375375

Есть в Италии маленький дом, Он стоит на обрыве крутом. Каждый вечер, в двенадцать часов, Старый негр отпирает засов. И скрипит под ногами ступень, И на розы спускается тень. Из–за пары распущенных кос С оборванцем подрался матрос. Оборванец был очень силен, В нем кипела, играла любовь; И вконец обессилел матрос – С горла хлынула алая кровь. Оборванец над трупом присел, Чтоб врага своего разглядеть, В нем он брата родного узнал, Оборванец босой зарыдал. Ликовала, шумела толпа, И рыдал оборванец босой, Лишь тихонько стояла она, Белокурая, с длинной косой. Оборванец лишь к ней подошел И других он слов не нашел, Острый ножик вонзил под косой. Та упала прям в ноги нему. Ликовала, шумела толпа И рыдал оборванец босой, Лишь тихонько лежала она, Белокурая, с длинной косой.

376376

Задумал я Богу помолиться, Взял котомочку, пошел. А солнце за лес стало садиться Я обратно перешел. Вдали завидел деревушку, В ней решился ночевать. Постучал я у крылечка: «Пусти, хозяйка, ночевать». Слышу: двери открывались Старушка вышла, стала звать. Взошел в избу я, помолился, Положил сумку я на стол; Водой я с хлебом напитался, Спать ложусь на голый пол Слышу: шорох тут поднялся – И зарезали меня... Мое тело схоронили У забора, у себя. Час полуночи пробило; В избу просится мертвец: «Ты пусти меня, старушка, Я зарезанный купец. Мои деньги обобрала И убила ты меня; Теперь деньгами не нуждаюсь, Нуждается семья моя. Семья моя тут не малая, Жена и четверо детей. Лежу у вас тут под забором Свиданья не видать мне с ней».

377377

Близко города Славенска, На верху крутой горы, Знаменитый жил боярин, По прозванью Карачев. В его тереме высоком, Словно пташка в западне, Изнывает в злой неволе Красная девица–душа. Сиротиночка Любаша Пригорюнившись сидит; Она плачет, слезы льются, Как поток, шумят они. А все сердцу нет отрады И не легче для нее. Скоро полночь, она плачет, И на ум нейдет ей сон... Вот и слышит, кто–то скачет Вот он близко, это он! Подъезжает тихим шагом. В доме смирно, нет огней. Только волки завывают, Глядя на лихих коней. Разом лестницу к окошку Подставляют молодцы... Что ж, хозяин почивает, Его слуги также спят. Один страж стоит на вышках И бормочет про себя. Вдруг залаяли собаки, И проснулся Карачев; Спохватился он Любаши – Ее нет, ах ты беда! Все на коней, да в погоню! Но уж поздно–нет следа. Спустя лето по малину В лес не ходят никогда!

378378

Капитан, и родина его –Марсель, Он обожает ссоры, ругань, драки; Он курит трубку, пьет крепчайший ром И любит девушку из Нагасаки. У ней следы проказы на руках, У ней татуированные знаки, И вечерами «джигу» в кабаках Танцует девушка из Нагасаки. У ней такая маленькая грудь, А губы, губы алые, как маки. Уходит капитан в далекий путь, Целует девушку из Нагасаки. И вот в жестокий шторм, когда шумит гроза, В часы такие, сидя у себя на баке, Он вспоминает карие глаза И бредит девушкой из Нагасаки. И вот спешил он к ней, едва дыша... Он узнает, что господин во фраке Однажды, накурившись анаша, Зарезал девушку из Нагасаки. У ней такая маленькая грудь, А губы, губы алые, как маки... Уходит капитан в далекий путь, Не видя девушку из Нагасаки.

379379

Как в одной небогатой деревне Жили мирно два брата с отцом. Ни о чем они там не тужили, И текла иха жизнь чередом. Революция огненным пламенем Пронеслася над миром грозой. За свободу и волю народа Кровь лилася горячей струей. Привезли пулеметы и пушки, Тут проклятья, расстрелы и крик... Запалили огнем деревушку, И заплакал несчастный старик. Отобрали коровку, лошадку, В Красну Армию старший ушел. В руки младшему дали винтовку, Добровольцем он к белым пошел. И судьба их свела, как нарочно, Повстречались в бою первый раз. Друг на друга так долго смотрели, Не могли оторвать своих глаз. Старший молвил: «Ты белым солдатом, Твой девиз грабежи и расстрел. Не зову я тебя больше братом...» И винтовку он взял на прицел. Он курок нажимал так несмело, Младший брат тут винтовку схватил – И свершилось кровавое дело: Штык он старшему в сердце вонзил. И стоит, точно Каин–преступник, Старший брат перед ним умирал, Точно ирод, свободы отступник, Он над трупом ребенком рыдал. А над трупом склонилися лозы, Вышло солнце сраженье смотреть... Ты не лей же горячие слезы, Труп холодный теперь не согреть. вернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернуться