«Только утро любви хорошо: хороши…»

Только утро любви хорошо: хороши          Только первые, робкие речи, Трепет девственно-чистой, стыдливой души,          Недомолвки и беглые встречи, Перекрестных намеков и взглядов игра,          То надежда, то ревность слепая; Незабвенная, полная счастья пора,          На земле — наслаждения рая!.. Поцелуй — первый шаг к охлажденью: мечта          И возможной и близкою стала; С поцелуем роняет венок чистота,          И кумир низведен с пьедестала; Голос сердца чуть слышен, зато говорит          Голос крови и мысль опьяняет: Любит тот, кто безумней желаньем кипит,         Любит тот, кто безумней лобзает… Светлый храм в сладострастный гарем обращен.          Смолкли звуки священных молений, И греховно-пылающий жрец распален          Знойной жаждой земных наслаждений. Взгляд, прикованный прежде к прекрасным очам         И горевший стыдливой мольбою, Нагло бродит теперь по открытым плечам,         Обнаженным бесстыдной рукою… Дальше — миг наслажденья, и пышный цветок        Смят и дерзостно сорван, и снова Не отдаст его жизни кипучий поток,         Беспощадные волны былого… Праздник чувства окончен… погасли огни,          Сняты маски и смыты румяна; И томительно тянутся скучные дни          Пошлой прозы, тоски и обмана!.. 1883

«Гаснет жизнь, разрушается заживо тело…»

Гаснет жизнь, разрушается заживо тело, Злой недуг с каждым днем беспощадней томит, И в бессонные ночи уверенно, смело Смерть в усталые очи мне прямо глядит. Скоро труп мой зароют могильной землею, Скоро (высохнет мозг мой и сердце замрет, И поднимется густо трава надо мною, И по мертвым глазам моим червь поползет… И решится загадка, томившая душу, — Что там ждет нас за тайной плиты гробовой… Скоро, скоро!.. Но я малодушно не трушу И о жизни не плачу с безумной тоской. Что дала ты мне жизнь, чем меня приласкала, Что ты можешь еще мне сулить впереди? Ты все лучшие думы мои осмеяла, Ты все лучшие чувства убила в груди. 1883

ДУРНУШКА

Бедный ребенок, — она некрасива! То-то и в школе и дома она Так несмела, так всегда молчалива, Так не по-детски тиха и грустна! Зло над тобою судьба подшутила: Острою мыслью и чуткой душой Щедро дурнушку она наделила, — Не наделила одним — красотой… Ах, красота — это страшная сила!.. 1883

«Нет, я больше не верую в ваш идеал…»

Нет, я больше не верую в ваш идеал,           И вперед я гляжу равнодушно: Если б мир ваших грез наконец и настал, —           Мне б в нем было мучительно душно: Столько праведной крови погибших бойцов,           Столько светлых созданий искусства, Столько подвигов мысли, и мук, и трудов, — И итог этих трудных, рабочих веков —           Пир животного, сытого чувства! Жалкий, пошлый итог! Каждый честный боец Не отдаст за него свой терновый венец… 1883

ИЗ ДНЕВНИКА

Я долго счастья ждал — и луч его желанный Блеснул мне в сумерках: я счастлив и любим; К чему ж и а рубеже земли обетованной Остановился я, как робкий пилигрим? За мной — глухая ночь и годы испытаний, Передо мной — весна, и ласка, и привет, А я… мне точно жаль умчавшихся страданий, И с грустью я смотрю минувшему вослед… Не называй меня безумным, дорогая, Не говори, что я солгал перед тобой; Нет, я люблю тебя, как мальчик, отдавая Всю душу, все мечты, всю жизнь — тебе одной. Но отголоски гроз недавнего ненастья, Как голос совести, твердят душе моей: «Есть дни, когда так пошл венок любви и счастья И так прекрасен терн страданья за людей!..» 1883

«Так вот она, „страна без прав и без закона“…»

Так вот она, «страна без прав и без закона»! Страна безвинных жертв и наглых палачей, Страна владычества холопа и шпиона И торжества штыков над святостью идей! О нет, не может быть!.. Вы лжете мне, вы лжете, Апостолы борьбы!.. Неправою враждой Вы сердца моего корыстно не зажжете — Я верю в мой народ и верю в край родной! Он не унизился б до робкого смиренья, Не стал молчать года с покорностью раба И гордо б встал на бой, могуч, как ангел мщенья, Неотразим, как вихрь, и страшен, как судьба; Пока в нем слышен смех… 1883

ВАВИЛОН

(Отрывок)

Брошены торжище, стадо и пашня, Заняты руки работой иной: Камень на камень — и стройная башня Гордо и мощно встает над землей… Ласточка, рея в лазури бездонной, Кажется точкой для смертных очей. Или мы, с нашей мечтой окрыленной, Кроткой, воздушной певуньи слабей? К небу, где тучи играют и мчатся, Сыпля громами у ног божества, К небу, где райские реки струятся, Стелется райских лугов мурава; К жизни блаженства от жизни страданья, К звездам, сверкающим ярким огнем… Высьтесь же, стены гранитного зданья! Будьте нам к вечному небу путем! Полно, безумцы! Взгляните: чернеет Грозная туча на грани небес; В трепетном ужасе мир цепенеет, Отблеск зарницы мелькнул и исчез… 1883