Анатоль Лепелетье, исследователь пророчеств Нострадамуса, так комментирует этот катрен: «Гаспар де Колиньи, возведенный в ранг адмирала («великого кормчего») Генрихом II в 1552 году, уйдет в отставку с поста в 1559 году после смерти короля, чтобы встать во главе кальвинистской партии. В 1567 году он будет главным подстрекателем гражданской войны. В это же время Венеция будет страшиться победоносного оружия султана Сулеймана II, который в 1570 году захватит принадлежащий Венеции остров Кипр».

Объяснение это можно принять с большими натяжками. Действительно, адмирал Колиньи был главным вдохновителем и военным руководителем религиозных войн во Франции. Но Франциск II не предлагал Колиньи после отставки с поста адмирала более высоких должностей. Наоборот, при Франциске, политикой которого руководили заклятые враги Колиньи – Гизы, положение отставного адмирала было более чем непрочно. Гражданская война началась не через семь, а через три года после отставки Колиньи. Семь лет спустя – осенью 1566 года началась уже Вторая религиозная война. Игнорировать Первую религиозную войну 1562–1563 годов, с которой все и началось, у пророка вроде бы не было никаких оснований.

Есть у Нострадамуса и предсказания, которые можно отнести к судьбам будущего России. Правда, таких слов, как «Россия», «Русь», «Московия», он никогда не употреблял, но комментаторы считают, что русских он называл северянами, аквилонцами, живущими в области северного ветра – Аквилона. Вот, например, катрен 2—63, который относят к Петру I:

Усилия Аквилона будут велики, Ворота на океан будут открыты. Королевство на острове будет восстановлено. Лондон задрожит, открытый парусам.

Первые две строчки в комментариях не нуждаются. Две последние, по мнению комментаторов, отражают восстановление династии Стюартов (1660) и эпизод из Второй англо-голландской войны – прорыв голландского флота в Темзу (1667). Строго говоря, синхронность здесь достаточно относительная. Между событиями в Англии и событиями в России – основание Петербурга (1703) – интервал почти в 40 лет. А вот предсказание, которое при желании можно отнести к А. В. Суворову, – катрен 2—29:

Восточный (человек) покинет свое местопребывание, Перейдет Апеннинские горы, чтобы увидеть Галлию. Пронзит небо, воды и снег И каждого поразит своим жезлом.

Это можно истолковать так: первая строка – отъезд Суворова из ссылки, вторая – поход в Италию, третья – переход через Альпы, четвертая – маршальский жезл Суворова. Однако есть и другие истолкования этого катрена. По мнению одних, речь здесь идет о Наполеоне. По мнению других – об арабском полководце, который должен был вторгнуться в Европу во главе войск новой мусульманской империи.

К революции 1917 года и ее последствиям относят целую группу предсказаний Нострадамуса, в которых описываются всевозможные социальные потрясения, однако прямых указаний на то, что это произойдет именно в России, в этих катренах, как правило, нет. Одно из таких предсказаний – 1–3 – звучит так:

Когда вихрь перевернет носилки И лица будут скрыты плащами, Республику станут донимать новые люди. Красные и белые будут судить противоположно.

Вообще, термин «красные» встречается в предсказаниях 26 раз, термин «белые» – 7 раз. «Белые» и «красные» вместе упоминаются 4 раза. Помимо приведенного выше катрена 1–3 в «Письме Генриху II» можно прочесть: «Плебеи восстанут и изгонят сторонников законодателей. И царства будут так ослаблены людьми Востока, что покажется, будто Господь Создатель выпустил Сатану из тюрем ада, чтобы породить великих Дога и Дохама. А они пробьют такую ужасную брешь в церквах, что ни красные, ни белые, лишенные глаз и рук, не смогут понять, что происходит, и лишатся своего могущества».

В катрене 10–86 говорится:

Подобно грифону придет король Европы В сопровождении людей Аквилона. Он поведет большое войско красных и белых, И они пойдут против короля Вавилона.

6—10

В короткое время храмы с цветами Белым и черным перемешаются. Красные и желтые унесут (отберут) ихнее у них. Кровь, земля, чума, голод, огонь потушен водой.

Как видим, ясная оппозиция «белых» и «красных» существует только в одном из предсказаний. А в 10–86 говорится об объединенном войске «красных» и «белых». Поэтому многие комментаторы предлагают в оценке «красных» и «белых» у Нострадамуса следовать символике не XX, а XVI века. В то время французов логично было бы звать белыми – знамя Франции было белого цвета, а испанцев – красными, их национальными цветами были красный и желтый (и в 6—10, приведенном выше, упоминаются «красные и желтые» (или «красно-желтые»). Наконец, термином «красные» Нострадамус мог обозначать и кардиналов. Вот пример катрена, где термин «красный» явно относится к кардиналам:

5—22

Перед тем, как великий отдал в Риме душу, Великий ужас для иноземной армии. Засада эскадронов близ Пармы. Затем двое красных будут праздновать.

В нескольких катренах слово «красный» наиболее правдоподобно объясняется словом «испанец». Испания, как известно, была великой державой XVI века.

3—1

После сражения и морской битвы Великий Нептун – на своей высочайшей дозорной башне. Красный соперник станет бледным от страха. Великий океан ужаснется.

Под Нептуном Нострадамус, видимо, подразумевал турецко-алжирский флот. Таким образом, здесь предсказывается крупное поражение испанского флота. Единственное крупное морское сражение испанцев и турок после 1555 года было в 1571 году при Леванто, где турки потерпели сокрушительное поражение.

9—2

С вершины Авентинского холма прозвучит голос: «Кончайте, кончайте все, кто в противоположных лагерях. Кровь красных утишит гнев. Из Римини и Прато изгонят Колонна».

Колонна – это феодальный род, игравший значительную роль в Риме XVI века. Все топонимы относятся к Папской области. Поражение испанских войск, видимо, каким-то образом разрешит существующий здесь конфликт.

Что бы ни имел в виду Нострадамус, говоря об аквилонской стране, ясно одно – она существовала уже в его время. В альманахе предсказаний на 1559 год он предупреждает читателей, что в этом году их ждут следующие события:

Страх, похоронный звон, переплыв море, вырастет царство. Секты, святые, более вежливые за морем. Чума, жара, огонь, знамя короля Аквилона, Готовь трофей, город Генриполис!

В 1559 году, видимо, существовала какая-то угроза Франции со стороны короля Аквилона. Россия в то время Франции никак не угрожала. Другое дело – Скандинавия, в которой протестантство одержало решительную победу уже на заре Реформации. Короли Швеции и Дании (в то время всю Скандинавию поделили эти две страны) действительно могли считаться потенциальными противниками Франции.