Дальнейшее, однако, не оставляет никакого сомнения насчет плагиата. Плагиатор говорит: читатель, если ты не удовлетворен тем, что я поведал тебе о любовных похождениях Жака, то попробуй выдумать что-нибудь получше; я согласен. Как бы ты ни взялся за это дело, я уверен, что кончишь ты так же, как я. — Ошибаешься, гнусный клеветник, я кончу вовсе не так, как ты. Дениза была добродетельна. — А кто утверждает противное? Жак кинулся к ее руке и поцеловал. — Это у тебя извращенное воображение, и ты выдумываешь то, чего тебе не говорят. — Так как же? Разве он не поцеловал ее руки? — Конечно же. Жак был слишком благоразумен, чтобы совратить ту, которую предназначал себе в жены, и породить в себе сомнение, способное отравить остаток его жизни. — Но в предшествующем параграфе сказано, что Жак приложил все усилия, чтобы Дениза решилась его осчастливить. — Вероятно, тогда он еще не намеревался на ней жениться.

Третий параграф рисует нам Жака, нашего бедного фаталиста, лежащим на соломе в глубине мрачной темницы с закованными в цепи ногами и руками, вспоминающим все сохранившиеся в его памяти философские принципы капитана и склонного поверить, что, быть может, когда-нибудь ему еще придется пожалеть о сыром, вонючем, темном обиталище, где его кормили черным хлебом и водой и где ему приходилось защищать свои ноги и руки от нападений мышей и крыс. Нам сообщают, что, в то время как он предавался этим размышлениям, кто-то взломал двери тюрьмы и его камеры, и он вместе с десятком разбойников обрел свободу и оказался в шайке Мандрена{196}. Между тем полицейские стражники, преследовавшие Хозяина по пятам, настигли его, схватили и водворили в другую тюрьму. Он вышел оттуда благодаря заступничеству того же комиссара, который услужил ему во время первого приключения, и в течение двух или трех месяцев жил уединенно в замке Деглана, когда судьба вернула ему слугу, почти столь же необходимого для его счастья, как часы и табакерка. Он не брал понюшки табаку, не проверял времени без того, чтобы всякий раз не вздохнуть: «Что стало с тобой, мой бедный Жак?..» Однажды ночью мандреновцы напали на замок Деглана; Жак узнал жилище своего благодетеля и своей возлюбленной; он вступился за замок и спас его от разграбления. Далее мы читаем волнующие подробности о встрече Жака, его Хозяина, Деглана, Денизы и Жанны:

— Это ты, друг мой?

— Это вы, дорогой мой Хозяин?

— Как ты очутился среди этих людей?

— А как случилось, что я встретил вас здесь?

— Это вы, Дениза?

— Это вы, господин Жак? Сколько я из-за вас слез пролила!

Между тем Деглан кричал:

— Принесите вино и стаканы! Скорей, скорей! Он нам всем спас жизнь!..

Несколько дней спустя умер дряхлый привратник замка; Жак занял его место и женился на Денизе, с помощью которой он старается сейчас продлить род последователей Зенона{197} и Спинозы; Деглан любит его, Хозяин и жена обожают: ибо так было предначертано свыше.

Меня пытались убедить, будто Хозяин Жака и Деглан влюбились в жену Жака. Не знаю, как было на самом деле, но я уверен, что по вечерам Жак говорил сам себе: «Если свыше предначертано, Жак, что ты будешь рогоносцем, то, как ни старайся, а ты им будешь; если же, напротив, начертано, что ты им не будешь, то, сколько б они ни старались, ты им не будешь; а потому спи спокойно, друг мой!..» И он засыпал спокойно.

Комментарии

1

Роман «Монахиня» написан во второй половине 1760 года.

Замысел его вызревал постепенно. Конец 50-х годов принес сенсационные разоблачения тайн монастырских стен, случаев жестокого изуверства во Франции. По рукам ходила «Книга пророческой жизни Марии Алакок, монахини-визитандинки»; черные сутаны противопоставляли ей «Апологию монашеской жизни». Монастырский быт стал предметом оживленного общественного обсуждения, и Дидро не мог остаться в стороне. Будто бы от лица монахини из Лоншана, особы от природы смиренной, но доведенной до крайности преследованиями, он вместе со своими друзьями распространял письма, разоблачавшие монастырские нравы. Последнее из них появилось в мае 1760 года, а уже в сентябре Дидро упоминает в переписке о работе над новым романом. Решающим толчком послужило судебное дело некой Маргариты Деламар, заточенной в монастырь после скандального расторжения брака. Смерть всех ее братьев и сестер сделала Маргариту единственной наследницей семейного состояния, и она требовала, чтобы обет бедности, принятый под угрозой заключения в исправительный дом для девиц легкого поведения, был расторгнут. Суд отказал в иске, Маргарита Деламар осталась в монастыре пожизненно.

Антирелигиозное и антиклерикальное произведение такой разоблачительной силы, как «Монахиня», невозможно было опубликовать в то время. При жизни Дидро с романом познакомились только доверенные друзья. По свидетельству г-жи Вандель, дочери писателя, он возвращался к своему роману неоднократно. В частности, в 1774 году он привез из России новый отредактированный вариант «Монахини», а в 1780 году передал рукопись преемнику Мельхиора Гримма по немецкой «Литературной корреспонденции», швейцарскому журналисту Мейстеру. В письме к последнему (27 сентября 1780 г.) Дидро писал: «Это — произведение, в котором живописцы могли бы отыскать для себя много сюжетов, и если бы тому не противилось тщеславие, его истинным эпиграфом были бы слова: «И я тоже художник (son pittor anch’io)». Высказывание это свидетельствует, что Дидро был удовлетворен реалистически-изобразительной стороной своего первого романа.

Произведение впервые увидело свет в 1796 году, на спаде буржуазной революции во Франции, и сыграло значительную роль в антицерковной пропаганде. Обличительный и антирелигиозный пафос романа вызвал его неоднократное запрещение в период реставрации Бурбонов.

2

Стр. 35. Марсель — знаменитый парижский учитель танцев.

3

Стр. 45. Фидеикомис (лат.) — буквально: порученное совести; институт римского права, перешедший в ряд европейских юридических систем средневековья и нового времени. Согласно воле наследодателя, наследник по закону обязан выдать третьему лицу какую-либо вещь, или определенную долю наследства, или же все наследство целиком.

4

Стр. 61. Сульпицианты — католический монашеский орден, учрежденный в XVII в., который основывал духовные учебные заведения и руководил ими.

5

…принять имя янсенистки или молинистки. — Янсенисты и молинисты — антагонистические течения во французском католицизме XVII–XVIII вв.

6

Стр. 62. …признаю ли я папскую буллу… — Имеется в виду пресловутая булла папы Климента XI «Unigenitus» (1713), изданная по требованию ордена иезуитов. Булла, поддержанная Людовиком XIV, который считал янсенистов своими личными врагами, осуждала янсенистов как еретиков и прокламировала верховенство церкви над государством.

7

Стр. 76. «Красные каблуки» — прозвище придворных щеголей во Франции XVII–XVIII вв.

8

Стр. 122. Пор-Рояль — женский монастырь, основанный в 1204 г. В 1625 г. от него отделилось мужское аббатство, обосновавшееся в Париже. Во второй половине XVII в. Пор-Рояль становится оплотом янсенизма и одним из важнейших центров французской культуры.

9

Первый вариант диалога «Племянник Рамо» относится к 1762 году. Он был подвергнут существенной переработке в 1772–1773 и 1779 годах, но, как и многие другие произведения Дидро, при жизни автора не был опубликован. В 1804 году вышел в свет немецкий перевод диалога, сделанный Гете, с комментариями, а в 1821 году — первое французское издание (обратный перевод с немецкого К. де Сора и Л. де Сен-Женье).