Вообще-то, женщина чрезвычайно редко смотрела телевизор, считая, что созерцание слезливых сериалов, дурацких шоу и викторин – удел глупых домохозяек, ведущих однообразную и скучную жизнь. Но некоторые передачи, оказывается, могут вызвать дрожь в коленках и всколыхнуть уставший от монотонной работы мозг. Усмехнувшись, она медленно допила остывший несладкий кофе. Можно было бы поработать еще, но влюбленность – странное состояние. Несмотря на то что она встречалась с Ларсом более трех месяцев и, казалось бы, новизна ощущений должна была уже немного нивелироваться, у нее этого не произошло – накал ее чувств к нему стал еще более ярче и ощутимее. А ведь она уже далеко не девочка, да и какого-то периода ухаживаний со стороны Слэйтера не было. Все произошло достаточно быстро, как обычно бывает между уже достаточно взрослыми людьми. Естественно, такое мечтательное настроение миссис Теллер не могло не отразиться на ее работоспособности, отнюдь ее не повысив. Анна никому не прощала удовлетворительной работы, а себе – тем более. И с этим нужно было что-то делать. Женщина стала понимать, что уже не может справиться со своими чувствами и, чтобы ее самоуважение оставалось на обычном, а значит, достаточно высоком уровне, Анна приняла окончательное решение, касающееся многих аспектов своей жизни. Во-первых, она берет отпуск после праздника (с миссис Старлингтон этот вопрос уже оговорен), а во-вторых, с Алексом нужно развестись как можно быстрее. Так будет лучше для всех. Анна хотела свободы от брачных уз и она ее получит. Муж пойдет навстречу, она просто оставит его без малейшей возможности выбора: ему нужны были деньги. Покупка вожделенной свободы обойдется ей недешево, но женщина была готова к такой сделке. Разрешением этих проблем нужно будет заняться в первой половине отпуска, а затем она поедет куда-нибудь отдохнуть… Боже мой! Бездумно и расслабленно отдыхать!.. Как давно у нее был такой кайф! Зачем отдыхать от любимого дела? Никогда не было в этом необходимости, и вот теперь появилась.

Завтра ей предстояла поездка в Брайтон, и Анна уже забронировала двухместный номер в «De Vere Grand Hotel» – главной гостинице города. Ларс недостаточно хорошо был знаком с этим курортом, и когда она закончит свои дела – у них будет время насладиться городом. Она очень надеялась, что Слэйтер составит ей приятную компанию. Предстояла замечательная поездка, и предвкушение романтического вояжа сладкой истомой разлилось по телу. Оставалась только одна проблема – необходимость сосредоточиться на делах фирмы. Время для восторженных грез у нее еще будет…

…На цыпочках Анна прокралась в душ, боясь разбудить Ларса. А Слэйтер и не думал засыпать: что-что, а притворяться он умел. «Наверное, для сцены или кино я был бы неплохим приобретением», – подумал он.

Когда раздался шум воды, обнаженный мужчина достал из стоящего у кровати кейса флешку и подошел к ноутбуку Анны, проделав некие манипуляции с ним, он возвратился к постели. Не суетясь, Ларс спрятал ценную деталь в небольшой карман своего кофра. Вот и все. Молодой человек лег на кровать немного раздосадованным. Он хотел настоящей работы: с риском, азартом и бешеным ревом адреналина в крови. А такую мелочь может сделать кто угодно. Успокаивало только то, что этот момент-один из незначительных этапов его работы.

Мысли Слэйтера незаметно возвратились к настоящему времяпрепровождению. Не очень-то хотелось оставаться здесь еще на ночь, тем более что было только три часа пополудни. Если бы он был один, то с удовольствием занялся бы осмотром города и его достопримечательностей. Не то, чтобы Ларс тяготился обществом любовницы… Но все же свобода предпочтительнее во всех отношениях. Если бы Анна чуть больше занималась своей непосредственной работой… Однако она явно не хотела спешить. Надо что-то придумать, только что? Мужчина вновь полез в свой кофр, достал оттуда крохотную таблетку и опустил ее в бокал своей любовницы, в котором еще оставалось недопитое шампанское.

Вскоре Ларс услышал, что шум воды, доносящийся из ванной комнаты, стал менее интенсивным. Вскоре Анна приоткрыла дверь в спальню, но мужчине уже не хотелось притворяться спящим. На цыпочках женщина проскользнула в комнату, в которой царил полумрак, обеспечивающийся плотными темно-коричневыми шторами. Ларс лежал на спине, заложив руки за голову, и рассматривал танцующие блики света на потолке. Анна поневоле залюбовалась его атлетическим телом, красивым лицом, четким аристократическим профилем. Ей нравились его холодные серо-голубые глаза, иногда очень отстраненные и даже надменные. Быть может, из-за таких «особых» для нее качеств Ларса, секс с ним был каким-то удивительно неповторимым. И сейчас, глядя на его губы, вспоминая их вкус, она вновь почувствовала прилив желания. Впрочем, уже достаточно хорошо изучив своего любовника, женщина постаралась подавить эротический импульс. Миссис Теллер усвоила многие привычки Слэйтера не только в сексуальных предпочтениях, но и во многих других аспектах его жизни. И когда-то поняв, что своей назойливостью или чрезмерной заботой она может его оттолкнуть, дала себе слово: никогда себе этого не позволять.

Ларс повернул голову и, улыбнувшись, тихо, с придыханием пропел своим неподражаемым голосом, окрашенным чувственным тембром:

– Привет, милая.

Его голос, – иногда думала она, – подошел бы мужчине лет за сорок – этакому искушенному и опытному соблазнителю, не имеющего поражений в отношениях с женщинами, а тут – внешность интеллигентного молодого преподавателя колледжа, ведущего спортивный образ жизни.

Уже позже, когда они стали близки, и Ларс оказался действительно замечательным любовником, женщина подумала, что природа не зря дала этому мужчине такой «возрастной» тембр голоса. Кроме этого, Слэйтер обладал врожденной способностью – тонко чувствовать женщину, что вкупе с отличным «техническим обеспечением» процесса давало великолепный результат для обоих партнеров. Этот молодой мужчина относился к своей партнерше, как музыкант-виртуоз к своей скрипке – даже если она и не являлась творением Страдивари – раскрывал всю красоту ее звучания, даря восторг и получая его.

– Привет, дорогой. Я тебя разбудила?

– Нет. Ты забыла, что мне достаточно десяти минут для полного восстановления. Как ты?

– Как всегда с тобой – замечательно, – проворковала женщина нараспев.

Ларс сбросил простыню и обнаженный направился в ванную комнату. В полумраке комнаты женщина позволила себе бросить обожающий взгляд на любимого мужчину, который в такие минуты становился для нее центром вселенной. В состоянии приятного, волнующего ожидания Анна потягивала шампанское, а затем легла в постель и прикоснулась к подушке, на которой недавно спал Ларс. Она глубоко вдохнула его запах и, закрыв глаза, погрузилась в грезы… У них есть еще ночь и день…

С возрастом я стал побаиваться летать на самолетах. Мне даже странно сейчас думать о том, что когда-то, в детстве, у меня не было пресловутого страха высоты; тогда, по-видимому, я даже не подозревал, что существует такой комплекс. Но повзрослев, неожиданно для себя узнал: боязнь высоты не относится к категории надуманных страхов. Как-то раз – мне тогда исполнилось лет в шестнадцать – я пригласил одну симпатичную девушку на свидание в парк. Мы немного погуляли, но обычная беседа о популярных музыкальных новинках и кино-премьерах в какой-то момент нам надоела: хотелось драйва, и появившийся на небосклоне гигантский сверкающий обод колеса обозрения решил, казалось, нашу проблему поиска острых ощущений. (В детстве кайф от этого аттракциона мне казался самым ярким.) Конечно, в шестнадцать лет ожидаемые ощущения от такого развлечения не могли быть такими выразительными, но я не ожидал, что мой первоначальный восторг так быстро сменится паническим ужасом… Безусловно, присутствие девушки помогло мне тогда подавить свой страх, однако сам факт его возникновения стал для меня серьезным ударом. Я боролся с этим комплексом и даже спустя некоторое время мог поздравить себя с частичной победой. А вот то, что касается авиа-перелетов… паники, конечно, не было, но и эйфории у меня тоже не наблюдалось. Обычно я спокойно смотрю в иллюминатор на уменьшающиеся в размерах здания, поля, леса и прочие пейзажи и до некоторых пор остаюсь в нормальном состоянии, но стоит облакам принять в свои объятия самолет с моим телом, у меня появляется острая потребность подойти к пилотам лайнера и попросить их начать снижение. Хорошо, что этот момент длится у меня недолго.