— Хорошо, что Гарри женится, — философски проговорил Артур Уизли, не обращая внимания на взбешенных дочь и жену. – Он заслуживает свою долю счастья.

— Гарри мой! – выпалила Джинни, еще больше покраснев. – Он должен был жениться именно на мне! Он спас меня от василиска и…

— Вот именно, спас от василиска, а вы напоили его зельями! – Рявкнул Артур, хватив кулаком по столу. – Вам напомнить наш прошлый разговор на эту тему?!

— Хорошая статья, — протянул Сириус, помахивая газетным листком. – Редактор оправдал вложенные в него деньги.

— Что ты имеешь в виду? – Я несколько раз просмотрел коротенькую заметку. – Все написано именно так, как я рассказал в своем письме в редакцию.

— Все верно, Гарри, — насмешливо уточнил Сириус. – Но вот приписку в конце про Ремуса и его статус сделал именно редактор, и сделал, замечу, совершенно верно. Тем более, об этом я ему написал незадолго до тебя. Таким образом он снял вопрос о том, почему род Блеков решил нарушить установившееся за последние сто лет традиции браков между чистокровными. По крайней мере, вопросов такого рода не возникнет у рядовых волшебников, а аристократы, чье мнение для нас важно, либо видели Ремуса в бою, либо же находятся в лагере сторонников Вольдеморта, мнение которых нас не должно волновать.

— Вот ты про что… — С этой точки зрения Сириус был совершенно прав. – То есть таким образом, через мое интервью, род Блеков показывает, что планирует вернуться к политике периодического разбавления крови?

— Именно так. – Крестный удовлетворенно улыбнулся. – Это даже лучше, чем если бы давал отдельное интервью я сам. Тут просто изложен сложившийся факт, что в род Блеков скоро вольется новый человек. А все остальное уже не касается никого, кроме Блеков.

Мы оба засмеялись.

— Моему примеру готовы последовать многие семьи, в которых осталась всего лишь одна наследственная линия, — отсмеявшись, продолжил Сириус. – Сейчас ситуация позволяет такие виляния между законами последних полутора столетий. Министерство слишком слабо, чтобы в действительности наказать нарушивших декрет о запрете на принятие в род маглорожденных не через свадьбу, а через вассальные клятвы, а нам, в послевоенном будущем пойдет на пользу такое вливание свежей крови, поскольку, когда спохватятся остальные семьи, самые талантливые и сильные волшебники окажутся вассалами нашего альянса.

— Я начинаю тебя опасаться, крёстный, — я усмехнулся. – Ты опасный человек.

— Политика – грязное дело, — философски вздохнул Блек. – Съешь сам или тебя съедят. В данном случае пострадают только те семьи, которые до последнего будут придерживаться чистокровных принципов, сформировавшихся в двадцатом веке. Маглорожденные, принятые в сильные семьи, окажутся в выигрыше в любом случае, поскольку уже их потомки получат поддержку родовой магии, ну а Министерство проиграет при любом исходе дел.

========== Глава 46. Свадьба ==========

        По странной, но до сих пор сохранявшейся старинной традиции, женщины и мужчины рода Делакуров венчались в древней магловской церкви недалеко от Парижа. Под пристальными взглядами изображенных на стенах святых угодников собрались те, кого, возможно, называли бы «дьявольским отродьем» — несколько десятков волшебников и волшебниц, одетых в строгие костюмы, старинные платья, сюртуки и камзолы, но — только магловского образца.

В голове проскользнула мысль как-нибудь позже спросить о причине появления такой традиции у Жан-Клода, но быстро исчезла — меня все еще колотила нервная дрожь, не знаю уж почему.

Впрочем, собравшихся под сводами церкви волшебников не поразили молнии с небес, не обрушились старые стены, а значит, дьявольским отродьем мы не были совершенно точно.

По взаимной договоренности, обе наши свадьбы были простыми, без всякого выкупа и предварительных церемоний. Поэтому мы с Флер, невероятно красивой в своем предельно простом платье и минимуме украшений и Ремус с Нимфадорой очень быстро оказались перед алтарем, где святой отец в окружении нескольких помощников должен был провести обряд венчания.

Даже главный демаскирующий фактор — световые вспышки, обычно сопровождавший любую помолвку с заключением старинных клятв волшебников, на этот раз был не так опасен. Помимо старинной традиции, преимуществом именно этой церкви был тот факт, что последние двадцать лет службы вел старый сквиб, знавший о существовании волшебного мира.

Белоснежные высокие стены, украшенные множеством изображений религиозной тематики, в которых я был не силен, были ярко освещены множеством свечей.

— Гарольд Джеймс Поттер! — Низкий, хорошо поставленный бас полноватого пухлощекого священника прервал мои размышления. — Берешь ли ты в жены Флер Делакур?

— Да. — Слово, после которого возврата к прежней жизни уже не было, вырвалось легко и просто, внутри, вместо нервного напряжения, появилось чувство какой-то радости и нетерпеливого ожидания.

— Обещаешь ли ты перед лицом Господа нашего быть верным Флер Делакур, быть ее опорой, как в счастье так и в горе, в болезни и в здравии?

— Обещаю.

Священник сделал паузу, во время которой я успел громко произнести длинную фразу на латыни, запускавшую ритуал помолвки в магическом мире, обращение к родовой магии с просьбой соединить двух людей в качестве мужа и жены.

— Флер Делакур, — на удивление, священник оказался полностью неподвластен магии вейл и совершенно спокойно смотрел как на саму Флер, так и на Мари Делакур, сила которой заставляла многих гостей невольно сглатывать слюну. — Желаешь ли ты выйти замуж за Гарольда Джеймса Поттера?

— Да! — Звонкий, немного искаженный волнением голос Флер колокольчиком разнесся по старинному залу.

— Обещаешь ли ты перед лицом Господа нашего быть верной Гарольду Джеймсу Поттеру, быть его опорой, как в счастье, так и в горе, в болезни и в здравии?

— Обещаю!

Меня охватило ощущение совершенно непередаваемого счастья, когда исполняется мечта, которой так долго ждал.