-Тони? Корнелиус? – Раздался голос Нарциссы.

-Цисси? – Судя по голосу Фадж был явно удивлён и слегка напуган.

-Леди Малфой? – Так же вмешался Тревор. – Какого Дьявола тут происходит?

В темноте раздался раздражённый голос Гермионы:

-Я уверена, что в данный момент у кучи студентов, что собралось здесь тот же вопрос, что и у Вас, господин директор.

-Миссис Поттер?

-Леди Поттер, директор, – раздался холодный голос Гарри.

Тревор быстро сориентировался и понял, что очередная маска Поттера сброшена:

-Лорд Поттер? Как я понимаю, это Вам мы обязаны столь интимному освещению? Если это так, то не могли бы Вы...

Тьма, словно живое существо, втянулось в тело Гарри Поттера. Перед глазами Тревора и Фаджа предстала следующая картина.

У стены стояли студенты с факультета Слизерина в полном составе с палочками в руках. Заслоняя их стояла Нарцисса Малфлой так же с палочкой в руках. В свою очередь заслоняя мать стоял Драко. В одной руке он держал свою волшебную палочку, а в другой он сжимал волчий клык у себя на груди. Объединяло всю это композицию то, что они все целились в группу безоружных авроров, что стояли с противоположной стороны кабинета. Из-за спины Хагрида в сторону Нарциссы скользнула тень огромной летучей мыши. Северус Снейп встал рядом с Леди Малфлой и заслонил собой крестника. В глазах профессора горела решимость сражаться не на жизнь, а на смерть.

Хагрид же растерянно вертел головой. Он стоял с зонтом в руках и не знал в кого целиться. В свою очередь Гермиона не страдала в вопросе выбора. Её волшебная палочка показывала, что её хозяйка явно на стороне стороне факультета Слизерина. Перехватив взглядом направление палочки Гермионы, Хагрид тут же сделал правильный вывод, и так же направил свой жёлтый зонт в сторону авроров.

За спиной Хагрида, скромно, и едва ли не шаркая от стеснения ногами по полу, выглядывала ещё одна группа авроров. Свои запасные волшебные палочки они столь же стеснительно убрали куда-подальше. Во избежание, так сказать.

За исключением тех авроров, что затаились за широкой спиной Хагрида, три группы волшебников были готовы к бою, но тем не менее все дружно смотрели на композицию, застывшую в центре кабинета.

В центре композиции стоял Гарри Поттер, ростом под три метра! Он был полностью обнажён, если не считать доспехов из чешуи дракона, которая покрывала всё его тело. Две мощные пластины закрывали грудь. Пластины поменьше покрывали пресс и рёбра. Более мелкие пластины из драконьей чешуи порывали конечности Гарри Поттера. Голова и лицо Поттера осталась вполне человеческой и легко узнаваемой, если не считать того, что кожа на лице была покрыта мелкой змеиной чешуёй. Волосы сохранились и заметно удлинились размером до лопаток. Поддерживали же его волосы и не давали им ссыпаться по краям головы, корона, в виде цепочки из рогов. Спереди покороче. По мере продвижения цепочки рогов к затылку, рога удлинялись и загибались назад. Тревор сразу приметил, что подобная рогатая корона венчает голову василиска. За спиной Поттера были раскрыты два чёрных крыла в которых клубилась Тьма. Та самая Тьма, что совсем недавно наполняла собой кабинет. Размера раскрытых крыльев было достаточно, что бы надёжно закрыть факультет Слизерина, что собственно, они и делали. Ноги Поттера трансформировались в когтистые драконьи лапы и надёжно фиксировали мощное тело, воткнувшись когтями в пол. Когтистая рука Поттера, лишь частично сохранив человеческое очертания, сжимала горло начальника аврората Руфуса Скримджера. За спиной гибрида человека и дракона ожил и начал змеёй извиваться длинный и мощный чешуйчатый хвост, недовольно высекая искры из пола. Сам же Скримджер, оторванный не человеческой силой от пола, висел в воздухе и дёргался, силясь освободиться. Именно он создавал те странный звуки, которые Тревор и Фадж восприняли, как похрюкивание. Синее лицо Скримджера и выпученные глаза недвусмысленно говорило, что главе авроров явно не хватает воздуха. Судя по размеру мышечной массы всего тела, Поттер явно не испытывал кого либо неудобства или затруднения, держа на весу волшебника, весьма немаленького веса.

Фадж заглянул в драконьи глаза Гарри Поттера, чья радужка сияла светом Авады Кедавры, и, вздрогнув, тихо порадовался, что его, теперь уже без сомнений, надёжный друг Марк Тревор, прижал его к стене и прикрыв своим телом от возможной атаки. Так же Фадж по достоинству оценил ту мощь щита, которым Тревор накрыл их обоих. Сам же Поттер неотрывно и с гастрономическим интересом следил за своей жертвой в руке.

-Лорд Поттер, – сказал Тревор, игнорируя трепыхания Скримджера, – не могли бы вы просветить меня относительно изменения Вашего статуса?

Гарри усмехнулся Скримджеру, продемонстрировав частокол своих клыков:

-Предыдущий Лорд Поттер покинул наш мир. Магия Рода Поттера признала меня достойным титула Лорда. Это всё, что Вам нужно знать.

-Мои соболезнования об уходе предыдущего Лорда Поттера из нашего мира и мои поздравления Вам с принятием титула Лорда Поттера, – сказал Тревор.

Гарри, не отрывая кровожадного взгляда от Скримджера, лишь кивнул головой, принимая поздравление.

-А теперь, – аура Тревора накрыла всех присутствующих и придавила их многотонной ледяной глыбой, – кто нибудь объяснит мне, какого пикси здесь происходит?

-Мне это тоже очень интересно, – поддержал его Гарри. – Стоило мне отлучиться по делам Рода, как в Хогвартсе стало твориться дементор знает что. Но это просто сущий пустяк по сравнению с тем, что произошло в момент моего возвращения. Стоило нам, по возвращению, переступить порог моего замка, – Гарри оторвал свой взгляд от Скримджера, и посмотрел на съёжившихся авроров, – повторяю, МОЕГО ЗАМКА, так вот, стоило нам переступить порог моего замка, как на меня и мою супругу нападают неизвестные в мантиях авроров.

-Что?

-Что?

Голоса Тревора и Фаджа слились хором. Фадж поспешил выбраться из-за спины Тревора и возмущённо посмотрел на присутствующих. Тем временем Гарри продолжил:

-После того, как мне удалось буквально с силой заставить их представиться и напомнить им с чего обязаны начитать авроры не только начало любого разговора, но и ареста, то спустя пятнадцать минут мы стали свидетелями нападения ещё одной группы бандитов в форме авроров..., хотя нет. Не бандитов. Убийц. Убийц, в форме авроров, которые проникнув в Больничное Крыло пытались убить профессора Грюма.

Видя, как Фадж начал стремительно краснеть, Гарри уточнил:

-Я лично был свидетелем, как в профессора Грюма было послано режущее проклятье достаточной силы, что бы разрезать волшебника пополам. Но не достигнув желаемое отправил в догонку к «Секо» ещё и «Бомбардо». Судя по звукам взрывов, которые прозвучали, пока мы добирались до Больничного Крыла это было не единственное «Бомбардо». О количестве запущенных «Секо», Вы, господин министр, можете посчитать по количествам отметин на стене Больничного Крыла, которое оставило это проклятье. К счастью, ни профессор Грюм, ни мадам Помфри не пострадали, благодаря бывшим сослуживцам Грюма. Кстати, Хагрид, я же просил остаться тебя в Больничном Крыле и присмотреть за связанными, даже не поворачивается язык сказать, аврорами, которые, вроде как обязаны служить нам, и защищать нас.

-Мадам Помфри отправила меня к тебе, – недовольно прогудел Хагрид. – Сказала, что не девочка, сама справиться, а тебе может понадобиться помощь.

-Так, это что получается, – с трудом выдохнул Фадж, с трудом сдерживая ярость, – это как понимать? Вы чего творите?! Я ВАС СПРАШИВАЮ?! – Закричал Фадж на авровров.

-Но и это не самое интересное, – продолжал подогревать его Гарри. – Самое пикантное мы услышали уже подходя к дверям Вашего кабинета, директор Тревор. Из того, что я успел услышать, вот этот вот субъект, – Гарри тряхнул Скримджера, – собирался не больше, не меньше, а убить Драко Малфоя.

На багровом лице Фаджа выступили крупные капли пота, а его не менее покрасневшая шея порылась серыми пятнами.

-Он..., он..., – дрожащей от волнения рукой Фадж достал свою волшебную палочку и направил её на Скримджера, – он..., что...? Какого..., Тони, я..., я не понимаю..., Цисси..., я..., – растерянный взгляд Фаджа метался по всему кабинету, – Цисси, я не понимаю..., зачем? Почему? Как осмелился?