-Тяжёлая ночь, господин министр?

Фадж судорожно выпил содержимое:

-Вы даже не представляете на сколько.

На какое то время Фадж замер, прислушиваясь к себе, и на его лице расцвела улыбка.

-Мистер Поттер. Вы мой спаситель. Могу ли я потерять совесть и попросить Вас...

-Я дам тебе запас этого зелья, Корнелиус.

-Гарри, буду тебе очень признателен. Тони, что это?

Фадж взял протянутую папку.

-Прочитай, Корнелиус. Прочитай. Тебе будет это интересно. А потом мы послушаем, что удалось раскопать тебе. Ведь у тебя уже есть, что нам сообщить?

-Есть, – задумчиво пробормотал министр, – Орден..., о как! Не слышал о таком. – С этими словами Фадж углубился в чтение.

-Ну, – сказал Тревор, – пока наш министр входит в курс дела, мы решим пару наших вопросов. Вы все уже дали мне краткий отчёт о ситуации и проблемах по вашим предметам, которые вы ведёте. Отчёты сдали все, кроме Вас, мадам Пинс, и Вас, профессор Слизнорт. Начнём с дамы. Итак?

-Как Вы и велели, на днях я закончила ревизию нашей библиотеке. И Вы оказались правы. У нас серьёзная недостача редких книг.

Фадж оторвался от прочтения документа и спросил:

-В смысле?

-Как вам всем известно, на протяжении всей истории Хогвартса многие волшебники передавали нашей библиотеке в дар не только редкие экземпляры книг по магии, но порой целые библиотеки. В результате в библиотеке Хогвартса среди книг можно было найти не просто жемчужины, а самые настоящие бриллианты. Разумеется, подобные книги требовали особого ухода. По этому неудивительно, что они практически сразу были перенесены в Запретную Секцию. Так вот. Ревизия показала, что наиболее ценные и редкие книги были изъяты из Запретной Секции.

Фадж посмотрел на пылающую от негодования мадам Пинс. Её преклонение перед книгами было широко известно. Фактически, книги для мадам Пинс были как родные дети. И эти дети были похищены. Прекрасно понимая её состояние, Фадж спросил:

-На сколько мне известно, на всех книгах библиотеки Хогвартса лежат заклятия «Поиска». Вы не пробовали...

Мадам Пинс возмущённо фыркнула:

-Не считайте меня дурой! Это первое, что я сделала!

-Как я понимаю, в результате Вы получили пшик?

-В противном случая я бы не вела этот разговор, господин министр, – мадам Пинс буквально кипела от негодования. – Лишь один волшебник, кроме меня, мог снять заклятие «Поиска» с библиотечных книг.

Профессор МакГонагалл разочарованно покачала головой и прошептала:

-Ах, Альбус — Альбус.

Тревор внимательно посмотрел на профессора:

-Профессор МакГонагалл. Я пытаюсь быть беспристрастным. Вы знаете своего учителя и наставника лучше, чем остальные. Возможно ли то, что Альбус Дамблдор решил, что данные знания опасны для студентов, и по тому он решил...

Об стол грохнул кулак мадам Пинс, чьё негодование достигло пика. Встав и облокотившись на кулаки мадам Пинс прошипела:

-Прошу заметить, директор Тревор, что прежде чем книги попадают в Хогвартс, они проходят самую тщательную проверку в Отделе Тайн. Если бы сотрудники Отдела Тайн посчитали, что данная информация несёт опасность...

-Я согласен, с мадам Пинс, – поддержал её Фадж. – Более того. Список подаренных книг и их содержание проходят, точнее проходили тщательный контроль Лордами Визенгамота и их помощниками. При малейшей угрозе для детей, на книги ставиться штамп об опасности данного издания и его сразу же отправляли в Запретную Секцию библиотеки Хогвартса. Да. Были исключения. Дневники некромантов, помешанных на экспериментах над людьми или животными. Сумасшедшие идеи призывателей демонов и тому подобное. Были такие книги, которые нельзя было давать не то что студентам, но даже взрослым и опытным магам. Всё же пересадка внутренних органов от демона к человеку, это несколько не то, что должны читать студенты. Но! Тони. Подобные моменты были исключениями. Библиотеку Хогвартса недаром называют уникальной не только на нашем континенте, но и во всём мире.

Мадам Пинс с гордостью и фанатическим блеском в глазах кивнула головой. На Фаджа явно нашло вдохновение и он продолжил свою пылкую речь:

-Пропажа уникальных книг из библиотеки школы, это не только плевок на статус Хогвартса, это плевок на нашу историю. Плевок на память тех, кто подарил детям столь уникальные книги. Это плевок на репутацию страны, в конце концов!

От возбуждения министр даже встал.

-Вот что, моя дорогая мадам Пинс. Я беру этот вопрос под свой контроль. Тони? – Опомнился Фадж. – Ты не против?

Тревор развёл руками:

-Как я могу быть против? Но как ты собираешься решить этот вопрос? Что то мне подсказывает, что призвать Дамблдора к ответу мы сможем ещё очень не скоро.

-Это верно, – убито сказал Фадж. – Мадам Пинс. Не расстраивайтесь. Как было совершенно справедливо замечено, все книги проходили через Отдел Тайн. Насколько мне известно, при проверке, в качестве платы Отдел Тайн снимает копии тех книг, которых нет в коллекции их книгохранилищ. А книг у них о-го-го сколько. Дайте мне список пропавших книг. Я попрошу главу Отдела Тайн сделать копии пропавшего. – Посмотрев на едва не плачущую хранительницу библиотеки Хогвартса Фадж поднял ладони. – Да, я понимаю, что это никогда не заменит пропавшего, но как временная мера...

Господин Министр! Мадам Пинс в первые увидела перед собой столь же ярого союзника своего дела, как и она сама.

-Уверяю Вас, – Фадж сделал вид, что не понял её реакции, – как только Дамблдор будет схвачен, мы заставим его вернуть украденное. А копии, думаю, что в Вашей библиотеке они не будут лишними.

-Корнелиус, – Тревор обеспокоенно нахмурился. – Зная аппетиты Альбуса Дамблдора, даже на копиях украденных книг ты разоришься.

-А, – Фадж отмахнулся как от несущественной проблемы. – Делов то. Соберу Лордов Визенгамота. Объясню ситуацию. Скинемся, кто сколько может.

-Во всяком случае, – поддержала его Нарцисса, – считайте, что члены Попечительского Совета в доле.

Растроганная мадам Пинс достала платочек и едва не заплакала:

-Спасибо Вам! Спасибо вам всем!

Корнелиус обошёл стол и накрыв своей ладонью ладонь мадам Пинс успокаивающе проговорил:

-Ну-ну. Не расстраивайтесь. Всё будет хорошо.

Пока Фадж возвращался к своему креслу Тревор восхищённо думал:

«Ай да Корнелиус! Ай да …, ну ты и сам знаешь, чей ты сын!»

Дождавшись, пока страсти утихнут, а Фадж вернётся к чтению документов из папки, Тревор продолжил:

-Второй вопрос на повестке дня. Профессор Слизнорт. Прошу Вас.

Слизнорт встал со своего кресла и осмотрел всех профессоров. Вот его взгляд остановился на профессоре Снейпе и все с удивлением заменили, как «Ужас Подземелий» под его взглядом начал нервничать.

-Северус, – начал свою речь Слизнорт, – скажи мне. Что я сделал не так?

Растерянный Снейп пробормотал:

-Я не совсем понимаю...

-Разве я тебя плохо учил? Разве я тебя так учил, как ты учил своих студентов? Или может ты считаешь, что твои студенты — это исключительно студенты из твоего факультета, факультета Салазара Слизерина?

-Профессор Слизнорт, – сказал Тревор. – Нельзя ли более...

-Извольте! – Взорвался Слизнорт. – Да будет Вам известно, что я списался со всеми выпускниками Хогвартса, что учились у Северуса Снейпа. Со многими из них я говорил лично.

-Да, – сказал Тревор. – Я заметил Ваши продолжительные отлучки из Хогвартса.

-Северус, – все видели, что Слизнорт едва сдерживает себя. – Главная наша цель не просто заинтересовать студентов своим предметом. Наша главная цель — привить к нашему предмету любовь! Всё остальное приложится. Даже если лишить студента информации, движимый любовью к зельеваренью, студент сам найдёт нужные ему сведения. Если студент ненавидит свой предмет, он никогда, слышишь, никогда не добьётся в нём успеха. Не говоря о мастерстве. Господа, – Слизнорт осмотрел остальных профессоров, – я обращаюсь к тем, кто работал предыдущие четырнадцать лет. Куда вы смотрели? Неужели вы не видели того, что творится на уроках зельеварения?

-Неужели всё так плохо? – Спросил Тревор.

-Плохо? – Хмыкнул Слизнорт. – Ну давайте посмотрим. Из окончивших Хогвартс нет ни одного Мастера Зельеварения. Слышите? Ни одного! Исключение составляют лишь выходцы из факультета Слизерина. Но и там нет мастеров. Им это просто не нужно, так как они делают политическую карьеру. Да. Они разбираются в зельеварении, так как понимают его важность в своей жизни. Важность того, что зелье, сваренное собственноручно для своей семьи не идёт ни в какое сравнение с зельями со стороны. Даже если зелье было сварено Мастером Зельеварения. – Слизнорт виновато посмотрел на Гарри. – Исключение, разве что зелья, сваренные Магистром.