БАСНИ

282. Мулла и дети

Перевод М. Столярова

На минарет мулла седой Взошел по лестнице витой И, руки приложив к ушам, Вознес молитву небесам. Вот о перила оперся, Глядеть на город принялся. «Как мал внизу весь этот люд! Не люди — куры там снуют». В саду полуденной порой Ребята тешились игрой. Кричат: «Взгляните поскорей — На минарете воробей!» 1910

283. Волк и соловей

Перевод Эм. Александровой

Все знают — много зла еще на свете…              Однажды на рассвете,       Забывшись сном в тени ветвей,              Попался в лапы к Волку                   Соловей. В предчувствии ужасного конца,       От страха смертного и муки       Из горла бедного певца Неслись совсем не сладостные звуки. «Так вот, — воскликнул Волк, — как ты поешь!       Хрипишь, гнусавишь, как шарманщик, Меж тем певцом прославленным слывешь…       Да ты, брат, попросту обманщик!» Вспылил наш Соловей от этих слов И так ответил, позабыв о боли: «Да, я певец! Но я пою на воле,       И песнь моя не для Волков!» 1915 Женева

284. Вепрь и лиса

Перевод С. Шервинского

Однажды Вепрь на скалах у реки,        Не зная устали, старался — Оттачивал по одному клыки,        А сам лукаво улыбался. Тут подошла Лиса: «Признайся мне, Мой храбрый брат, чего ты так хлопочешь? Никто не говорит ни о какой войне, —        Зачем же зря ты бивни точишь?        Вспотел, измучился, чудак!»        А Вепрь ей отвечает так:        «Слывешь ты хитрою по праву,        Ты заслужила эту славу,        Но только твой умок, сестра,        Не шире птичьего двора.              Обязан воин                    В срок В дни мирные оттачивать клинок.        Тогда бывает он спокоен,               Что отстоит страну».        Знай: ржавчина родит войну. А ежели народ заране меч отточит, С ним враг и драться не захочет. 14 августа 1922 Венеция

285. Вопрос

Перевод Эм. Александровой

Воскресным утром под церковным сводом Приходский поп вещал перед народом: «Не счесть господних нам щедрот! Бог создал мир, как блюдо вкусной снеди, Чтоб люди, птицы, и зверье, и скот, — Ну, словом, все, кто дышит и живет,—        Небесной благости дивясь,        Всегда обильно ели, пили        И, сытной пищей усладясь,        Творцу хваленья возносили». Вдруг из толпы, что до сих пор молчала, Такое слово прозвучало: «Святой отец, прошу меня простить, Желал бы получить я разъясненье: Кто предназначен богом для съеденья — Хваленья тоже должен возносить?» 1922 Венеция

286. Всего дороже

Перевод В. Любина

С глубокою раной лежал над ручьем Подбитый охотником Голубь лесной, И жажда его опаляла огнем, И кровь из груди растекалась струей! Волшебница пери с приходом зари Склонилась над Голубем на берегу И шепчет: «Ценнейшее мне подари — И жизнь молодую твою сберегу!» Но Голубь подумал: что жизни ценней? Земные вовек не воротятся дни — И молвил: «Коль жизни ты хочешь моей — Ее отбери и назад мне верни». Волшебница рану омыла росой, И Голубь глаза изумленно раскрыл, Воскликнул он: «Как расплачусь я с тобой?», Взмывая просторными взмахами крыл. «Отдай свои крылья за помощь мою!» — «Но как же взовьюсь я в сверкании дня К седым облакам, где парить я люблю! Без крыльев и жизнь не мила для меня…» — «Лети же! Открыт для тебя небосклон! — С улыбкой сказала Волшебница вод. — Пусть ведает тот, кто навек заточен, Что жизни дороже свободный полет!» 20 февраля 1924 Венеция

287. Медведь и змея

Перевод С. Михалкова

      С Медведем дружбу завела Змея —       Водой не разольешь: одна семья! И клятву верности друзья друг другу дали,                    И с этих пор они             Совместно проводили дни —       Гуляли, ели, ночью рядом спали.       Душевно, чинно и без пререканья,       Друг к другу преисполнены вниманья,       Они дружили долгие года, Да только вот Змеи немое пресмыканье       Не нравилось Медведю никогда. Случилось как-то раз, на берегу высоком       Стоял Медведь дыханье затая, И вдруг увидел он, увидел ненароком, Как, словно вор, тайком к ручью ползла Змея.       Сомнение Медведя охватило,       В груди его волненье поднялось: «Нет! Будь ты друг иль брат — сдержаться я не в силах!       Моей душе противно и постыло Всё то, что движется ползком и вкривь и вкось!» И, вмиг разделавшись с пятнистым, мерзким гадом,       Медведь расправил лапой труп Змеи И сбросил со скалы в ручей, бегущий рядом,       В холодный блеск его прямой струи. И, глядя вслед Змее, чей труп, воде послушный,       Тупой стрелой мелькал среди камней, Медведь заметил так: «Быть надо прямодушной. Отныне прям твой путь! Вот так-то, друг, верней!» 1927