Не в этом ли главная «научная» причина упорного цепляния коллектива ученых при активном участии «группы поддержки» со стороны союзного правительства за тезис «35 бэр за 70 лет»? Он был рассчитан не на то, чтобы защитить жизни миллионов опаленных радиацией людей, а на то, чтобы создать у нашего правительства с помощью этой модели иллюзию, что все хорошо и здоровью людей ничто не угрожает. Оказывается, бывают удобными не только вещи – стол, кресло, газовая плита, но и «научные» расчеты. Дорого же приходится платить народу за комфорт своего правительства.

Вот какие оценки концепции Ильина были даны на парламентских слушаниях в Комитетах Верховного Совета СССР:

Назаров Г. А., доктор биологических наук: «Мы исследовали этот вопрос не только с медицинской, а с точки зрения социально-психологической, социологической, экологической и даже ландшафтно-экологической и других точек зрения. Так вот, с точки зрения комплексного подхода, то, что называется „концепцией 35 бэр“, не отвечает понятию концепции. Потому что и сам критерий – конечно, можно взять 35, можно и 40, и 30 – он численно не имеет такого очень серьезного обоснования. Мы просмотрели все научные материалы, которые представили нам Академия медицинских наук и Министерство здравоохранения, и пришли к выводу, что в том виде, как сейчас это изложено, подается, 35-бэрная концепция не может являться руководящей концепцией для принятия решения».

Боровецкая Э. М., эксперт: «Концепция „35 бэр за жизнь“ игнорирует распределение данной дозы во времени, тем самым создавая впечатление, что острое облучение в дозе 35 бэр эквивалентно такому же облучению, растянутому на семьдесят лет. Но это противоречит всей совокупности научных данных. В действительности при концентрации облучения во времени его вредное действие резко возрастает. <…> Концепция „35 бэр за жизнь“ полностью игнорирует различия в радиочувствительности людей разного возраста…Она учитывает только такие последствия, как острая или хроническая лучевая болезнь, но игнорирует такие хорошо известные специалистам, но пока еще недостаточно изученные его последствия, связанные с нарушением иммунитета, как повышение восприимчивости к различным заболеваниям и повышение чувствительности к разным вредным воздействиям, в том числе вызывающим и рак. Доза 35 бэр близка к дозе облучения, удваивающая у человека частоту мутирования разных генов. Это означает, что, если такая доза будет получена людьми до окончания репродуктивного периода, вероятность рождения у них детей с наследственными заболеваниями увеличится».

Текст, который зачитала Э. М. Боровецкая, подписали четыреста ученых. Это была коллективная отповедь от имени участников совещания «Генетические аспекты воздействия радиации на популяции и экосистемы в связи с аварией на Чернобыльской АЭС» на письмо группы ученых, исповедующих 35-бэрную концепцию, опубликованное в журнале «Медицинская радиология» и в газете «Трибуна НТР».

Будько В. С, народный депутат УССР, председатель Народичского райисполкома: «Мы поняли, что это концепция более экономическая, нежели медицинская. Это предательство живущих на тех территориях. Почему я так говорю? Потому что ничего не было учтено – то, что было там в апреле-мае месяце 1986 года».

Тихоненко Э. П., народный депутат СССР, член Комитета Верховного Совета СССР по экологии и рациональному использованию ресурсов: «В основу этой политики, проводимой центральными ведомствами с первых дней Чернобыльской катастрофы, с конца 1987 года положена концепция „35 бэр за жизнь“, призванная решать следующие задачи: успокоить общественное мнение, снять ответственность за последствия аварии с партийных и государственных органов и конкретных лиц, как можно больше сократить объем компенсаций пострадавшим людям и жителям загрязненных регионов за причиненный ущерб, а также представить необоснованность тревоги за жизнь и здоровье людей. По своей природе эта концепция является антигуманной, о чем свидетельствует ее повсеместное и решительное неприятие. <…> Она цинична».

Действительно, в этом случае концепция Минздрава СССР явилась универсальным обоснованием подобной политики.

Интересно, что за время бурных дебатов на парламентских слушаниях изменилась позиция председателя Правительственной комиссии по ликвидации стихийных аварий и катастроф В. X. Догужиева. Это именно он еще до окончания работы государственной экспертизы издал распоряжение № 587, поддерживающее эту самую пресловутую 35-бэрную концепцию. После того же, как эксперты категорически отбросили ее как несостоятельную, Виталий Хусейнович вдруг сам заявил: «Если говорить о чисто радиологическом аспекте – доза и всё – может быть, это и понятно… но правильно говорят товарищи: а как же быть с тем, что мы не знаем действия малых доз в течение длительного времени? Действительно, это вопрос, который, наверное, еще ответа не имеет. Поэтому, когда кто-то говорит, что вот эта „концепция 35 бэр“, ну… она же правительством не принята». Вот как – не принята! Тогда почему же после парламентских прений он так и не отменил свое распоряжение?

Выступал на этих слушаниях также и академик Л. А. Ильин, предварительно проглотив немало горьких пилюль в свой адрес. Возможно, именно доказательность в выступлениях экспертов, ученых, факты глобального «полураспада» здоровья людей, проживающих в зонах бедствия, которые приводили руководители России, Украины и Белоруссии, народные депутаты СССР и республик, – возможно, все это каким-то образом повлияло и на самого академика. У него не оказалось достаточно серьезных аргументов в защиту своей концепции.

Зная напористость Леонида Андреевича, многие из нас были удивлены изменившейся тональностью его речей. В этом зале он ни разу не рискнул произнести слово «радиофобия». Свою позицию он пояснил так: «Когда предполагался этот уровень предела дозовой нагрузки 35 бэр за всю жизнь, предполагалось, что будут автоматически снимать все ограничения для проживания населения в тех или иных местах. Поскольку ионизирующая радиация обладает, как считается, беспороговым эффектом, то положение сводится к тому, что теоретически при сколь угодно малой дозе излучения с соответствующей вероятностью имеется возможность возникновения тех или иных патологий. Это два класса патологий. Это опухоли злокачественные и генетические повреждения. Так вот, для того, чтобы эти вопросы решить, необходимо, прежде всего, определиться на том пределе уровней доз, которые можно допустить. Доаварийные нормативы для населения, проживающего вокруг районов расположения атомных предприятий, составляют примерно 0,5 бэра в год. Юридически принципиально неправильно людей, оказавшихся в зоне радиоактивных выпадений, относить к этой категории людей. Это антигуманно, это неправильно. То есть люди не виноваты, что произошла авария. Они должны жить в обычных условиях дозовых нагрузок». Браво! Неужели это тот самый Ильин?

Дальше – больше. «Теперь обращаемся к другой ситуации, если мы примем 7 бэр за 35 лет. Это легко сосчитать, мы такие расчеты делали. Я могу их просто продемонстрировать. По нашим расчетам оказывается, что если принимать такой уровень воздействия, то вместо 166 тысяч человек, которые сейчас предполагаются к отселению в общей сложности, мы должны сейчас эту цифру увеличить примерно в десять раз. Речь идет о переселении более полутора миллиона людей».

Конечно. А если взять за основу для расчетов вообще дозу 7 бэр за 70 лет, как в других цивилизованных странах, что же получится у нас в таком случае? Не полтора миллиона, а десятки миллионов. И не в этом ли экономическом аспекте проблемы и есть вся «медицинская» суть ильинской концепции?

Ильин Л. А.: «Теперь общество должно взвесить весь риск и всю выгоду (курсив мой. – А.Я. ) от такой акции. Мне представляется, что как раз эти вопросы нужно решать очень фундаментально, потому что приведенные мною ранее вам цифры о том, как выполняется решение, и правительство, и рекомендации медиков на сегодня, убеждают меня в том, что вот эти цифры, когда речь шла о каких-то четырнадцати-пятнадцати деревнях и Советы министров республик не обеспечили (выселение. – А.Я. ) там, где по-настоящему нужно было обеспечить… Поэтому я повторяю, что вопрос принятия любой цифры требует всестороннего анализа. <…> У нас твердая позиция в отношении этой концепции, а точнее не концепции, а принятия решения по 35 бэрам…» Из зала кто-то задал риторический вопрос: «Вся ваша 35-бэрная концепция и сегодняшнее только что состоявшееся выступление свидетельствуют о том, что вы перед нами выступали не как медик, а как экономист. Скажите, пожалуйста, а не противоречит ли это медицинской этике?»