— Чуть позже.
— Боюсь, у нас нет времени. Ты что, не чувствуешь?
— Не чув… о, великие силы!
— Так, ребята, — твёрдо начал Олег, — я не скажу вам ни слова, пока вы не объясните мне, что здесь происходит. А то я ощущаю себя персонажем какого-то третьесортного романа.
Георгий перевёл на Хизова совершенно безумный взгляд.
— Парень, — с чувством сказал он, — ты даже не представляешь, во что ты влез. Прошу, поверь: сейчас нам надо уходить отсюда. И как можно быстрее.
— Да чёрта с два, — отрезал Олег. — С места не сдвинусь. Может, вы меня…
— Поздно, — ровным, каким-то будничным тоном произнесла девушка. — Переход, тридцать секунд.
— А, чтоб тебя! — Георгий побледнел, сорвал с пояса мобильный и быстро набрал номер. — Александр Евгениевич, незапланированный прорыв. Мы в здании. Нас трое. Не знаю! Здесь цивильный! Хизов, да. Я… Понял вас. Ждём.
— Десять секунд! — в голосе спутницы Шолтова появился… азарт? Её напарник был столь же возбуждён, но, кажется, по иному поводу:
— Олег, держись! Главное — держись!
Хизов так и не понял, что произошло в тот момент. Воздух задрожал, как от сильнейшего жара, перед глазами возникла уже знакомая бурая взвесь, что-то заскрежетало. Со стен, обнажая уродливую бетонную начинку, сползли обои и свернулись на полу крупными хлопьями сажи. Сами стены, в свою очередь, замерцали и начали расплываться. Раздался звон, будто где-то порвалась паутина толщиной с гитарную струну.
— Опять сон… — только и смог пробормотать Олег и упал в обморок.
* * *Сознание возвращалось медленно и постепенно. Над головой раздавались голоса. Некоторое время Хизов слышал только общий звук, потом из него начали кристаллизоваться слова.
— …не верю!
«Этот голос… девушка в яркой одежде».
— Птаха, успокойся.
«Её напарник… что произошло?»
— Он живёт в квартире Вита, у него наша визитка без отметок, он бывал на Рубеже и выжил! Что тебе ещё надо? Приказ Его Высочества?
— Было бы неплохо. Подвергать человека тотальному сканированию без санкции свыше — это к Воину. А я умываю руки. Пока не будет документа за подписью Его Высочества или хотя бы Александра Евгениевича, я и пальцем о палец не ударю.
«Его высочество? Я что, опять уснул под дурацкий сериал? Нет… я помню. Ко мне пришли двое. Представители Агентства…»
— Человека? — высокий девичий голос вкручивался в виски Олега как победитовое сверло. — Шолто, я начинаю сомневаться в твоей профпригодности. При том, что тебя перевели из Третьего отдела во Второй, эти сомнения небезосновательны. Учти, я запомню этот момент.
— Без выводов аналитиков…
— Да какие, в задницу, аналитики? Тебе мало того, что ты сам видел?!
— Тише, он приходит в себя.
Олег с трудом открыл глаза. Он лежал на скамеечке под кустом отцветшей сирени.
— Где?..
— Мы рядом с вашим домом, Олег Викторович, — мягко сказал Георгий. Его имя всплыло в памяти Хизова само собой вместе с обстоятельствами недавней беседы. — Вам стало нехорошо, и мы проводили вас…
— Не вешайте мне лапшу на уши! — Силы вернулись скачком, в глазах прояснилось. Олег резко сел. Он и в самом деле был в двух шагах от дома, на бульваре. Георгий и девушка, которую её напарник назвал «Птаха», стояли рядом. На лице толстушки читалось раздражение и злость, взгляд Шолтова был непроницаем. Хизов провёл ладонью по глазам, глубоко вдохнул и заявил: — Я всё помню.
Миловидное личико Птахи исказилось неприятным, злорадным торжеством.
— Что я тебе говорила, Шолто? Он уже бывал там. Отсутствие амнезии, прочих внешних признаков… Он должен что-то знать.
— Я ничего не знаю, — твёрдо сказал Олег, — но искренне надеюсь, что мне хоть что-то объяснят. Иначе у вас, ребята, будут проблемы.
— Сомневаюсь, — сквозь зубы процедила девушка, — скорее, проблемы начнутся у тебя. И их не придётся долго ждать.
— Так, Птаха, подгони машину, — жёстко распорядился Георгий, — и чтобы до офиса я не слышал от тебя ни слова.
— А ты мне не приказывай, мальчик, — на лице Птахи проступила ярость, — я тебе не твои оперативники, и…
— Птаха, — голос прозвучал откуда-то сзади. Олег обернулся и увидел высокого молодого человека в тёмной одежде. — Успокойся, прошу тебя. Юноша не виноват, Шолто тем более. И подгони машину, пожалуйста.
Казалось, новоприбывший не произнёс ничего сверхъестественного, но Птаха мгновенно утеряла весь свой злобный задор.
— Хорошо, Палач, — буркнула девушка и удалилась. Олег помотал головой:
— Ребята, вы из секты какой-то, что ли?
— Нет, Олег Викторович, — стройный брюнет с короткой стрижкой, названный Палачом, чуть поклонился, — мы из детективного Агентства «Альтаир», как вы уже наверняка знаете. Я заранее прошу у вас прощения, но вам придётся проехать с нашими сотрудниками. Для дальнейшего разбирательства, если позволите.
— Может быть, и позволю. Куда?
— В наш центральный офис. На Васильевский остров. Тринадцатая линия, дом восемьдесят один. Там вам ответят на все ваши вопросы. Прошу вас, Олег Викторович, это ради вашей же безопасности.
— С этой фразы в фильмах, книгах и играх обычно начинаются все проблемы, — под нос пробормотал Хизов, но его собеседник услышал и серьёзно кивнул:
— Вы правы, Олег Викторович. К сожалению, ваши проблемы только начинаются.
— А если я попытаюсь сбежать? — с надеждой спросил Олег, понимая, что реальность дала трещину и начинает осыпаться грудой неприятных на вид осколков.
— Мы будем вынуждены вас остановить, — вежливо ответил Палач и улыбнулся. — Бросьте, Олег Викторович. У вас же всегда была очень развитая интуиция. Она, конечно, подводила вас в последнее время, но, согласитесь, вы не чувствуете в нас угрозы, так?
— Так, — грустно подтвердил Олег и вздохнул. — Это меня и пугает. Ладно, поехали в ваш штаб, или как его там… Надеюсь, меня всё же не продадут на органы.
* * *2012 год. Июль. Железнодорожная станция «Разъезд генерала Омельченко».
Составление протоколов заняло оперативников до трёх часов ночи. Невзирая на обещания Воина, братьев Самойленко сняли с поста только ближе к полуночи: из-за массы бумажной работы их было попросту некому сменить. Под конец экстремального дежурства на парней было жалко смотреть. Воин похмыкал, отвёл братьев к свободной «Газели» и дал каждому по глотку из своей фляжки.
— Это вам, конечно, не здравур, но утром будете себя нормально чувствовать, — сказал он, глядя на вытянувшиеся лица.
— Скорее уж, орочье пойло, — парировал один из близнецов перед тем, как окончательно отключиться. Воин только расхохотался.
К половине пятого утра стало ясно: даже техника Агентства, любовно собранная и отлаженная Птахой, не в состоянии засечь следов оборотня.
— Сильнейшие эманации смерти, — оправдывался оперативник, числившийся по операции старшим лаборантом. — У нас все датчики зашкаливают. И потом, у этой скотины нестандартный фон. Мы, конечно, сняли слепки с трупов, но ничего подобного я в жизни не видел. С этим мобильным оборудованием у нас попросту мощности не хватит, чтобы обработать информацию. Не рассчитаны наши железки на такое.
— А если в штабе Лужского отделения попробовать? — подала голос Рива. — Оборудование там не хуже, чем в центре.
— Можно, — согласился лаборант, — но, в любом случае, уйдёт время. След остынет. Вокруг лес — ищи-свищи это животное. А если он перекинулся, то и подавно.
— Н-начит так, — Воин прикусил губу, задумался на минуту и начал отдавать приказы: — Купол снять. Здесь остаются двое для того, чтобы всё это дело подорвать. Остальные грузят лабораторию и двигаются вместе с ней в Лужский штаб. Вторую тачку оставите нам: выбираться отсюда через Лугу нет ни желания, ни времени. Делайте что хотите, но чтобы не позже полудня у меня были полная расшифровка фона этого перевёртыша и прогноз его передвижений. Хотя бы приблизительный. Если не успеете доработать — свяжетесь с нами, а точнее, с Ривой, она у нас мастер в таких делах. Утром к вам, скорее всего, начнёт ломиться господин Летов. Личным устным приказом санкционирую его подключение к нашей группе. Пусть работает, он мощно мотивирован потерей родственницы и желанием отомстить, может оказаться полезен. Дальнейшее перемещение группы только по моему приказу. Рива, готовься. Три к одному, что дорабатывать напильником данные придётся тебе. Витольд, после того как они очистят базу и заложат заряды, у тебя будет пятнадцать минут. Всё, за работу.