‹1940›

УПОРСТВО Идут кровавые бои — сильней день ото дня. Четвертый день друзья мои на линии огня. На них два раза танки шли, засыпали землей. Они восстали из земли и снова рвутся в бой. Они врага отбросят вспять и долг исполнят свой, пока стоит за эту пядь хотя б один живой.

‹1941›

СМЕРТЬ СОЛДАТА На ратном поле умирал солдат, Он смело дрался до последней пули, Его друзья уже навек уснули, Теперь он замыкал их скорбный ряд. Он тихо отходил — обрел покой, Высокое исполнил назначенье. Враги лежали тоже без движенья — Он целил в каски снайперской рукой. И жаждал человек в свой смертный срок Ладонью тронуть стебелек зеленый, Не пулями, но солнцем опаленный. Услышать леса мирный говорок. Да только пусто было перед ним — Трава пожухла, сосны почернели, Сраженные, как он, лежали ели, И над землей клубился горький дым. Но как в былинах у слепых певцов, Собрав остаток богатырской силы, Очнулся воин на краю могилы И обратился к небесам лицом. Лазурь сгущалась и сближалась с ним, День поникал, и солнце умирало, За край земли неспешно уплывало — К могилам братским, к сыновьям своим. Но свет его бессмертный золотил Обугленное поле, павших лица Тревожил, даже черный дым светиться Заставил, — мертвый лагерь оживил. Вот солнце уже кануло на треть, Глаза в глаза солдата провожая. Как многозначна красота земная, Когда смогла украсить даже смерть. И губы остывавшие бойца Шептали: «Не вернусь домой, я знаю, Но снова расцветет страна родная, И верю я, что жизни нет конца». Молю судьбу — дай мне такую смерть, Чтоб на краю разверзнутой могилы И мне хватило мудрости и силы В своей последней песне жизнь воспеть

‹1944›

ВОЗВРАЩЕНИЕ Ну вот и мы с тобою дома! За поворотом будет сад, А дальше — хаты. Нам знакомо Все это с давних лет, солдат! Сгустились сумерки, как прежде. Давай, земляк, пойдем быстрей. Веди нас, добрая надежда, К заветной хижине моей. Войной гонимые по свету, Мы помнили свой уголок, И, может, за три года ветер Замел следы солдатских ног. Но все тут нам давно знакомо: За поворотом будет сад, А дальше — хаты. Вот и дома! Но что такое? Стой, солдат! Иль заблудились мы с тобою? Иль ты, друг, лишнего хватил? Прибавим шагу. Что такое? Нет, здесь, я помню, садик был. За ним вот тут стояла хата, Здесь тополя шумели в ряд… Коль смерть не тронула солдата, Так насмеялся лютый кат. Нам нет пристанища с тобою, Где были хаты — там пустырь, Крыльцо засыпано золою, Везде ольшаника кусты… Каких примет нам не хватает? Я узнаю тебя, земля, В том, как звезда в ночи мерцает, Как пахнут свежестью поля. Нет, ошибиться мы не можем, Коль сердце дом свой узнает! Давай, земляк, мешок положим И отдохнем-ка у ворот. Где смерть пожаром бушевала, Раздуем тихий огонек, Портянки высушим сначала, В огонь поставим котелок. Чуть-чуть поспим, а на рассвете Я — за топор, а ты — за лом, Чтоб разобрать руины эти, Чтобы построить новый дом. И снова станет все знакомо: За поворотом будет сад, А дальше — хаты… Знаешь, дома И горевать легко, солдат!

‹1945›

* * * Я спал. И сны мои летели Неслышно в тишине ночной. А может, и на самом деле Сегодня ты была со мной. Я целовал живые руки, Заглядывал в глаза твои. В них отразились все разлуки, Дороги, тяготы, бои. И вот проснулся… Надо мною Стоит все та же тишина. В безлюдной роще дремлет хвоя Сияют клены у окна. И я, неверующий, верю — Со мной была твоя душа. Как след находки и потери, В тетради — след карандаша.

‹1957›

РАДУГА Лесок похвалялся Убором зеленым, А озеро — синим, А розы — червонным. Лишь радуга В споре была незаметна, Но вспыхнула после дождя Семицветно. Над лесом, над садом, Над озером ясным Блеснула зеленым, И синим, и красным.

‹1965›

САНДЖИ КАЛЯЕВ

(Род. в 1905 г.)

С калмыцкого

О НЕМ ПОЮ Говорят, что степной орел Постоянно, хоть раз в году, Прилетает к тому гнезду, Где он крылья свои обрел. Так и мне навек суждено, Чтоб всегда возвращался я В то гнездо, где давным-давно Начиналась строка моя. Ленин!.. С именем этим слит Моих дум вдохновенный стих, Ибо имя это стоит У начала всех строк моих. Мне и в трудные те года Было многое по плечу, Потому что везде, всегда Жил я только по Ильичу. Никогда душой не кривил, Сердце с сердцем его сличал, Чтоб была у меня в крови Хоть частица от Ильича… Если кто меня спросит вдруг — Я пишу о нем или нет, — То на этот вопрос в ответ Так скажу я: «Послушай, друг! Потому я и есть поэт, Что всегда — в труде и в бою — Вновь и вновь я о нем пою. Я о нем не могу не петь». И добавлю: «Уверен будь, Я всю жизнь и стою на том: Пел я Ленина, начав путь, И закончу — песней о нем».