<1845-1846>

* * *

По чувствам братья мы с тобой, Мы в искупленье верим оба, И будем мы питать до гроба Вражду к бичам страны родной. Когда ж пробьет желанный час И встанут спящие народы,- Святое воинство свободы В своих рядах увидит нас. Любовью к истине святой В тебе, я знаю, сердце бьется, И, верно, отзыв в нем найдется На неподкупный голос мой.

<1846>

* * *

Скучная картина! Тучи без конца, Дождик так и льется, Лужи у крыльца… Чахлая рябина Мокнет под окном; Смотрит деревушка Сереньким пятном. Что ты рано в гости, Осень, к нам пришла? Еще просит сердце Света и тепла! Все тебе не рады! Твой унылый вид Горе да невзгоды Бедному сулит. Слышит он заране Крик и плач ребят; Видит, как от стужи Ночь они не спят; Нет одежды теплой, Нету в печке дров… Ты на чей же, осень, Поспешила зов? Вот – и худ и бледен, Сгорбился больной… Как он рад был солнцу, Как был бодр весной! А теперь – наводит Желтых листьев шум На душу больную Рой зловещих дум! Рано, рано, осень, В гости к нам пришла… Многим не дождаться Света и тепла!

<1860>

* * *

Отдохну-ка, сяду у лесной опушки; Вон вдали – соломой крытые избушки, И бегут над ними тучи вперегонку Из родного края в дальнюю сторонку. Белые березы, жидкие осины, Пашни да овраги – грустные картины; Не пройдешь без думы без тяжелой мимо, Что же к ним все тянет так неодолимо? Ведь на свете белом всяких стран довольно, Где и солнце ярко, где и жить привольно. Но и там, при блеске голубого моря, Наше сердце ноет от тоски и горя, Что не видят взоры ни берез плакучих, Ни избушек этих сереньких, как тучи; Что же в них так сердцу дорого и мило? И какая манит тайная к ним сила?

<1861>

РОДНОЕ

Свесилась уныло Над оврагом ива, И все дно оврага Поросло крапивой. В стороне могила Сиротеет в поле: Кто-то сам покончил С горемычной долей! Вон вдали чернеют, Словно пни, избушки; Не из той ли был он Бедной деревушки? Там, чай, труд да горе, Горе без исхода… И кругом такая Скудная природа! Рытвины да кочки, Даль полей немая; И летит над ними С криком галок стая… Надрывает сердце Этот вид знакомый… Грустно на чужбине, Тяжело и дома!

<1862>

* * *

Теплый день весенний. Солнышко блестит, Птичка, заливаясь, В поле всех манит. Улицы, бульвары Запрудил народ. Пестрыми толпами За город идет. Праздничные лица Радостно глядят; Редко, редко встретишь Невеселый взгляд. Словно всем живется Так легко, что нет У толпы нарядной Ни забот, ни бед. Только мне с тоскою Справиться невмочь, Как ее прогнать я Ни стараюсь прочь. Где б я ни был,- всюду Шепчет мне она: «А твоя навеки Отцвела весна!» Зашумит ли в роще Яркая листва, Мне и в этом шуме Слышатся слова: «Нечего от жизни. Ждать тебе. Твой путь Пройден,- не пора ли Навсегда уснуть? И когда сойдешь ты В землю, над тобой Зеленеть мы будем Каждою весной!»

<1873>

СТАРИК

У лесной опушки домик небольшой Посещал я часто прошлою весной. В том домишке бедном жил седой лесник. Памятен мне долго будешь ты, старик. Как приходу гостя радовался ты! Вижу, как теперь, я добрые черты… Вижу я улыбку на лице твоем - И морщинкам мелким нет числа на нем! Вижу армячишко рваный на плечах, Шапку на затылке, трубочку в зубах; Помню смех твой тихий, взгляд потухших глаз, О житье минувшем сбивчивый рассказ. По лесу бродили часто мы вдвоем; Старику там каждый кустик был знаком. Знал он, где какая птичка гнезда вьет. Просеки, тропинки знал наперечет. А какой охотник был до соловьев! Всю-то ночь, казалось, слушать он готов, Как в зеленой чаще песни их звучат; И еще любил он маленьких ребят, На своем крылечке сидя, каждый день, Ждет, бывало, деток он из деревень. Много их сбегалось к деду вечерком; Щебетали, словно птички перед сном: «Дедушка, голубчик, сделай мне свисток». «Дедушка, найди мне беленький грибок». «Ты хотел мне нынче сказку рассказать». «Посулил ты белку, дедушка, поймать». «Ладно, ладно, детки, дайте только срок, Будет вам и белка, будет и свисток!» И, смеясь, рукою дряхлой гладил он Детские головки, белые, как лен. Ждал поры весенней с нетерпеньем я: Думал, вот приеду снова в те края И отправлюсь к другу старому скорей. Он навстречу выйдет с трубочкой своей И начнет о сельских новостях болтать. По лесу бродить с ним будем мы опять, Слушая, как в чаще свищут соловьи… Но, увы! желанья не сбылись мои. Как с деревьев падать начал лист сухой, Смерть подкралась к деду тихою стопой. Одинок угас он в домике своем, И горюют детки больше всех по нем. «Кто поймает белку, сделает свисток?» Долго будет мил им добрый старичок. И где спит теперь он непробудным сном, Часто голоса их слышны вечерком…