1973

Штормит весь вечер…

Штормит весь вечер, и пока Заплаты пенные латают Разорванные швы песка — Я наблюдаю свысока, Как волны головы ломают. И я сочувствую слегка Погибшим — но издалека. Я слышу хрип, и смертный стон, И ярость, что не уцелели,— Еще бы — взять такой разгон, Набраться сил, пробить заслон — И голову сломать у цели… И я сочувствую слегка Погибшим — но издалека. Ах, гривы белые судьбы! — Пред смертью словно хорошея, По зову боевой трубы Взлетают волны на дыбы, — Ломают выгнутые шеи. И я сочувствую слегка Погибшим им, — издалека. А ветер снова в гребни бьет И гривы пенные ерошит. Волна барьера не возьмет,— Ей кто-то ноги подсечет — И рухнет взмыленная лошадь. И посочувствуют слегка Погибшей ей, — из, далека. Придет и мой черед вослед: Мне дуют в спину, гонят к краю. В душе — предчувствие, как бред, Что надломлю себе хребет — И тоже голову сломаю. Мне посочувствуют слегка — Погибшему, — издалека. Так многие сидят в веках На берегах — и наблюдают Внимательно и зорко, как Другие рядом на камнях Хребты и головы ломают Они сочувствуют слегка Погибшим — но издалека. Но в сумерках морского дна — В глубинах тайных, кашалотьих — Родится и взойдет одна Неимоверная волна, — На берег ринется она — И наблюдающих поглотит Я посочувствую слегка Погибшим им, — издалека.

1973

Человек за бортом

Анатолию Гарагуле

Был шторм — канаты рвали кожу с рук, И якорная цепь визжала чертом, Пел песню ветер грубую — и вдруг Раздался голос: «Человек за бортом!» И сразу — «Полный назад! Стоп машина! На воду шлюпки, помочь — Вытащить сукина сына Или, там, сукину дочь!» Я пожалел, что обречен шагать По суше, — значит, мне не ждать подмоги — Никто меня не бросится спасать, И не объявят шлюпочной тревоги. А скажут: «Полный вперед! Ветер в спину! Будем в порту по часам. Так ему, сукину сыну, Пусть выбирается сам!» И мой корабль от меня уйдет — На нем, должно быть, люди выше сортом. Впередсмотрящий смотрит лишь вперед — Не видит он, что человек за бортом. Я вижу — мимо суда проплывают, Ждет их приветливый порт, — Мало ли кто выпадает С главной дороги за борт! Пусть в море меня вынесет, а там — Шторм девять баллов новыми деньгами, — За мною спустит шлюпку капитан — И обрету я почву под ногами. Они зацепят меня за одежду, — Значит, падать одетому — плюс. В шлюпочный борт, как в надежду, Мертвою хваткой вцеплюсь. Я на борту — курс прежний, прежний путь Мне тянут руки, души, папиросы, — И я уверен, если что-нибудь — Мне бросят круг спасательный матросы. Правда, с качкой у них перебор там, В штормы от вахт не вздохнуть — Но человеку за бортом Здесь не дадут утонуть!

1969

Баллада о брошенном корабле

Капитана в тот день называли на ты, Шкипер с юнгой сравнялись в талантах; Распрямляя хребты и срывая бинты, Бесновались матросы на вантах. Двери наших мозгов Посрывало с петель В миражи берегов, В покрывала земель, Этих обетованных, желанных — И колумбовых, и магелланных. Только мне берегов Не видать и земель — С хода в девять узлов Сел по горло на мель,— А у всех молодцов — Благородная цель… И в конце-то концов — Я ведь сам сел на мель. И ушли корабли — мои братья, мой флот, — Кто чувствительней — брызги сглотнули. Без меня продолжался великий поход, На меня ж парусами махнули. И погоду и случай Безбожно кляня, Мои пасынки кучей Бросали меня. Вот со шлюпок два залпа — и ладно! — От Колумба и от Магеллана. Я пью пену — волна Не доходит до рта, И от палуб до дна Обнажились борта, А бока мои грязны — Таи не таи, — Так любуйтесь на язвы И раны мои. Вот дыра у ребра — это след от ядра, Вот рубцы от тарана, и даже Видно шрамы от крючьев — какой-то пират Мне хребет перебил в абордаже. Киль — как старый неровный Гитаровый гриф: Это брюхо вспорол мне Коралловый риф. Задыхаюсь, гнию — так бывает: И просоленное загнивает. Ветры кровь мою пьют И сквозь цели снуют Прямо с бака на ют, — Меня ветры добьют. Я под ними стою От утра до утра, — Гвозди в душу мою Забивают ветра. И гулякой шальным все швыряют вверх дном Эти ветры — незваные гости. Захлебнуться бы им в моих трюмах вином Или — с мели сорвать меня в злости! Я уверовал в это, Как загнанный зверь, Но не злобные ветры Нужны мне теперь. Мои мачты — как дряблые руки, Паруса — словно груди старухи. Будет чудо восьмое — И добрый прибой Мое тело омоет Живою водой, Моря божья роса С меня снимет табу,— Вздует мне паруса, Будто жилы на лбу. Догоню я своих, догоню и прощу Позабывшую помнить армаду. И команду свою я обратно пущу: Я ведь зла не держу на команду. Только, кажется, нет Больше места в строю. Плохо шутишь, корвет, Потеснись, — раскрою! Как же так — я ваш брат, Я ушел от беды… Полевее, фрегат, Всем нам хватит воды! До чего ж вы дошли: Значит, что — мне уйти?! Если был на мели — Дальше нету пути?! Разомкните ряды, Всё же мы — корабли,— Всем нам хватит воды, Всем нам хватит земли, Этой обетованной, желанной — И колумбовой, и магелланной.