Пламя лениво поедало дома. Его гнали остатки батальонов наци, добивающих последних сопротивлявшихся. Проще всего, оказалось, расправиться с ночными. Они еще спали в большинстве своем, когда толпы наци ворвались на их улицы. Они бежали по тихим улочкам и, врываясь к спящим жителям, выталкивали их и тащили в общий костер. Но вскоре они сообразили, что вся улица спала мертвецким сном. Огнеметчики шли по первому и второму кругу, поливая огнем дома. Когда спавшие в них жители просыпались от гари и жаркого огня, проникшего в дом, бежать было уже не куда – заблокированные двери и окна не давали им вовремя вырваться. Тех же, кто благодарил удачу за то, что выбрался наружу, поджидали наци. Они хватали бедолаг, связывали им руки и ноги и тащили мимо горящих домов в общую топку.

Через час, немногочисленным отрядом, наци добрались до сердца Деревни – главной лаборатории. Огнеметчики поливали огнем здание, опаляя его и превращая в черный обуглившийся камень. Но пламени не за что было зацепиться. Обходя здание, бойцы обнаружили, что их ряды значительно уменьшились. Главари подсчитывали оставшихся в живых и посылали разведчиков разобраться с происходящим. Обойдя здание с другой стороны, наци вышли к фасадной его части, увидев открытые створки ворот, разломленный трейлер и залитую кровью и заваленную человеческими останками площадь. Кровавый след тянулся дальше вдоль главной дороги. Наци с осторожностью продвигались к входу в лабораторию. Возвращавшиеся разведчики докладывали, что много братьев-наци лежит изувеченными, много обгоревших и покалеченных. Кто-то убивал их пока они крушили дома и расправлялись с жителями. Отправленные к воротам бойцы сообщили о том, что выставленная охрана исчезла – повсюду кровь и разорванные тела. Самый главный из бойцов направил осмотреть ангар лаборатории. Наци вбежали внутрь и немедленно позвали остальных. Вошедшие бойцы осветили ангар фонарями на своих масках. Груды тел в белых халатах лежали вперемешку с балками, стульями и машинами. Тошнотворный запах крови и разлагающихся внутренностей плотной невидимой взвесью весел воздухе. Но маски защищали бойцов от этой мерзости. Несущие балки и перекрытия ангара были сильно повреждены. Крыша в некоторых частях прогнулась, и куски облицовки свисали с потолка.

Каро сидел в переулке, облокотившись на уцелевшую стену дотлевающего здания. У него тряслись руки, на которые ему страшно было смотреть. Повсюду кровь, тлен и мерзкая вонь. Пожар разогревал воздух и душил легкие едким дымом, спускавшимся к земле. На руки оседали черные снежинки вперемешку с серым пеплом. Холод обманчивой весны, сменился духотой адского пожара бушевавшего на улицах Деревни. Стояла мертвая тишина. Лишь рушившиеся стены и треск огня, доедавшего плоть, дерево и камень. Каро не хватало воздуха – он тяжело дышал, пытаясь вдохнуть как можно больше. Пересохшие губы трескались. Засохшая на коже кровь истончала неприятную вонь. Красный от крови снег блестел в пламени и таял, превращаясь в липкую вязкую жижу. Ее ручейки текли мимо кусов кожи и органов разбросанных и свисающих с домов. Кости людей трескались от жара огня, издавая глухой хруст, эхом отзывающийся в голове. Хотелось закрыть глаза, чтобы не видеть багровых мазков безумия и оранжево-красных всполохов, устремляющихся на черном дыме к оранжевым облакам. Но Каро не закрывал глаза – он не мог, перед ним стояли женщины и мужчины, санитары, врачи – все через кого он выбрался из лаборатории. Все – через кого он прошел, разрывая, развеивая и раскалывая их черепа. Он слышал как они в ужасе и диком страхе кричат и кидаются в разные стороны, спотыкаясь друг о друга, захлебываются и падают. Все они пытались бежать от него, скрыться от пожирания. Но его злоба была неумолима. Он слышал страх и использовал его против них. Он смотрел им глаза, заставляя биться о стены и самим разбивать себе головы и резать конечности. Он давил ногами их кишки, шагал по ковру из кусков их тел. Его звал страх – страх девочки, которая звала на помощь у дверей лаборатории. Он крушил на своем пути закрытые двери. Хватал орущих профессоров и охранников и комкал их вместе, сдавливая их, превращая в гигантский ком, которым он крушил стены и тех, кто стоял у него на пути. Он вошел в ангар и увидел, как они прячутся от него. Охранники пытались оглушить его электродубинками. У некоторых оказались резиновые электропули, которыми они сумели вооружиться. Но Каро нельзя было остановить. Охрана стреляла, но не в него. Он проникал к ним в разум, и они палили друг в друга.

Каро смотрел перед собой и понимал, что он не может вспомнить ничего кроме того что произошло. Он знал, что находится где-то, где прожил много лет. Улицы, объятые огнем, были ему не знакомы. Все вокруг призрачно напоминало ему о прошлом, которое он разодрал на отдельные куски. Невдалеке раздался не громкий грохот. В переулке через два дома, кто-то пробирался через завалы, распихивая их в стороны. Каро прислушался. Шагов было почти не слышно, они утопали в жиже из снега, крови и пепла. Затаив дыхание, Каро смотрел вдоль улицы, прижимаясь к стене. Страх быть замеченным стучал в ушах. Глухие шаги незваного гостя приближались. У края дома возник человек в черном. Он смотрел вперед, покачиваясь и рассматривая происходящее. Повернув голову вправо, затем налево, где находился Каро, он сверкнул желтыми глазницами. Каро узнал его – это один из тех странных охотников, с которыми он бился. Охотник медленно шел вперед, продолжая подолгу смотреть по сторонам улицы. Он шумно вдыхал воздух и фыркал, чувствуя тлен и разложение, мешавшие обонянию. Желтоглазый замер на середине улицы и уставился в сторону Каро. Снова и снова вдыхая воздух, охотник медленно шагнул в его сторону. Каро уперся руками о стену, готовясь к рывку. Охотник медленно ступал по кровавому снегу. Его желтые зрачки сузились и стали вытянутыми. Как вдруг он дернулся с места, цепляясь когтями за разваливающиеся стены, и рванул что есть мочи вперед. Каро вскочил с места и побежал в ближайший переулок. Охотник бежал за ним, издавая звериный рык. Каро проносился мимо горящих стен, стараясь не задевать их, перепрыгивая через обугленные трупы и останки, он бежал сам не зная куда. Охотник стремительно его догонял. Каро резко менял направление, пытаясь запутать преследователя. Но ничего не получалось, охотник был проворнее – он стремительно менял курс следом за жертвой и издавая звериный вой мчался во весь опор.

Каро выбежал на площадь. Невдалеке стоял разломленный трейлер, возле которого было несколько бойцов наци. Бежать к ним? Или в другую сторону? Каро дернулся с места и побежал в сторону от главной дороги. Наци заметили беглеца и с криком побежали за ним. Желтоглазый, по второй улице, следом. Он поравнялся с Каро и готов был выпустить плеть, чтобы свалить его с ног. Каро слышал звук ревущего мотора. За ним гнались все. Он свернул в переулок на первую улицу и натолкнулся на охотника, почувствовав его холодное дыхание. Желтоглазый выпустил плеть и, насмехаясь над жертвой, оплел его. Каро попытался дернуться, но охотник выбил землю из-под его ног – Каро рухнул вниз. Раздался громкий выстрел. Каро зажмурился, ожидая словить пулю. Но рядом с ним на землю рухнул черный охотник. Опешив от происходящего, Каро вскочил с земли и стал снимать с ног плеть. Он видел, как к нему на большой скорости приближается человек на мотоцикле. Нужно бежать! Каро дернул в переулок. Мотоциклист, выругавшись, пронесся мимо до ближайшего широкого проулка, где смог развернуться и ехать параллельно с Каро. За ним бежали отряды наци. Несколько огнеметчиков стреляли ему в спину залпами огня. Мотоциклист свернул им наперерез и начал их расстреливать. Внезапно у них за спиной возникли еще один мотоциклист. Он достал крупный ствол и начал расстреливать нападавших. Нацисты встретили серьезное сопротивление. В узких переулках их отстреливали как мишени в тире. Они разбегались. Главный из мотоциклистов рванул за Каро, другой задержался, чтобы прикрыть его.

Каро бежал по переулкам. Он слышал, как к нему приближается мотоцикл. Ревущий ровно мотор заполнял все пространство вокруг. Каро свернул на одну из улиц и замер. Мотоциклист стоял в двух метрах от него. Каро попятился назад, но со спины к нему почти вплотную подъехал другой гонщик. Его оружие было убрано. Он остановился. Каро обернулся к первому мотоциклисту – высокорослый мужчина в длинном черном плаще снял шлем и, показывая невооруженные руки, медленно подходил к Каро. Это был Саврасов.