворд напрягли усилия, и без того почти нечеловеческие, и выбежали из пещеры как раз вовремя, чтобы заметить, каким путем удалились преследуемые. Приходилось подни¬ маться в гору опасной, трудной тропой. Разведчик, обремененный ружьем, шел позади Хейвор¬ да; Хейворд следовал по пятам Ункаса. Всевозможные пре¬ пятствия преодолевались с невероятной быстротой; при других обстоятельствах эти препятствия казались бы не¬ преодолимыми. К счастью для преследователей, гуроны, задерживаемые Корой, не могли бежать так быстро. — Стой, собака вейандот! — кричал Ункас, потрясая блестящим томагавком. — Делавар приказывает тебе оста¬ новиться! — Я не пойду дальше! — крикнула Кора, внезапно останавливаясь на краю утеса, высившегося над глубокой пропастью. Убей меня, если хочешь, гурон: я не пойду дальше! 828

Индейцы, державшие девушку, немедленно занесли над ней свои томагавки, но Магуа остановил их поднятые руки. Он вынул свой нож и обернулся к пленнице. — Женщина, выбирай, — сказал он: — или вигвам Хитрой Лисицы, или его нож! Кора, даже не взглянув на него, упала на колени и, про¬ тянув руки к небесам, проговорила кротким, но твердым голосом: — Господи, реши мою судьбу! — Женщина, — повторил Магуа хриплым голосом, на¬ прасно стараясь поймать хоть один взгляд ее ясных бле¬ стящих глаз, — выбирай! Однако Кора не обращала на него никакого внимания. Гурон задрожал и высоко занес руку с ножом, но нереши¬ тельно опустил ее, как бы сомневаясь. После недолгих ко¬ лебаний он снова поднял клинок; как раз в это время над его головой раздался пронзительный крик, и Ункас, прыг¬ нув со страшной высоты на край утеса, упал между ними. Магуа отступил, но один из его спутников воспользовался этим мгновением и всадил нож в грудь Коры. Гурон бросился, словно тигр, на оскорбившего его со¬ племенника, но тело упавшего между ними Ункаса разде¬ лило борцов. Магуа, обезумевший от совершённого на его глазах убийства, всадил нож в спину распростертого дела¬ вара, издав при этом нечеловеческий крик. Но Ункас, вско¬ чив на ноги, подобно раненому барсу кинулся на убийцу Коры и бросил его мертвым к своим ногам; на это ушли его последние силы. Потом суровым, неумолимым взгля¬ дом он посмотрел на гурона, и в глазах его выразилось все, что он сделал бы с ним, если бы силы не оставили его. Ма¬ гуа схватил бессильную руку делавара и вонзил ему нож в грудь три раза подряд, пока Ункас, все время продолжав¬ ший смотреть на него взором, полным беспредельного пре¬ зрения, не упал мертвым к его ногам. — Сжалься, сжалься, гурон! — кричал сверху Хейворд; он задыхался от ужаса; — Пощади его, и тебя пощадят! Победоносный Магуа взмахнул окровавленным ножом и испустил крик, полный дикой, свирепой радости и тор¬ жества, такой громкий, что звуки его донеслись до тех, кто сражался в долине.на тысячу футов ниже утеса. В ответ на этот крик раздался другой, вылетевший из уст разведчика. Его высокая фигура быстро приближалась к дикарю; он пе¬ 829

репрыгивал через опасные утесы такими большими, сме¬ лыми прыжками, словно обладал способностью двигаться по воздуху. Но, когда охотник добрался до места ужасного убийства, он нашел там уже только мертвые тела. Разведчик взглянул мимоходом на жертвы и окинул за¬ тем взглядом препятствия, которые должны были встре¬ титься при подъеме. На самой вершине горы, на краю го¬ ловокружительного обрыва, стояла какая-то фигура с под¬ нятыми руками, в страшной, угрожающей позе. Соколиный Глаз не стал рассматривать лицо этого человека, но вски¬ нул ружье и прицелился. Вдруг с вершины горы на голову одного из беглецов-гуронов упал камень, и затем показа¬ лось пылающее негодованием лицо честного Гамута. Из расселины горы показался Магуа. Спокойно и равнодушно он перешагнул через труп последнего из своих товарищей, перескочил через другую широкую расселину и поднялся на гору, туда, где его не могла достать рука Давида. Ему оставалось сделать только один прыжок, чтобы спастись. Но, прежде чем прыгнуть, гурон остановился и, грозя ку¬ лаком в сторону разведчика, крикнул: — Бледнолицые —- собаки! Делавары — трусливые женщины! Магуа оставляет их на горах в добычу во¬ ронам! Он хрипло рассмеялся, сделал отчаянный прыжок и со¬ рвался, успев все же ухватиться руками за куст на краю утеса. Соколиный Глаз припал к земле, словно хищный зверь, готовый сделать прыжок; он дрожал от нетерпения, как лист дерева, колеблемый ветром. Магуа повис на ру¬ ках во весь рост и нащупал ногами камень, на который мог встать. Потом, собрав все силы, он сделал попытку взо¬ браться на утес; это удалось ему, он уже коснулся коленя¬ ми гребня горы... Именно в то мгновение, когда враг как бы свернулся в комок, разведчик прицелился, и в тот же миг раздался выстрел. Руки гурона ослабели, тело его отклони¬ лось‘назад, только ноги оставались в том же положении. Он обернулся, взглянул на врага с непримиримой злобой и погрозил ему со свирепым, вызывающим видом. Но руки Магуа выпустили ветку, за которую держались; одно мгно¬ вение видно было, как его темная фигура стремительно летела вниз головой мимо кустарника, окаймлявшего го¬ ру, — летела к своей гибели.

Глава XXXIII Был каждый доблестен и смел, Они разбили мусульман. Валялись груды вражьих тел, Ручьями кровь текла из ран. Когда победное «ура» Предсмертный заглушило стон, Увидели друзья, что им Вдруг улыбнулся он. Бой кончен. Веки он смежил И умер просто, как и жил... X а л л е к Солнце, вставшее на следующее утро, застало племя ле¬ напов в печали. Отзвучали звуки битвы, делавары насыти¬ ли свою старинную жажду мести, истребив целое поселе¬ ние гуронов. Сотни воронов, поднимавшихся над голыми вершинами гор или пролетавших шумными стаями над лесом, указывали путь к недавнему полю сражения. Не слышно было ни радостных восклицаний, ни тор¬ жественных песен. Чувство гордости и восторга сменилось глубоким унынием. Хижины были покинуты; вблизи них широким кругом стояла толпа людей с грустными, нахмуренными лицами. Шесть делаварских девушек, распустив свои длинные темные волосы, которые теперь свободно падали им на грудь, стояли неподвижно в стороне; только по временам они подавали признаки жизни, рассыпая душистые лесные травы и цветы на ложе, где под покровом индейских одежд покоились останки благородной, прекрасной Коры. Тело ее было обернуто простой, грубой тканью, а лицо навсегда скрыто от взгляда людей. В ногах ее сидел Мунро. Его по¬ крытая сединами голова была низко опущена; изборожден¬ ное морщинами лицо, наполовину скрытое рассыпавши¬ мися в беспорядке прядями седых волос, выражало боль тяжелой утраты. Рядом с ним стоял Гамут с обнаженной головой; его грустный, тревожный взгляд беспрестанно переходил с томика, из которого можно было почерпнуть так много святых изречений, на существо, которое было дорого его сердцу. Хейворд стоял вблизи, прислонясь к де¬ реву, мужественно стараясь подавить порывы горя. 831