- Здравствуйте, дядь Вить! - обернулся Артем, закончивший с запиской.

- Привет Артем. Зачем к соседу ломитесь?

- Да мы и не ломимся особо, так, на пару слов надо было. А не знаете, где он?

- Уехал куда-то, дня четыре тому. Когда вернется, не сказал, - закончил дед, предвосхищая следующий вопрос уже открывшего рот сержанта.

- Дядь Вить, а что за мужик то? Просто я даже имени его не знаю, меня Митрич попросил к нему заехать, в гости позвать на беседу. Мож вы чего знаете?

- Ааа..., - дед, казалось, чуть подобрел. Зовут Сергей, из города сюда приехал, из большого. Сам здесь часто бывает, семью пару раз всего привозил. Денег у него прилично, и машины целых две, один уазка новый, второй джип забугорный, черный весь и большой. Но странный он какой то...

- Джип странный, дядь Вить?

- Да не, мужик. Дурковатый он, вроде как к концу света готовится. Мы с ним водовку как-то пили, так он мне как начал про всякие доллары, фьючерсы и прочие биржи рассказывать, я так ничего и не понял. Что-то все про деревню Гадюкино объяснял рассказывал, а потом ну и типа все, конец света скоро говорит. Но так вроде и ничего, работящий.

- Ясно. Иваныч, если он приедет, передай ему, пожалуйста, что Митрич его в гости ждет на беседу, лады?

- Ну, передам, чего уж тут.

Пока Артем стращал деда рассказами о бандитах, у меня в мыслях уже сложилась логическая цепочка про мужика этого. Я одного такого в телевизоре видел, даже звали его... щас вспомню... Барт Геммер или Берт Гаммер. И тот тоже был дурковатый, помешанный на конце света, и оружия у него было как у дурака фантиков. Так что эта коробочка зеленого, недавно окрашенного домика, неприветливо сейчас смотрящего на меня закрытыми ставнями, может таить в себе много интересного.

- Сань, чего задумался? Поехали! - окликнул меня уже от машины Артем. Блин, и когда успел. Я засеменил к машине, и, идя по снегу, запнулся о корягу какую-то, опять разбудив свои болячки. Тут же опять преисполнился жалостью к себе, и сильно захотел домой. Но сев в буханку, столкнулся взглядом с Оксаной, и тут же принял бравый вид.

Всю дорогу до Зеленовки я размышлял об этом странном мужике, и его доме, возможно, полным сюрпризов. С сержантом делиться мыслями не стал, а то мало ли. Может мародера во мне увидит. К тому же он разговорил Оксану, не хотелось перебивать. Девчонке отвлечься надо.

Зеленовка оказалась деревней дворов на пятьдесят, расположившейся вдоль дороги. На пологом повороте, на холме, стояло одноэтажное здание белого кирпича, с нарисованной от руки большой вывеской "СЕЛЬПО". Ниже шла приписка каллиграфическим почерком "Великопольский филиал Красноборского РАЙПО". На старом телеграфном столбе рядом с магазином было большое гнездо аистов, диаметром в метр, как минимум. Под гнездом стояло несколько мужиков, распивавших портвейн. Во блин, этим хоть война. И тут же наши грузовики стояли. Артем выбежал, покомандовал, и сев обратно в машину, махнул мне, езжай прямо мол.

Пришлось заезжать за продавщицей и одновременно заведующей, больших размеров тетенькой Софьей Николаевной. У нее обед, и магазин был закрыт. Нормальный такой обед, кстати, с двух до пяти. Когда мы подъехали обратно, Антоха уже поставил машину за магазином под загрузку, а Гена терся рядом с мужиками. Как нас увидел, сразу ретировался в машину, видно стаканчик накатил, может и не один. Надо бы вздрючить его за это конечно, но заменить некем, если обидится и ехать дальше откажется. Кто его знает, может оскорбленная гордость сыграет.

Артем отвел заведующую в сторонку, что-то ей недолго говорил, после чего она открыла магазин только с черного выхода, и мы в темпе принялись за погрузку. Трудились все, недовольный Гена, Антоха, дезертир и даже Оксана, под руководством деятельной заведующей, которая показывала где что брать. Сержант вел беседу с собиравшейся потихоньку толпой, привлеченной странном движением у магазина. Видно что-то пошло не совсем так, и все чаще были слышны чьи-то агрессивные крики, как мужские, так и женские. От этих возгласов Оксана втягивала голову в шею, я же все быстрее бегал с коробками и мешками по магазину, моему примеру следовал Антоха. Никуда не торопился лишь Гена, которого я про себя уже склонял крокодилом с разными эпитетами. Когда визуально грузить было особо нечего, я обрадовался, но тут с улицы послышалась короткая очередь и следом за ней вопли и визги.

Особо не понял как, но через пару секунд я уже был на улице, сжимая в руке ПМ. Артем, держащий в руках свой автомат, направлял его поверх голов. Толпа отпрянула от него, но никто не уходил.

- Так ты что, начальник, в людей стрелять будешь что ль? - насмешливо спросил крепкий мужик лет сорока пяти, и сделал небольшой шаг в нашу сторону. Выстрелы его совсем не испугали, в отличие от других, на лицах которых были написаны разные чувства, от недоумения и растерянности до откровенной паники. Но не побежал никто. Когда говоривший моргнул, на его веках я заметил татуировку, но что там, не рассмотрел.

- Смотри, как нас тут много, начальник, - продолжил мужик, и обвел рукой собравшихся людей, которых набралось уже больше двадцати точно, - ты по всем сразу стрелять будешь? После он перевел взгляд на сержанта. Голубые глаза смотрелись на его глубоко изрезанном морщинами лице двумя кусочками льда. Встречал я уже таких, блатата сидевшая, полюбому. Ненавижу. У нас во дворе собака одного такого кадра ребенка чуть не загрызла, так тот так же насмешливо на людей смотрел, которые к нему рвались. А менты людей держали, защищая этого урода. И даже условно ему не дали, штраф только смешной. Голову ему потом проломили, правда, но сам факт. Таких блатных закон защищает, а не преследует. Меня затрясло крупной дрожью, я крепче сжал рукоять пока опущенного вниз пистолета, и сразу почувствовал, как вспотели ладони. Мельком осмотрелся. С местом повезло, справа нас прикрывал угол дома, слева автобусная остановка, точно никто не обойдет. Как раз в проходе стояли мы, а деревенские столпились полукругом перед нами.

- Это как, начальник, объясни? Связи нет, электричества нет, автобусы не ходят третий день, поезда тоже, как люди говорят, что случилось непонятно, а ты у нас еще и еду всю из магазина забрать хочешь? А когда мы тебя просим оставить нам на бедность, ты вместо того, чтоб нас подогреть, стрелять начинаешь? - и он сделал еще один шаг.

- На месте стоять сказал! - направил на него ствол Артем.

- Так ты стрелять будешь? - с выражением сильного изумления спросил татуированный. Ну, давай, сюда прямо стреляй, - похлопал он себя по груди, сделав еще шаг.

- Николаевна, он сейчас в меня стрелять будет! - вдруг обратился к продавщице, смотря поверх плеча сержанта.

- Артем, ты чего, это ж Андрей, ты ж его..., - начала было она.

- Я стрелять буду, - услышал свой голос. И не узнал его. Я смотрел ему в глаза поверх направленного ему в голову пистолета, не щуря левый глаз. Он посмотрел на меня даже с интересом, поднял бровь, и даже открыл рот что-то сказать.

- Стреляю на счет три, - опередил я его, - или до этого ты, убегаешь. Раз. Только вякни что, петушок, - сказал и сам испугался. Отстраненно испугался, потом, потом думать буду,... Он дернулся, я надеялся что кинется, тогда выстрелить смогу. Дернулся, и все, застыл.

- Два.

Смогу я выстрелить? Тут главное самому верить. Когда сказал про петушка, я знал, что выстрелю, а он не кинулся. Я выстрелю. Это фигня, что я не могу, я выстрелю. Вот сейчас вдохну глубоко, выдохну, и нажимаю на спуск.

Когда я делал вдох, блатной развернулся, и, глядя на меня через плечо, потихоньку начал уходить.

- Бегом я сказал! - сказал и нажал на спуск. После выстрела зажмурился, а когда открыл глаза, увидел, что мужик бежит от нас в приличном темпе. Стрелял я, прикидывая, чтоб пуля рядом с ухом прошла. Когда выстрелил, он дернулся, и мне показалось, что в голову попал. Я вздохнул глубоко, успокаиваясь. Стоял неподвижно, но внутри меня просто колбасило, всем телом я чувствовал удары сердца.