Воронин К. И.
На черноморских фарватерах
Вступление
Соединение кораблей и подразделений Охраны водного района (ОВР) главной военно-морской базы Черноморского флота Севастополя было создано 24 августа 1939 года[1]. Накануне Великой Отечественной войны оно состояло из двух дивизионов быстроходных тральщиков (БТЩ)[2] — 13 единиц, дивизиона сторожевых катеров (СКА) или малых охотников за подводными лодками (МО) — 14 единиц, охраны рейда (ОХР) в составе буксира, брандвахты, сетевой баржи, сорокатонного крана, береговой гидроакустической станции и двух сигнально-наблюдательных постов службы наблюдения и связи (СНиС). В состав ОВР входили береговая база и ремонтная мастерская.
В 1940 году была создана ОВР Одесской военно-морской базы. Но 15 июня 1941 года ее управление расформировали, а обязанности командира ОВР возложили на командира охраны рейда, подчинив ему два звена катеров МО в количестве 6 единиц[3].
Перед ОВР Севастополя стояла задача в тесном взаимодействии с береговой обороной обезопасить базу и находящиеся в ней корабли и транспорты от внезапных ударов с моря, их выход, переход и возвращение. ОВР осуществляла противолодочную, противокатерную и противоминную оборону, постановку оборонительных минных заграждений, несла дозор, а в ходе боевых действий решала и многие другие задачи.
В годы войны состав сил и средств ОВР главной базы неоднократно изменялся. От народного хозяйства и судостроительных заводов поступали новые корабли и суда (более 60 единиц), в том числе минные заградители «Н. Островский» и «Дооб», от противовоздушной обороны флота — плавбатарея № 3[4].
ОВР Одесской военно-морской базы состояла из отряда сторожевых катеров — 17 единиц, 2 дивизионов тральщиков — 10 единиц, дивизиона сторожевых кораблей — 3 единицы и охраны рейдов — Одесской и Очаковской[5].
Керченская ВМБ, сформированная 26 августа 1941 года, имела Охрану водного района в составе дивизиона сторожевых кораблей — 4 единицы, сторожевых катеров — 6 единиц и охрану рейда — буксиры «Кабардинка» и «Пролетарий»[6].
В состав ОВР (сформирована 25 октября 1941 года) Новороссийской базы входили дивизион тральщиков — 7 единиц, дивизион сторожевых катеров — 17 единиц и охрана рейда — 2 сторожевых катера[7].
В ОВР Потийской ВМБ имелись дивизион сторожевых катеров — 18 единиц и дивизион катерных тральщиков — 7 единиц. 13 октября 1941 года в ее составе сформировали охраны рейдов Сухуми и Очамчира[8].
В связи с эвакуацией из Одессы все корабли ее Охраны водного района передали Туапсинской ВМБ, в состав которой в мае 1942 года вошло новое управление ОВР, объединившее под своим началом 27 сторожевых катеров, 5 тральщиков, минный заградитель, 2 буксира и рейдовый катер.
15 июля 1942 года, после ухода советских войск из Севастополя, командование флота создало на основе ОВР главной базы бригаду траления и заграждения с базированием в Поти. Здесь же создается ОВР главной базы, так как в Поти перешли основные силы Черноморского флота.
В какие бы соединения ни входили корабли ОВР во время войны, какие бы ни решали задачи, их экипажи самоотверженно выполняли свой долг. Подвиги моряков-овровцев, свершенные в борьбе с гитлеровскими захватчиками, вошли яркими страницами в боевую летопись Краснознаменного Черноморского флота.
На кораблях боевая тревога
Внимание: мины!
21 июня 1941 года корабли Охраны водного района главной базы находились в Стрелецкой бухте, за исключением 2-го дивизиона быстроходных тральщиков, которые по окончании флотских учений зашли в порт Одесса. Корабли эскадры стояли на якорях в Северной бухте и у Минной стенки Южной бухты.
22 июня в 1 ч 15 мин командующий флотом вице-адмирал Ф. С. Октябрьский по приказанию Наркома ВМФ объявил по флоту оперативную готовность № 1.
На командный пункт ОВР прибыли командир соединения контр-адмирал В. Г. Фадеев, начальник штаба капитан 2 ранга В. И. Морозов и военком полковой комиссар Б. В. Сучков. Оперативный дежурный флагманский минер капитан-лейтенант И. В. Щепаченко доложил обстановку.
В 1 ч 55 мин корабли и город погрузились в темноту в целях светомаскировки.
В 3 ч 7 мин посты СНиС и посты воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС), находившиеся в районах Евпатории и мыса Сарыч, доложили о шуме моторов вражеских самолетов, идущих на Севастополь. Штаб береговой обороны объявил в главной базе воздушную тревогу.
Корабли и катера отошли от причалов и заняли места на рейде согласно плану рассредоточения. Силы и средства противовоздушной обороны немедленно приготовились к отражению противника.
В 3 ч 15 мин по фашистским самолетам открыли огонь береговые зенитные батареи, а вскоре к ним присоединились и корабельные зенитные установки.
Воздушный налет продолжался до 3 ч 50 минут. Был сбит и рухнул в море самолет противника. В районе улиц Щербака, Подгорной, а затем в районе Приморского бульвара раздались один за другим два сильных взрыва. Командующий флотом доложил Наркому ВМФ, что Севастополь бомбят. Однако, как выяснилось, с самолетов сбросили не бомбы, а мины на парашютах. Фашисты попытались заминировать фарватер и блокировать в базе советские корабли. Враг рассчитывал на внезапность удара. Однако силы флота встретили его хорошо организованным, мощным зенитным огнем. Самолеты не смогли поставить мины прицельно и побросали их куда попало — на сушу, на мелководье, и только отдельные мины упали вблизи фарватера.
Командующий флотом приказал командиру ОВР немедленно провести траление в Северной и Южной бухтах, а также на внешнем рейде по оси Инкерманского створа.
Утром три малых охотника — «МО-041» лейтенанта П. А. Кулашова, «МО-051» лейтенанта С. А. Бычкова и «МО-061» лейтенанта С. Т. Еремина под командованием командира 2-го звена старшего лейтенанта И. С. Соляникова вышли на внутренний рейд бухты, а три малых охотника — «МО-011» лейтенанта Н. В. Перевязко, «МО-021» младшего лейтенанта П. Д. Чеслера и «МО-031» старшего лейтенанта А. С. Осадчего под руководством командира 1-го дивизиона сторожевых катеров капитан-лейтенанта В. Т. Гайко-Белана — на внешний рейд и провели траление. Ни одной мины корабли не затралили. Для наблюдения за морем быстроходный тральщик «Трал» старшего лейтенанта А. М. Ратпера вышел в дозор.
Несмотря на то что внешний и внутренний рейды протралили, в тот же день произошло драматическое событие. В 20 ч 30 мин в районе Карантинной бухты подорвался на мине и затонул морской буксир «СП-12». Спасти удалось лишь 5 человек, остальные 26 членов экипажа погибли. Это была первая потеря Черноморского флота в Великой Отечественной войне. 24 июня подорвался 25-тонный кран, 30 июня — шаланда «Днепр». 1 июля при выходе из бухты получил повреждение эсминец «Быстрый», но остался на плаву, и его отбуксировали в док Морского завода для ремонта.
Анализ данных о подрыве кораблей и плавсредств навел на мысль о том, что противник поставил неконтактные донные магнитные мины. Средствами борьбы с ними моряки ОВР не располагали. Необходимо было предпринять экстренные меры для борьбы с грозной опасностью. Требовалось в самые короткие сроки найти вражеские мины, чтобы раскрыть секрет их действия и создать эффективные средства для уничтожения. Не менее важной стала задача по надежной защите кораблей-тральщиков от неконтактных донных магнитных мин.
Готовясь к нападению на СССР, руководство фашистской Германии сознавало, что Черноморский флот господствует на море, и боялось его ответных ударов по румынским нефтяным портам, откуда поставлялось горючее для гитлеровской армии. Именно поэтому за несколько минут до вероломного нападения на СССР, а затем и в последующие дни гитлеровцы осуществляли минирование черноморских портов и военно-морских баз. Только за период обороны Севастополя противник выставил на подходах к городу и в его бухтах 131 мину[9].
вернуться1
Центральный военно-морской архив (далее ЦВМА), предисловие к ф. 2069, л. 2.
вернуться2
До 1949 года БТЩ входили в подкласс «быстроходные тральщики».
вернуться3
ЦВМА, ф. 1087, оп. 5, д. 1133, л. 172.
вернуться4
ЦВМА, ф. 1087, оп. 5, д. 31, л. 185, 186.
вернуться5
Там же, л. 165, 196, 197.
вернуться6
ЦВМА, ф. 1087, оп. 5, д. 1133, л. 259, 502.
вернуться7
Там же, л. 203.
вернуться8
Там же, л. 219, 277.
вернуться9
ЦВМА, ф. 10, д. 32971, л. 3.