- Понимаю, Олег, - Николаев поджал губы, почесал затылок и сказал: - Пока новых кандидатов нет. Я звал знакомых, но откликнулись только Костерин и Ахметшин. Завтра еще люди подойдут, двое или трое.

  - Ничего. И так уже немало сделано.

  За разговорами добрались на склад. Я посигналил и сторож, пожилой пенсионер, открыл ворота. Заехали внутрь и осмотрелись. Что сказать? Все в норме. Территория огорожена бетонными плитами и в центре большой ангар, хоть машины загоняй, хоть товары храни, хоть людей на временное проживание определяй. Начало положено. Я на Земле вторую неделю, а уже есть сотоварищи и какая-то база. Неплохо. Вот только, где взять людей? Где!? Где!? Где!?

  - Блин! Хоть объявление в газету давай.

  - Какое объявление? - Николаев посмотрел на меня, и в его взгляде было недоумение.

  Оказывается, я сам не заметил, как озвучил свои мысли.

  - Говорю, что можно дать объявление в газету о наборе людей. Бред, конечно. Не обращай внимания.

  - Слушай, Олег, - он усмехнулся, - а ведь можно попробовать. Чем мы рискуем?

  Я пожал плечами:

  - Ничем.

  - Тогда давай попытаемся. Дадим объявление в газету, пустим бегущую строку по местному телевидению и создадим группу в социальных сетях. Пусть люди сами приходят, а мы станем выбирать одиноких и крепких, кому нечего терять. А попутно ты станешь их сканировать.

  - Что же, давай попробуем. Вряд ли из этого что-то выйдет, но хоть развлечемся.

10.

  Время летело очень быстро.

  Как и собирались, мы дали объявление о наборе людей.

  "Тяжелая работа для настоящих мужчин. Длительные командировки. Высокая зарплата. Звонить с 13.00 до 15.00. Прием после собеседования". В конце контактный телефон Николаева.

  Объявление стандартное. Можно подумать, что ведется набор рабочих на Крайний Север или наемников в одну из горячих точек, которых в мире хватало. Текст объявления появился в вечерней новостной программе местного телевидения и в газете. Каков будет результат, неизвестно, но мы этим не заморачивались. Возможно, что-то получится, а может быть, и нет. В конце концов, попытка не пытка.

  На следующий день, рано утром, Костерин привел своего приятеля, крепкого парня, который сразу стал вести себя нагло и рассказывать небылицы. И в Москве он бандитом был, и местная братва его уважает, и по жизни он крутой человек, и в полиции знакомства, и служил он в элитном спецназе, настолько секретном, что о нем нельзя говорить, и парашютист, и каратист. Мне это не понравилось, а сканирование показало, что внутри него гнильца. По этой причине от услуг парня отказались.

  Потом появился еще один кандидат, очень худой, можно сказать, истощенный мужчина лет сорока в грязной футболке и потертых джинсах. Этого пригласил Николаев, который отрекомендовал его как отличного снайпера, который несколько лет назад выигрывал престижные состязания по стрельбе. Но... Если он такой титулованный стрелок и есть спортивные достижения, то почему у него нет денег на нормальную одежду и в целом он выглядит, словно бомж из подворотни? Непонятно и я хотел его прогнать. Однако, по настоянию Николаева, решил послушать историю мужичка.

  Звали его Соловьев Петр Геннадьевич. Тридцать пять лет, но выглядит старше. В самом деле, хороший стрелок, спортсмен. Вот только в жизни ему не повезло. Пару лет назад развелся с женой, которая отсудила у него все имущество, забрала детей и свалила в Польшу. А он запил и бывшая супруга определила его в психоневрологическую клинику, откуда Соловьев выбрался, но справка, что титулованный спортсмен находился на лечении, поломала ему все. В итоге он обнищал, но не опустился. Теперь ищет работу, но пока тщетно. А тут предложение Николаева. Была, не была. Он решил попытать счастье и не прогадал, так как был принят на должность инструктора в юношеский лагерь. По крайней мере, на словах. Так я ему объяснил, и он поверил.

  Итак, Соловьев в нашей команде. На этом кастинг закончился, и мы, снова оставив Володьку дома, на двух машинах отправились в Москву, за покупками.

  Справились быстро. Купили все, что собирались, по списку, и заехали на пару складов, которые занимались продажей промышленного оборудования. Затем высадили Соловьева, пусть приобретет нормальную одежду и навестит старых знакомых, а Костерина отправили на первую базу, так стали называть арендованный склад в Электростали. После чего присели в тихом кафе на окраине и стали принимать звонки от тех, кто ознакомился с нашим объявлением.

  За три часа поступило семнадцать звонков и, честно говоря, я не ожидал от этой затеи ничего хорошего. Однако я ошибался. В стране, как и в мире, кризис. Поэтому люди искали, куда можно пристроиться. И в итоге на собеседование мы пригласили восемь человек: автомеханика, слесаря, двух каменщиков, трех профессиональных бойцов, которые недавно служили в армии по контракту, и одного молодого парня, хорошо разбирающегося в компьютерах. Встреча вечером.

  Отключив телефон Николаева, отправились обратно в Электросталь. Машину вел Коля, а я перебирал и просматривал взятые на складах цветные рекламные буклеты по продаже различного оборудования. Их я собирался передать росанам и преображенцам, пусть выбирают, что нужно, а мы привезем. И пока я рассматривал фотографии, а попутно вчитывался в характеристики, нашел немало интересного.

  Например, оборудование для швейной мастерской. За триста тысяч рублей полный комплект. Может это пригодиться жителям Кромки? Разумеется.

  А далее целый список того, что мне приглянулось и понравилось:

  Мини АЗС за четыреста тысяч рублей. Это двустенный резервуар для топлива и колонка для заправки.

  Установки для бурения скважин под воду за семьдесят тысяч.

  Ямобуры для бурения строительных скважин, полный комплект за два с половиной миллиона.

  Гвоздильный автомат АСГ-4.02, производительностью 350-500 гвоздей в минуту. Цена - полмиллиона.

  Оборудование для производства кирпича. Гидравлический пресс ПГ230, производительностью 930 кирпичей в час. Цена - девятьсот тысяч. Или формовочные поддоны разных типов по цене от двух до трех миллионов.

  Автоматический станок АСУ-174 для плетения сетки-рабицы, производительностью сорок пять рулонов в сутки. Цена - двести тысяч.

  Станок для производства колючей проволоки диаметром от 1.7 до 2.6 мм. Цена - триста пятьдесят тысяч.

  Мини-станок для производства арболитных блоков. Производительность один блок в минуту. Цена - сорок тысяч рублей. Или целая комплексная линия, которая способна производить арболитные блоки разных размеров и стоит триста тысяч.

  Мобильный бетонный завод Semix 35. Производительность 35 кубометров в час. Цена - шесть миллионов.

  Мини-заводы по производству топлива, нефте-перерабатывающие заводики. Производительность разная, от тонны до двух в сутки. Цены от миллиона до двух.

  Ленточные пилорамы: LT20 - полмиллиона, "ЛП 60 Фермер" - сто пятьдесят тысяч. "Тайга Т-2М" - сто шестьдесят тысяч.

  Полный комплект оборудования для производства муки. Большие платформенные весы - тридцать тысяч. Фермерская мельница, производительностью двести килограмм муки в час, четыреста двадцать тысяч. Агрегат для очистки и подготовки зерна к помолу ПТМА-4 - шестьсот тысяч.

  Камнерезный станок для обработки дикого камня Nuova Battipav Prime 700. Цена - двести тысяч...

  В общем, полезного оборудования хватало, и среди всего прочего на глаза попался мини-пресс для изготовления сувенирных монет с комплектом заготовок. Вроде бы игрушка, но если сделать свою заготовку, можно чеканить и выпускать любую монету. А то на Кромке только Каменец свои рубли печатает. Остальным некогда, а ведь это несложно и цена мини-пресса всего сорок пять тысяч рублей.

  Представив монеты со своим профилем, я улыбнулся и покачал головой. Чепуха это. Да и с оборудованием не все так просто, как может показаться сначала. Все станки, прессы и аппараты, которые я могу поставить преображенцам и росанам, работают от электричества. А на Кромке с этим проблема. Есть три гидроэлектростанции на все цивилизованные анклавы, но их энергии хватает не всем и не всегда. Значит, нужно строить новые. А это дополнительное оборудование и привлечение специалистов с Земли, потому что своих мало.