— Луна открыла Тайную комнату, — я сбросил камзол и теперь выкладывал содержимое многочисленных кармашков и ячеек перевязи на стол.

            — А как же ты? – Брови Флер слегка приподнялись, и я в очередной раз залюбовался недостижимым совершенством её черт.

            — Я больше не могу говорить на парселтанге, — подхватив девушку, я закружил её в воздухе. – Видимо, это был «подарок» от крестража Вольдеморта.

            — Понятно. — Девушка со смехом обняла меня за шею, прижимаясь крепче.

            — Никто не приходил, пока меня не было? – Поставив Флер на пол, я не удержался и поцеловал маленький носик.

            — Приходила какая-то первокурсница, — Флер улыбнулась. – Помнишь девочку с пепельным кудряшками, которая видит фестралов?

            — Меган Смит? – напрягая память, я вспомнил имя девочки.

            — Она самая, — кивнула Флер. – Она заходила поболтать, хотя я подозреваю, что ее вполне мог отправить Дамблдор, разведать обстановку.

            — М-да, — я направился в сторону ванной. – Хотя она выросла среди маглов, как и я, она вполне могла зайти поболтать просто так, для них это в порядке вещей.

            — Для них? – Усмехнулась Флёр на мою оговорку.

            — Наверное, теперь именно «для них», — твёрдо ответил я. – Все же мы с маглами слишком разные, и у нас разные дороги.

* * *

22 сентября 1996 г. Воскресенье

            — Ждем, — Невилл безразлично откинулся на мохнатый ковер, лежавший перед камином в Комнате-по-Желанию.

            Луна, подобравшись поближе к огню, грела тонкие пальчики, почти касаясь ими языков пламени, а я накладывал на себя деизллюминационные чары. Мы решили, что использование чар вместо мантии-невидимки, которой по-прежнему пользовался в своих ночных походах Невилл, прибавит мне «очков» в глазах участников дуэльного клуба, поскольку мантия, это всего лишь артефакт, а дезиллюминационные чары требовали от мага личного мастерства.

            — А вот и я, — в двери комнаты тихо проскользнула Парвати Патил, следом за ней вошла улыбающаяся Падма. – Как же этого не хватало на каникулах.

            С палочки Падмы сорвалась искрящаяся молния, ударившая в потолок.

            — Снейп на своих занятиях не дает колдовать ничего, кроме изучаемого заклинания, — несколько обиженно произнесла она.

            Почти одновременно шумной гурьбой вошли остальные: Лаванда, Дин, Уизли, Симус, Колин, Майкл Корнер, Грейнджер. Однако я заметил, что даже сейчас, когда в основном о причинах моих разногласий с семьей Уизли и Грейнджер мало кто знал,  вокруг двух рыжих и примкнувшей к ним Грейнджер оставалось небольшое пустое пространство.

            Рассевшись на подушках недалеко от камина, участники клуба с ожиданием и радостью смотрели на Невилла.

            — Кхм, — Невилл прокашлялся, собираясь с мыслями. – Наконец-то мы с вами собрались на первое после каникул занятие, дамы и господа.

            Юноша усмехнулся, доставая палочку из рукава.

            — И сегодня, — подражая голосу Амбридж, произнес он, — мы с вами займемся вашей политической грамотностью. Скажите хором: «Здравствуйте, профессор Невилл».

            Все захохотали над немудреной шуткой: Невилл сумел почти идеально воспроизвести тонкий голосок ненавидимого всеми студентами профессора.

            — Тем не менее, — дождавшись, пока все отсмеются, продолжил Лонгботтом, продолжая крутить в руке палочку, причем я видел, что он готов к неожиданностям, могущим последовать сразу за моим появлением в клубе. – Тем не менее, я не совсем пошутил.

            — Что ты имеешь в виду? — вытирая выступившие слезы, — спросила Парвати.

            — Сегодня мы поговорим о том, почему из Англии уехал Гарри Поттер, и почему он вернулся, — уже без улыбки ответил Невилл.

            Из руки Рона выпало только что взятое им со столика печенье.

            Взмахом руки отменив скрывающие меня чары я шагнул вперед, оказавшись плечом к плечу с Невиллом.

            — Рад вас всех снова видеть, — я постарался улыбнуться максимально дружелюбно, особенно тем студентам, против кого я ничего не имел, например сестрам Патил, Симусу и другим. Вместе с тем я видел, как напряглись Рон, Джинни и Гермиона.

            — Почему ты решил все же рассказать нам свою историю? – Парвати Патил с интересом рассматривала меня, словно диковинного зверя.

            — Скажем так, — протянул я, решив подыграть авторитету друга, — Невилл убедил меня, что лучше будет, если вы узнаете эту историю от ее непосредственного участника, а не услышите сказки, которыми обычно потчуют всех газеты и.. директор.

            — Не смей говорить так о директоре Дамблдоре! – Вскинулась было Грейнджер, однако Рон, каким-то шестым чувством ощутивший близость неприятностей, усадил её обратно на ковер и обнял для верности за плечи.

            — Хорошо, — усмехнулся я, — не буду. Я просто расскажу вам некоторые эпизоды из моей жизни, а потом постараюсь ответить на ваши вопросы.

            — Ответишь, куда ты дел всех своих мозгошмыгов? – Мечтательный голосок Луны разбил накопившееся в комнате напряжение, и все с облегчением улыбнулись.

            — Ну, — я пожал плечами, — наверное, их прогнала от меня Флёр.

            — Она это может, — нарочито серьезно покивала Луна, однако её глаза подозрительно поблескивали.