-Так же как и не виновата та девочка, которую Вы можете убить. Или изнасиловать. Или запытать до смерти. Закон будет на Вашей стороне. Ведь Вы светлый волшебник, а они нет.

-И Вы хотите сказать, что многие...

-Не просто хочу сказать, а говорю прямо. Убийство на ингредиенты как оборотней, так и их детей, это в порядке вещей.

-Но профессор Люпин. Скажите, что они ошибаются!

-Это правда, – шёпотом сказал Люпин, рассматривая свои туфли. – И не важно, что большинство оборотней, как и я, не виноваты. Закон на Вашей стороне. Стороне светлых магов.

-Но ведь оборотни нападают на мирных граждан. Грабят их...

-Конечно нападают, – печально улыбнулся Люпин. – Рон, ты не знаешь, что такое голод. Нам, оборотням, запрещено работать в магическом мире. Мы тут изгои. Если мы попытаемся устроиться в магловском мире...

-То им грозит десять лет в Азкабане, – закончил за него Фадж. – Статус Секретности. Как правило живыми из Азкабана они не выходят, а чёрный рынок пополняется очередными ингредиентами очередного неудачливого оборотня.

-Но профессор Люпин, ведь вы работаете в магловском мире...

-Работаю. – Усмехнулся Люпин. – Дворником. И то я исключение. Да меня не трогали всё это время лишь потому, что всем известно, что меня покрывал Дамблдор. В магловском мире нужны документы. Нужен диплом. Нужна специальность. Даже если министерство магии и позволит нам жить среди маглов, без всех этих документов в магловском мире делать нечего. Посмотри на меня. А ведь другие оборотни мне завидуют. Ведь я окончил Хогвартс и у меня есть официальная волшебная палочка.

-Но тогда на что оборотни живут? Чем кормят своих детей?

-Об этом я и хочу с Вами поговорить, мистер Уизли.

Перед Роном на стол легли две связки конских волос.

-Вы знаете, что это такое?

Рон скептически посмотрел на два конских хвоста, но ему не дали ответить близнецы:

-Мы знаем что это такое!

Рон увидел как Фред и Джордж буквально поедают волосы глазами.

-Это

-Волосы

-Единорога

-Десять

-Галлеонов

-За волос, – в обычной своей манере проговорили близнецы.

Теперь уже Рон другими глазами посмотрел на связку волос.

-Судя по Вашим глазам, – сказал Тревор, – у Вас правильный вопрос, Рон Уизли. В каждой связке по пятьдесят волос и того сотня штук. Результат работы одной из резерваций оборотней в течении четырёх месяцев в Запретном Лесу. Со слов Хагрида их там полно. Волосы единорогов я имею в виду. Как он выразился, они своими хвостиками там цепляются. Хагрид так же собирает их и делает повязки для животных, если кто нибудь из них поранится. И опять со слов Хагрида, из них получается довольно сильное средство. Образно говоря перед вами лежит состояние в тысячу галлеонов. Денежный призовой фонд Кубка Огня.

-Значит, – изумлённо сказал Тревору Рон, – вот на какие деньги живут оборотни. Они собирают волосы единорогов.

-Не только, мистер Уизли. Оборотни являются основными поставщиками ингредиентов. Волшебники, такие как Лонгботтомы, конечно тоже вносят свою лепту, но магический фон их теплиц не сравним с магическим фоном Запретного Леса. У питомников, выращивающих различных магических животных, та же проблема. Исключение, разве что заповедник по разведению драконов, где работает Ваш старший брат. Но как я уже сказал, это лишь исключение. Общая оценка ингредиентов, собираемая стаей оборотней составляет от восьми тысяч в месяц и выше.

-Тогда почему оборотни воруют и занимаются разбоем? – Изумился Рон. – Сидят на таких деньжищах....

-Да потому что..., – не выдержал Люпин, но под интересующими взглядами замолчал и вновь начал рассматривать свои туфли.

-Ну-ну, мистер Люпин, – поддержал его Тревор, – мы все тут свои. Нет? Ну хорошо. Я отвечу за Вас. Все ингредиенты у оборотней скупает никто иной, как Люциус Малфой. Он держит в своих руках не только официальный рынок ингредиентов, но и чёрный рынок. При чём хочу обратить ваше внимание, скупает за бесценок так как обложил оборотней со всех сторон. Например стоимость этих двух связок волос единорога в его понимании составляет десять галлеонов, – Тревор выдержал паузу, – за оба пучка.

Видя, как у Рона и у у остальных его братьев вытянулись лица Тревор продолжил:

-Хочу заметить, что оборотни считают эту цену весьма достойной.

Рон буквально впился взглядом в министра:

-Но куда смотрит Министерство Магии? Куда смотрите Вы? В конце концов, куда смотрит Визенгамот?

-Туда и смотрим, мистер Уизли. – Ответил Фадж.

-Но...

-Люциус предложил скупать у оборотней все ингредиенты, которые они добудут. В качестве помощи им, разумеется. Он взял всю организацию и бухгалтерию на себя. Никто не хотел возиться с тёмными тварями, а потому полностью переложили это дело на плечи Люциуса Малфоя.

-Но ведь, как я понял, Малфои скупают всё за бесценок и делают на этом большие деньги.

-Не просто большие, а очень большие. Или вы думаете, что он курирует только одну стаю оборотней?

-Но ведь он богатеет за счёт оборотней, оставляя им подачки.

-Очень хорошо, что Вы это поняли, мистер Уизли. – Сказал довольный Фадж.

-То почему министерство позволяет ему...

-Потому что, – сказал Тревор, – после продажи за настоящую цену половину дохода он отдаёт министерству магии, мистер Уизли. А вы думаете откуда у него в министерстве такое влияние и власть?

-Министр, – спросил Рон, – Вы знаете об этом?

-Разумеется. Более того, я имею свой процент. Очень и очень хороший процент. Ведь это оборотни. Тёмные Твари не достойные дышать с нами одним воздухом. Ведь так Вы думали всего неделю назад, не так ли, мистер Уизли.

Лицо Рона буквально полыхало от стыда.

-Но такая благодать для оборотней ненадолго, – ошарашил их Фадж. – Уже долгое время готовится законопроект, который серьёзно урежет в правах не только оборотней, но и всех магических созданий. Согласно новому закону, кентавры, русалки, оборотни, вейлы и ряд других магических рас больше не будут считаться разумными и будут иметь статус опасных зверей. Мистер Уизли? – Спросил Фадж у Билла. – С Вами всё в порядке?

Билл с трудом взяв себя в руки пробормотал:

-Да-да, господин министр. Прошу, продолжайте.

-Как вы понимаете, – сказал Фадж всё ещё обеспокоенно поглядывая на побледневшего Билла, – я резко против данного решения. Фактически сейчас я выступаю против всего Министерства Магии. Если о моей позиции узнают в министерстве, то меня не просто лишат кресла министра. Поверьте, при желании на меня можно собрать достаточно компромата на пожизненный срок в Азкабане, а то и на поцелуй дементора. Слишком многие в министерстве кормятся за счёт оборотней. Однако, вернёмся к законопроекту против оборотней и иных магических рас. Визенгамот упорно проталкивает это решение. Причём обратите внимание, поддерживают его чистокровные волшебники, а именно, сторонники чистоты крови, но не на прямую. Сами-то они не связанны с этим законом никоим образом. Действуют же они через вторые и третьи руки. Но мы то знаем, откуда у этого закона растут ноги. В данный момент они действую через моего первого заместителя Долорес Амбридж, которая получила своё место моего первого заместителя благодаря протекции Люциуса Малфоя и стала получать от него очень дорогие подарки.

С этими словами Фадж достал несколько документов и передал их Люпину.

-Прошу запомнить, что даже будучи Министром Магии данные документы я не имею права не просто выносить за пределы министерства, но даже давать читать кому-либо вне круга Визенгамота . Сейчас я совершаю должностное преступление и надеюсь, что данный инцидент останется строго между нами.

-Чего? – Изумился Люпин вчитываясь в законопроект. – Русалки должны будут носить бирки?

-Но разве Вы ничего не можете сделать? – Спросил Билл. – Вы же Министр Магии!

-Как Министр Магии — нет! Но как человек — да! Именно поэтому я здесь. У меня есть основания полагать, что образовался заговор против Магической Англии между сторонниками данного законопроекта, в лице сторонников Люциуса Малфоя, и его противниками, в лице сторонников Дамблдора. Цель данного заговора — власть!

-Вы в этом уверены? – Недоверчиво спросил Люпин.

-Давайте посмотрим на ситуацию изнутри, – Фадж встал с кресла и стал расхаживать вдоль стола. – Сторонники Малфоя, а если говорить прямо, то сторонники Тёмного Лорда через посредников, что бы остаться чистыми в глазах магических рас, проталкивают законопроект, чтобы лишить магических созданий всех прав и окончательно одеть на них рабский ошейник. Поверьте мне, это не метафора. Дамблдор со своими сторонниками весьма пафосно и громко возмущаются этим действиям. Они даже затормозили принятия этого закона. Но! – Фадж остановился возле оборотня, нагнулся в плотную к его лицу и внимательно посмотрел Люпину в глаза. – Затормозить то они затормозили, но не попытались его вообще аннулировать. А такая возможность у них была. И хочу заметить, не одна. Дальше интересней. Дамблдора сместили со всех должностей и теперь он не может наложить вето на этот закон, как делал ранее. Казалось, что сторонникам Малфоя следует радоваться. Главное препятствие исчезло. Законопроект готов. Достаточно просто созвать Визенгамот и принять его, как они уже пытались сделать это неоднократно. Нужное количество голосов у них есть. И что же мы видим? Сторонники Малфоя внезапно дают своему закону задний ход, а сторонники Дамблдора молчат, словно так и надо. Вывод? Они ждут. Причём все.