Посмотрев на непонимающих студентов, Тревор спросил:

- Мистер Поттер, я уверен, что Вы, как никто иной, сможет объяснить всё глубину глупости с Вашей стороны, которую Вы совершили.

Гарри недовольно посмотрел на Тревора, а затем, посмотрев на старост, сказал:

- Я испугался не меньше, а значительно больше, чем Драко. Как Вы видели, максимум, на что меня хватило, это плюхнуться на задницу и забиться в угол между корнями дерева. А вот Драко, хоть и испугался, но в отличии меня не потерял голову и убежал от смертельной опасности. Заметьте, не сбежал, а убежал, потому что спустя пять минут он вернулся с Хагридом.

Тревор внимательно посмотрел на старост.

- Мистера Поттера извиняет лишь то, что он вырос среди маглов. Даже вернувшись в магический мир, он остался один. Его единственная на тот момент подруга не в счёт. Она также выросла среди маглов. Что касается мистера Уизли, то с такими друзьями и врагов не надо.

Посмотрев на понимающие улыбки старост, Тревор продолжил:

- Я надеюсь, что Вы запомните этот урок так же хорошо, как и наши гости из Франции и Болгарии, и сделаете те же выводы, что и они. Если Вы видите смертельную опасность и у Вас есть выбор – бегите. Для наведения порядка у нас есть Министр Магии Корнелиус Фадж, – Фадж улыбнулся и благодарно кивнул Тревору, – его подчинённые справятся с подобной ситуацией значительно лучше, чем любой выпускник Хогвартса. Ведь здесь важны не столько знания, сколько опыт. На крайний случай у нас есть сотрудники Отдела Тайн.

- Полностью с Вами согласен, – сказал волшебник в сером балахоне.

- Однако, – Тревор посмотрел на Нарциссу, – я уверен, что если в будущем подобная ситуация и повторится, то Ваш сын пошлёт всех профессоров к такой-то матери и свяжется со своими родителями. В отличие от Гарри Поттера, на тот момент у Драко Малфоя был по меньше мере один человек, который беспокоился о его жизни и здоровье.

Нарцисса кивнула головой и, посмотрев кровожадным взглядом на Макгонагалл, прошипела:

- С Вами мы позже поговорим, професссссор.

- А теперь второе воспоминание. Не бой с тысячелетним василиском, но тоже не слабо.

Спустя пятнадцать минут просмотра по кабинету разнёсся голос:

- Хагрид, это ты?

Перед профессорами предстал акромантул во всей красе. В следующую секунду в него полетели десятки заклятий.

Спустя ещё пятнадцать минут.

Волшебники даже не думали садиться. Они стояли и тяжело дышали, как после многочасового забега. В руках большинства из них находились волшебные палочки, которые они и не думали опускать, а вокруг них дымились остатки мебели.

- Очаровательные милашки, – съязвил Тревор и вместе со всеми профессорами плотоядно посмотрел на смущённого Хагрида. Затем директор демонстративно посмотрел на разрушенный шкаф, а затем на смущённого профессора Флитвика, прячущего свою волшебную палочку.

Спустя десять минут и одной выпитой полной рюмки огневиски.

- Профессор Стебль? – неожиданно для всех спросил Тревор, – как часто Вы проводите время вместе со своим факультетом?

- Ну, Вы ведь знаете, – широко улыбнулась профессор, – студенты моего факультета славятся своей дружбой. Так что практически каждый вечер мы собираемся на совместные посиделки. Бывают, конечно, и исключения.

- Я понял Вас, профессор. Профессор Флитвик. Вам тот же вопрос.

- В моём случае в этом нет необходимости, – пропищал самый маленький профессор Хогвартса, – ведь на моём факультете в почёте индивидуальность. Но…

- Но, – поддержал его Тревор.

- Но большая часть моих студентов интересуются чарами. Двери моего кабинета открыты всегда для студента из любого факультета. Я уверен, что мистер Поттер подтвердит, что мой кабинет редко пустует. Ведь это такое счастье наблюдать, как студент делает робкие шаги на пути к Мастерству, и видеть, как благодаря нашим стараниям, они добиваются успеха. Но если Вас интересует, насколько часто я посещаю гостиную своего факультета, то в субботу и в воскресенье сразу после ужина Вы можете найти меня там.

- Индивидуальность – наше всё! – усмехнулся Тревор.

- Именно так! – вернул ему усмешку Флитвик.

- Профессор Снейп?

- В этом нет необходимости, – усмехнулся самый язвительный профессор всех времён и народов.

- Объясните, – нахмурился Тревор.

- Я полностью доверяю своим старостам, – Снейп посмотрел на своих старост и изобразил улыбку, на что старосты кивнули головой, – и в отличие от моей коллеги, возглавляющей факультет Гриффиндор, двери моего кабинета для МОИХ студентов открыты в любое время дня и ночи.

Посмотрев на Макгонагалл, Снейп изобразил снисходительную улыбку и добавил:

- Вы слышите, профессор Макгонагалл, в любое время дня и ночи МОИ студенты могут получить ЛЮБУЮ помощь от меня.

- Хорошо сказано, профессор Снейп, – согласился Тревор, – теперь вопрос к Вам, профессор Макгонагалл. Правда, я несколько перефразирую вопрос. Когда в последний раз Вы хотя бы заглядывали к своим студентам в гостиную?

- ….

- Мнда, – пробормотал Тревор, – весьма печально. Что же, пойдём по очереди. Профессор Хагрид, я снимаю Вас с должности профессора. Как только прибудет новый профессор на Ваше место, Вы должны будете передать ему все дела и вернуться к обязанностям лесничего.

- Должен заметить, – влез в разговор министр Фадж, – что я и глава Попечительского Совета Нарцисса Малфой были категорически против этого решения Вашего нового директора. Правда, раньше ни я, ни миссис Малфой не видели первого воспоминания о прогулках Драко по Запретному Лесу. Но зато месяц назад, мы видели второе воспоминание и едва не поседели. По мне, так Хагрида следует отправить в Азкабан за покушение на убийство двух студентов Хогвартса. Однако, за Вас, Хагрид, вступился мистер Поттер. Учитывая, что в этом году Министерство Магии вело себя по отношении к нему не лучшим образом, то было решено пойти на уступки. Это меньшее, чем мы можем загладить хотя бы часть вины перед ним. Да и директор Тревор заступился за Вас.

- Дык, это, мистер Тревор, значится, вместе с Гарри, заступился за меня?

- Более того, – продолжил Фадж, – если бы Дамблдор не играл с жизнями студентов и год назад объяснил ситуацию в школе, как мы того требовали, то Вас бы не посадили в Азкабан. Но учитывая, что Дамблдор разговаривал с нами как с умственно-отсталыми волшебниками, просто говоря как с убогими, и исходя из доступной нам информации, мы сделали ошибочные выводы. Мы просто вынуждены были сделать то, что сделали.

- Дык, Вы хотите сказать, что это из-за Дамблдора я оказался в Азкобане? Я Вам не верю! – взревел Хагрид.

- Это Ваше право, – не смутился Фадж, – и сядьте наконец.

Фадж равнодушно продолжил вертеть в руке и рассматривать пустой бокал.

- Пойдём дальше. Благодаря тому, что стали доступны сведения о событиях в Тайной Комнате, которые так же были скрыты от следствия предыдущим директором, было проведено слушание относительно Вашего обвинения в смерти студентки Миртл Элизабет Уоррен, более известной как привидение Плаксы Миртл. Ваша невиновность, мистер Хагрид, полностью доказана. Повторяю, если бы не отказ Альбуса Дамблдора на наше требование предоставить всю необходимую нам информации о тех событиях в школе, то Вы были бы оправданы ещё год назад. Хотя я уверен, что если бы пятьдесят лет назад следствию не ставили палки в колёса, то Ваша невиновность была бы доказана ещё тогда. Достаточно было опросить под сывороткой правды Вас и главного свидетеля Тома Ридлла.

- Дык, это что, я теперь оправдан? – вновь растерялся Хагрид.

- Совершенно верно, вот копия подписанного решения суда, – с этими словами Фадж протянул ему свиток.

Пока профессора раздумывали, поздравить ошарашенного Хагрида или придушить на месте, теперь уже, лесничего, Фадж добавил:

- Не забудьте поблагодарить директора Тревора, мистер Хагрид. Именно он лично встал на суде на Вашу защиту и очистил Ваше имя от позора. Ну и мистера Поттера, заодно. Именно его воспоминания были главным доказательством Вашей невиновности.

- Гарри, – пробурчал плачущий полувеликан, – мист…, то есть, директор Тревор, я, дык, даже не знаю, как, это…

- Всё в порядке, Хагрид, – улыбнулся Гарри, – мы ведь друзья.