Их юбилей*

Для биржевых царей и королей    Их подлый юбилей. Во имя Морганов, Рокфеллеров и Круппов Кровавою чертой отмеченный итог: Мильоны вдов, сирот, калек-без рук, без ног,    И горы трупов. Со счетами в одной руке, в другой – с ножом. Все сделки тайные храня под изголовьем, Бандиты бредят грабежом И… миротворческим исходят блудословьем. Банкиры в Лондоне справляют фестиваль, – А Макдональд и вся предательская шваль,    Версальским смазавшись елеем,    Их поздравляет с юбилеем! Ну что ж? На десять лет мы ближе к той поре, Когда всей сволочи отпетой –    И той и этой! – Висеть на общем фонаре!

Вперед и выше!*

На ниве черной пахарь скромный, Тяну я свой нехитрый гуж. Претит мне стих языколомный, Невразумительный к тому ж. Держася формы четкой, строгой, С народным говором в ладу, Иду проторенной дорогой, Речь всем доступную веду. Прост мой язык, и мысли тоже: В них нет заумной новизны, – Как чистый ключ в кремнистом ложе, Они прозрачны и ясны. Зато, когда задорным смехом Вспугну я всех гадюк и сов, В ответ звучат мне гулким эхом Мильоны бодрых голосов: «Да-ешь?!» – «Да-ешь!» – В движенье массы. «Свалил?» – «Готово!» – «Будь здоров!» Как мне смешны тогда гримасы Литературных маклеров! Нужна ли Правде позолота? Мой честный стих, лети стрелой – Вперед и выше! – от болота Литературщины гнилой!

«Руководство хорошего тона»*

Когда я в «Правде» кричу, Мое перо превращается в пику, Когда я молчу, Значит, можно обойтись без крику, Приводить в порядок старые стихи (Освобождать их от трухи), Сажать яблони, сеять вику, Словом – до приказа «центрального аппарата» – Изображать стихотворного Цинцинната.    Сегодня, хотя не было призыва свыше, Я сижу, однако, на крыше И смотрю на метеорологический прибор. Ой! не загорелся бы снова сыр-бор! С английской стороны – неприятное направление! Большое барометрическое давление. Стрелка снизилась так за одну ночку, Что уперлась в Керзонову точку! Есть над чем призадуматься любому смельчаку. Надо быть начеку! Стрелка все продолжает покачиваться. Не пришлось бы мне расцинцинначиваться! * * *    Мысли разные. И все какие-то несуразные. Например, на кой же мне ляд она, Макдональдова жена, А я больше думаю о ней, чем о ее муже, Барахтающемся в луже, Откуда он кашляет простуженно, Хотя получил эту ванну заслуженно. Идя по мужниным следам, Почтенная Макдональдова супруга Написала «Руководство для дам Рабоче-партийного круга», То бишь для жен министериабильных мужей, Политических ужей, Ужей змеевидных, Но крайне безобидных, В соглашательских водах мытых, Не ядовитых, Не кусающихся, На хозяев не бросающихся, Ручных, муштрованных, Парламентски дрессированных, Коих, согласно их породе и нраву, За их трусливые искательства, Можем мы величать по праву: – Ваши пресмыкательства! Так вот, когда эти умственные паралитики, «Пресмыкательные политики», Удостоились чести – без особой драки! – Облачиться в министерские фраки, Макдональдова жена издала «Руководство»: Как нужно блюсти «рабочее» благородство, Как надо ко двору являться, Как королям представляться, Как чмокать королевские ручки, И всякие такие штучки, – Руководство в полсотни листов, Где предусмотрено все без изъятья, Вплоть до размеров хвостов Парадного платья. Полный этикет! И вдруг – камуфлет! Консерваторская фига! Пропал парадный туалет! Погибла назидательная книга! Придется шить платье «рабочего» фасона, Просто и дешево, – И писать руководство иного тона, Не совсем «хорошего»! * * *    Тоже картинка отличная, Крайне символичная: В Лондоне рабочее собрание. – Новости! – Внимание! – Либерал Асквит провалился! – Зал накалился. Речи – пламя! Поют «Красное знамя»! А красного знамени и нету! Отвыкли от красного цвету! Вдруг кто-то сделал на эстраду прыжок, Поднес председателю комсомольский флажок. Председатель – (дарю всех сатириков темою), – Чтоб никто не оказался в обиде, Председатель флажок с советской эмблемою Держал все время в свернутом виде. Вот где вождь! Благодать! Не рабоче-партиец – икона! Он еще не расстался, видать, С «Руководством хорошего тона»! вернутьсявернутьсявернуться