Ну, чем не сплошная идиллия? Свобода. Никакого насилия. Никакого похабства. Праздновали освобождение от рабства! Говорили ораторы темные, Несомненно, прохвосты наемные, О рабском труде, Чуть не о забастовках – Ну, известно, где: На советских лесных заготовках! Культурнейшие господа иностранцы, Американцы, Нынче леса у нас не берут. Принудительный труд! Говорили ораторы темные, Прохвосты наемные, Ловко пряча улыбку в усах, О советских засыпанных снегом лесах, – Говорили, собравши цинично собрание У могил, для рабочих нарытых заранее. Говорили, кусая со смеху губы:    «О, если б советские лесорубы Увидали плантацию эту, К нам попали б на праздник сюда! Они б убедились, что в Америке нету Принудительного труда!»    Ораторы темные, Прохвосты наемные, Не жалели слов блудливо-умильных, Прибегали к газетным буржуазным статьям, Толпа рабочих больных и бессильных Понуро их слушала… возле могильных Срежевырытых ям!

До решительной…*

(К выполнению нефтяной пятилетки в 2 1/2 года)

Пятилетка нефтяная Завершилась в полусрок. Эх ты, милая, родная, До чего нам это впрок! Точно раннею весною Первой ласточки прилет: Далеко еще до зною, Но уж рухнул зимний лед. Но уж дни теплей и ярче, Но уж соки всюду прут. Но бодрей, Спорей И ярче Боевой весенний труд! За границей с кислой миной Все враги поднимут лай: «В два, представьте, с половиной!» «Ай-ай-ай!»    «Ай-ай!»       «Ай-ай!» Лайте, сколько вам угодно, – Нам на это наплевать. Вы ж кричали. «Сумасбродно!» «Пятилетке не бывать!» «Несерьезно!» – «Водевильно!» «Дураков лишь надувать!» «Невозможно!» – «Непосильно!» «Пятилетке не бывать!» Вы кляли ее словами И грозили ей войной. А она вот – перед вами В виде вышки нефтяной В виде вышки небывалой – С морем нефти в глубине, Со звездою яркоалой На гигантской вышине! Нефтяной фонтан ударно Выполняет наш заказ! Это зрелище кошмарно Для горящих вражьих глаз! Но для нас картина эта – Выполняемый обет, Боевая эстафета Наступающих побед! Вслед за нею, за досрочной, За победой нефтяной, Загремит на базе прочной Фронт чугунный и стальной! Пятилетка поначалу Вышла в море – хлябкий плот. Но к победному причалу Подойдет могучий флот. Подойдет. И станет грозно. И опять, скопив пары… Сумасбродно?! Несерьезно?! До решительной поры!!

За технику и за учебу!*

Пролетписателям «амовцам».

Вот уперся во что весь вопрос-то: Не все то просто, что выглядит просто. Это не ново. Есть вещи простые до смешного, Всем, как говорится, известные. Разговоры о них – разговоры неуместные, Чего, дескать, тут толковать! Ан – хвать! – На проверку не то получается. Толкуют о красоте: «Красота – в простоте!» Но такой простоте человек обучается. Известно, к примеру, от века, Что у нормального человека Имеются две ноги. Натянув на них сапоги Иль ботинки, вообще, что имеется, – Не рукавицы, разумеется! – Человек идет, куда ему нужно, Походкой простой, но простой лишь наружно: Один идет – хилым задом виляет, Другой – не идет – ковыляет, Третий ступню выворачивает, Четвертый ноги раскорячивает, Пятый, как утка, качается… Что на проверку получается? Походка, и та Не так-то проста. Плетется иной, согнувшись фигурою Уныло-понурою, Волочит и этой и тою ногой. Но его не узнать, если годик-другой Обработать его физкультурою. Подойдет к нему кто-то, понимающий дело, Повернет раскоряку умело Направо, налево, кругом, Заставит пробежаться бегом, Пройтись твердым шагом, – тут скажет, Там примером покажет, Подберет раскоряке живот, – Глядь, Федот Уж не тот: Был тюфяк, вдруг – полнейшее преображение! Стройность вместо унылой дуги! Другое совсем выражение! Другие шаги! На стройных ногах окрепшее тело! Похож на тюфяк? Не похож! Вот так и всякое дело. Писательство тож. Кажется просто так сразу: Наматывай фразу на фразу, Рассказывай, Щедро размазывай – Не рассказ, так смешной анекдот, Авось да что-либо получится! Нет, в писатели выйдет лишь тот, Кто писательству каторжно учится, «Стиснув зубы», как Сталиным сказано точно. Лишь что взято упорной борьбою, то – прочно, И к тому моя речь, Чтобы юных соратников предостеречь От погони за легкими пусто-успехами. Тяжел на редкость писательский труд, Подъем к мастерству очень крут, Перевалы отмечаются вехами, – Берется упорно этап за этапом, Этап за этапом, Устремив точно натиск, не вкривь и не вкось, Чтобы не сорвалось, А не так – разудалым нахрапом: Выйдет, нет ли! – эх, дуй на авось! Я пишу вам про эту механику Не затем, чтоб нагнать на вас панику. Наоборот! Вы все – молодые. Вы – храбрый народ. Речь к тому моя клонится, чтобы Перед штурмом учебы Вы не дрогнули, взяли б учебу в штыки, – Виноват, по-писательски: в перья!! Ваши свежие силы так велики! Больше к собственной силе доверья! Пролетарская сила все преграды берет, Гору сносит, сметает лесную чащобу! Веселее, смелее, задорней – вперед! За технику и за учебу! вернутьсявернуться