Протоя (пылко)

Ты лжешь! Царица потрясла героев Красой, величьем, смелостью!

Пентесилея

Умолкни, Лукавая! С Астерией не спорь! Она права: тот, кто один достоин Быть мной сраженным, не сражен еще.

Протоя

Но, госпожа, пока ослеплена Ты страстью…

Пентесилея

Прикуси язык, ехидна, И не дерзай в царице гнев будить! Прочь!

Протоя

Пусть я гнев в царице пробужу, Пусть больше лик твой светлый не увижу, Но все равно предательницей льстивой Из трусости не стану в миг опасный. Пока огнем тебя сжигает страсть, Ты дев вести в сраженье не способна: Копью не может противостоять Лев, если наглотался он отравы, Подложенной охотником коварным. Клянусь богами вечными, с Пелидом Не сладишь ты в подобном исступленье. Скорей мы сами до заката солнца Всех юношей, с таким трудом безмерным В бою жестоком взятых нами в плен, Из-за безумства твоего лишимся.

Пентесилея

Мне странно это слышать. Что вселило В тебя такую трусость вдруг?

Протоя

В меня?

Пентесилея

Скажи, кто побежден тобою?

Протоя

Юный Царь Ликаон, аркадец[53]. Ты как будто Его видала.

Пентесилея

Так. Не тот ли это, Кто, весь дрожа, стоял в измятом шлеме Вчера, когда я к пленникам…

Протоя

Дрожа? Он тверд был, как Пелид, перед тобою! Стрелой моей в сражении пронзенный, Он пал к моим ногам, и с ним пойду я На праздник роз так гордо, как умеем Лишь мы одни идти в священный храм.

Пентесилея

Вот как? Я вижу, ты одушевилась! Ну что ж, он у тебя не будет отнят. Эй, отыскать немедленно меж пленных И ей отдать аркадца Ликаона! Возьми его и вдаль от шума битвы Беги с ним, невоинственная дева. Укройся, раз он стал тебе так дорог, Под сень кустов цветущей бузины В ущелье дальнем, где ты с нежным другом Под сладострастный соловьиный свист Отпразднуешь, распутница, тот праздник, Которого дождаться не желаешь. Но на глаза не попадайся мне И путь навек забудь в мою столицу. Пускай тебя любовник утешает, Раз все презрела ты — любовь и славу, Отечество, царицу и подруг. Ступай, — я разрешаю. Больше видеть Тебя я не хочу — ты мне мерзка.

Мероя

О госпожа!..

Предводительница амазонок (из свиты)

Одумайся!

Пентесилея

Молчите! Кто вступится, тот будет предан каре!

Амазонка (входит)

Царица, приближается Ахилл!

Пентесилея

Ахилл? Чего же лучше! Девы, в битву! Подайте мне метчайшее копье, Острейший из стальных мечей подайте! Миг радости даруйте мне, о боги: Пусть юный и желанный мне воитель К моим ногам, поверженный, падет. Отдайте разом мне всю меру счастья, На жизнь мою отпущенную вами. Астерия, веди в сраженье войско, Аргивян отвлеки и позаботься, Чтоб пыл моих войнолюбивых дев Не помешал мне в бой вступить с Пелидом. Отточена смертельная стрела Для той, кто головы его… о нет! Хотя бы волоса на ней коснется. Я, только я должна сразить героя! Подруги, только эта сталь должна Привлечь его в мои, увы, стальные Объятья, чтобы он к моей груди Прильнул и безболезненно и нежно. Пускай он на весенние цветы Поникнет, чтоб остаться невредимым: Мне кровь его дороже, чем своя. Не успокоюсь я, пока не рухнет Пелид, как с неба редкостная птица, К моим ногам, но так, чтоб, грянув оземь, Ни одного пурпурного пера Из крыльев сломанных он не утратил. Тогда пусть тени из страны блаженных Приходят праздновать победу нашу,[54] Тогда я вас домой на праздник роз Смогу вести по праву, как царица. Идем!

(Уходя, замечает плачущую Протою, встревоженно оборачивается и внезапно бросается ей на шею.)

Сестра моей души! Протоя! Пойдешь ли ты со мной?

Протоя (надломленным голосом)

С тобой хоть в Орк!

Пентесилея

О лучшая из всех людей! Мы вместе Сразимся, победим или погибнем. Вперед, и пусть девизом нашим будет: Иль на челе героев наших розы, Иль над могилой нашей кипарис!

Все уходят.

Явление шестое

Входит верховная жрица Дианы в сопровождении жриц, за ними толпа девушек с кошницами на головах и пленники под охраной нескольких вооруженных амазонок.

вернуться

53

Аркад

е

ц

— житель Аркадии, гористой области в Гр

е

ц

и

и

,

в центре Пелопоннеса.

вернуться

54

Тогда пуст

ь

т

е

н

и из страны блаженных приходят пра

з

д

н

овать победу наш

у

..

.

—

В греческой мифологии наряду с А

и

дом, царством мертвых теней, лишенных сознани

я

, существовали

и

поля бл

а

же

нн

ых (элисий), где, по особой милости богов, вечно пребывали герои и праведники.