– Жаль, что не вы мой лечащий врач… – продолжает она в том же ключе.

Понимаю, что игра началась снова. Ну не учит её жизнь ничему!

– Иван Николаевич, после процедуры зайди ко мне, – прошу я и выхожу из палаты.

Надо будет поговорить с Ванькой.

– Что ты хотел, Саш? – с порога спрашивает Ванька, заходя ко мне в кабинет.

– Садись… Я не рассказал тебе, кого ты пользуешь в спецпалате.

– Кого?

– Видишь ли, эта Наташа – моя бывшая… Мир тесен! Лет пять назад мы с ней славно проводили время.

– Вот оно что… – Ванькины брови ползут вверх. – То-то она всё про тебя выспрашивает!

– Пусть выспрашивает! Лично меня это совсем не волнует. Но я сегодня увидел, как она на тебя поглядывает.

– Сашка, неужели ты думаешь, что я этого не вижу?

– Я так не думаю, но на всякий случай хочу тебя предупредить. Эта бабёнка такая же гнилая, как и Света из Булуна. Делай выводы!

– Сашка! Ну я же не совсем глупый…

– Да, но мы, мужики, иногда бываем падкими на лёгкие победы. Только потом за эти победы приходится дорого расплачиваться. Поверь моему большому опыту.

– Не волнуйся! У меня есть Ритка. Другие женщины меня не интересуют. Поверь и успокойся.

При этом Ванька смотрит на меня с такой теплотой!

– Что ты на меня так смотришь?

– Ты – мой ангел-хранитель. Знаешь, как это приятно!

– Ой, Ванюха… Главное, чтобы это не было докучно для тебя. А предупредить я решил потому, что не могу забыть, как в Булуне не нашёл для этого времени.

Ванька встаёт, подходит ко мне сзади и обнимает за плечи.

– Мой Сашка… – тихо произносит он и утыкается носом в мою макушку. – Я понимаю, что тот случай в Булуне крепко у тебя в голове засел. Не волнуйся! Я стараюсь учиться и на своих, и… на твоих ошибках. Всё будет в порядке. И я совсем не против, если ты о чём-то меня предупреждаешь. Поверь, я бы очень хотел иметь возможность заботиться о тебе так же.

– Не получится, – я насмешливо хмыкаю. – Для этого ты должен быть на восемь лет старше меня.

– Увы… – Ванька тихо смеётся.

– Саша, по моим сведениям, ты сегодня на ночь не остаёшься. Это так?

Голос Сергея Александровича в трубке звучит странно, с какой-то хитрецой.

– Так… А что?

– Я хотел бы тебя сегодня вечером попросить приехать к нам в гости. Поужинаем, о делах наших потолкуем… Не возражаешь?

– С удовольствием, Сергей Александрович! Кирилла Сергеевича домой завезу и могу приехать к вам.

– Кирилла Сергеевича завозить домой не надо. Приезжайте вместе с ним. Я его уже пригласил. Дела ведь у нас общие! – назидательно отмечает Кушелев.

Подъезжаю к воротам дома Сергея Александровича. Выскакивает Михаил, потом ещё двое… Ну понятно! Знакомые парни… Охрана Солдатенко! Вот, значит, зачем нас звали!

– Добрый вечер, Саша! Здравствуйте!

Последнее относится к Кириллу Сергеевичу.

– Здравствуйте, Александр Николаевич! Здравствуйте, Кирилл Сергеевич! – несколько смущённо приветствует нас дополнительная охрана.

Входим в дом.

– Здравствуйте, Кирилл Сергеевич! – Сергей Александрович тепло жмёт Золотову руку. – Очень рад видеть вас первый раз у себя в гостях. Надеюсь, не последний!

Теперь он обнимает меня.

– Здравствуй, дорогой ты мой человек! Мы все такие занятые! Кстати, благодаря и тебе тоже! Заждались мы тут вас… Виктория! Гости уже приехали!

Толстая Виктория выходит и после общего «Здрасьте» подходит ко мне, троекратно меня целует и немедленно возвращается в свои владения.

В гостиной нам навстречу из кресла поднимается Солдатенко. Ловлю себя на том, что очень внимательно смотрю, как у него это получается.

– Здравствуйте! Извините, Кирилл Сергеевич, сначала я со своим лечащим врачом, – предупреждает он и тоже меня обнимает, а после этого очень тепло жмёт руку главному и снова обращается ко мне: – Вы так внимательно, Александр Николаевич, смотрели, как я встаю, что я почувствовал себя будто на экзамене!

– Вы совершенно правы, Борис Александрович. Но экзаменую я не только вас, но и себя. Походите-ка немного. Я посмотрю, как это у вас получается.

Солдатенко проходит туда и сюда по гостиной.

– Ну как? Экзамен сдан?

– Неплохо… Почти нормально идёте. Есть, правда, некоторые остаточные явления. Как у вас с равновесием?

– Вы прямо в самую точку. Но преодолею! Уже хочется опять мяч погонять с мужиками.

– А вот этого ещё минимум полгода делать вам нельзя, – жёстко обрываю я его слова и тем самым приземляю его мечты. – Рецидив вам, я думаю, не нужен. Потерпите, пожалуйста.

– Придётся. Вообще, Сергей, я тебе скажу, что с Александром Николаевичем не забалуешь, – лукаво говорит Солдатенко и подмигивает. – Хотя и зовут его Сашенькой-зайчиком!

– Ладно, гости дорогие, садитесь за стол. Мы сегодня безалкогольно, потому что хотим вам предложить обсудить кое-какие дела. А это лучше делать на трезвую голову, – объявляет хозяин.

Солдатенко согласно кивает.

Мне уже понятно, что Сергей Александрович пригласил Солдатенко во время его пребывания в Питере остановиться у него и они, предварительно всё обсудив, хотят нам с Кириллом Сергеевичем что-то предложить.

Радуюсь тому конструктиву, который царит за столом. Говорим о ремонтах, о доступном новом оборудовании.

– Мы тут с Борисом подумали… Ни в коем случае нельзя, чтобы специальные палаты по качеству отличались от обычных. Там могут, конечно, быть дополнительные удобства – телевизор, холодильник, но общее качество должно быть одинаковым. Вы согласны, Кирилл Сергеевич? – обращается Сергей Александрович к главному.

– Безусловно! Но нельзя забывать и про роддом.

– Об этом мы тоже подумали, – вступает Солдатенко. – Честно говоря, я, когда лежал, поинтересовался… Там у вас тоже пока беда.

– Что верно, то верно, – вынужден согласиться я. – Но и туда уже некоторые специалисты вернулись.

– Тем более! Может, оттуда и начать? – подхватывает Кушелев.

– Товарищи дорогие! Котельная! Мне Павел Николаевич доложил, что там всё оборудование на ладан дышит. А у нас всего два месяца на подготовку. Иначе замёрзнем зимой!

Кирилл Сергеевич сказал это так эмоционально, что все мы замолкаем.

– Сергей, похоже, с котельной и надо начинать, – подаёт голос Борис Александрович.

– Пожалуй, – соглашается тот. – И конечно, крыша.

– Ну крыша уже почти готова, – замечаю я. – Сам лазал и проверял. И на здании роддома тоже. Остаётся только станция скорой помощи, а там совсем немного.

– Да! – спохватывается Солдатенко. – Рискин, муж Людмилы, тоже готов поспонсорствовать. Правда, пока разово. Это в качестве оплаты лечения жены.

– Всё-таки, друзья мои, дело-то движется! – с энтузиазмом произносит Сергей Александрович. – Ты, Саша, так охмурил Облздрав, что, как мне сказал мой тёзка Сергей Петрович, ты там теперь очень популярен!

– Стараюсь для общего дела, – смеюсь я. – Все необходимые документы утверждены. Кстати, в налоговой тоже все вопросы решены.

– Вот на услугах для Людмилы можно как раз и обкатать новую систему, – с воодушевлением говорит Солдатенко.

– Да, Сашенька, я тут подумал, – осторожно начинает Кирилл Сергеевич, – что все решения о госпитализации таких пациентов надо принимать только тебе. Ты не будешь возражать?

– Конечно, Саша! Только ты должен решать. Ведь эти люди идут к тебе! – заключает Сергей Александрович и припечатывает это решение ладонью по столу. – Ты уж, дорогой, не уклоняйся!

– Ну а куда теперь от вас денешься, – охотно сдаюсь я.

Кирилл Сергеевич вместе с Ильёй Анатольевичем взялись за меня всерьёз. Мой диплом стал продвигаться гораздо быстрее. Формально руководителем моего диплома стал Кирилл Сергеевич, но он находится в постоянном контакте с Кохом. Более того, я еженедельно делаю Сергею Петровичу полный отчёт о продвижении.

Короче, меня воспитывают…

– Саша! Вы меня простите, но я вынужден констатировать, что вы – талантливый разгильдяй, – учиняет разнос ректор после моего очередного отчёта.