Лейшан хмыкнул и с испугом взглянул на малыша, а потом на Лекса, который злобно раздувал ноздри, уперев руки в боки.

— Я сейчас одного красавца шлепкой побью по вертлявой попе, чтобы в следующий раз думал, что делает! Ты зачем на Аши забрался? А если бы ты упал и он тебя затоптал?

— А-а!! Не надо по попе! — завизжал Ламиль и вцепился в Лейшана, — спаси меня! Я не хочу шлепкой по попе!

— Я тебя спасу, — прогудел растерянный рыжий воин и на всякий случай прикрыл маленькую попку крупной ладонью, а потом недовольно посмотрел на Лекса, — не смей обижать обещанного жениха Чаречаши! Если так надо кого-то наказать, то накажи меня! Я обязан спасти его от всех неприятностей.

— Ты не спасешь его, так же, как не спас меня, — Лекс скептично хмыкнул, уж слишком серьезно смотрел на него рыжий здоровяк.

— Не проходит и мгновения, чтобы я не корил себя за это, — Лейшан вдруг стал выглядеть, будто его уже избили, — ведь ты должен быть моим… видеть тебя и не иметь права прикоснуться, есть ли большее наказание?

— Хм, — раздалось над ухом Лекса.

Его обняла крупная рука, а к спине прижалось горячее тело мужа. Лекс повернул голову и увидел голого Сканда с мечом в руках.

— А ты что тут делаешь? — удивился рыжик.

— Кричали… — пожал плечами Сканд и, вздохнув, закинул двуручник на плечо, как цвайхандер* — по какому поводу крик?

— Это Ламиль верхом на Аши перепугал всех, — начал рассказывать Лекс…

— Ух ты, все-таки смог! — восхитился генерал, но его перебил злой муж.

— Не «ух ты», а АЙ-ЯЙ-ЯЙ, — погрозил пальцем Лекс, — а если бы он упал и сломал себе что-нибудь, или Аши его затоптал? — Лекс увидел, как Сканд скептично поднял бровь, и с возмущением добавил, — Аши опять съел мою сандалию! — и продемонстрировал сломанную застежку, — это я у него из пасти достал! Ламиль МОЕЙ сандалией подкупил Аши!

— Ай-яй-яй, — согласился Сканд и, резко присев, подхватил Аши за нижнюю челюсть, детеныш взвизгнул и попытался лечь брюхом на землю, — плохой ящер! Тебя что, плохо кормят? Зачем ты опять съел обувь Лекса? Он ведь тебе говорил, что ее есть нельзя. Тиро! — Сканд кивнул домоправителю, — запри его в пустом стойле и сегодня не корми. Я не буду бить чужого ящера, но беспорядка в доме не потерплю.

Тиро опять перехватил Аши под нижней челюстью и потащил беспомощно скулящего детеныша вглубь двора, к стойлам. В одном стойле был Шу, караулящий яйца, в другом самочки, третье стойло, в котором обычно обитал ящер Тургула, стояло пустое, туда и закрыли Аши. Стоило только закрыть дверь стойла, как оттуда раздался жалобный писк детеныша, переходящий в самый настоящий скулеж.

— Бедный Аши, — расстроился Ламиль, губки бантиком задрожали, из глаз потекли крупные слезки, — Аши — хороший! Прости Аши, он не виноват! Это я хотел кататься!

— Да, это ты захотел кататься, — ласково мурлыкнул Лекс, — это тебя надо наказать за это!

Слезки в ясных глазках сразу просохли, и Ламиль, бросив палку с привязанной сандалией, прикрыл двумя руками свою попку и с тревогой посмотрел на Лекса. Лейшан погладил перепуганного ребенка по спинке и для надежности прикрыл маленькие ладошки своей. Рыжий воин засопел и с упреком посмотрел на Лекса.

— Аши наказан за то, что съел сандалию, хотя знал, что этого делать нельзя, — Лекс ухмыльнулся, — а тебя, за то, что безобразничал, я тоже накажу! — во дворе все замерли. Стало так тихо, что было слышно, как Аши скребет дверь и поскуливает от обиды. — Поскольку ты решил, что ты настолько взрослый, что можешь ездить на ящере сам, то и спать отныне ты будешь, как взрослый, в отдельной комнате!

— Один? — испуганно прошептал Ламиль.

— Нет, с Ниюли, — успокоил Лекс, — она будет спать рядом с твоей кроватью, на случай, если ты ночью проснешься и чего-нибудь захочешь. Но теперь ты будешь спать не в нашей комнате, а в соседней.

— Ты меня больше не любишь? — Ламиль выскользнул из рук Лейшана и бросился к Лексу, обняв его за коленки, — не надо один! Я хочу с тобой и Ска! Я же вас люблю!

— Мы тоже тебя любим, — Лекс отрывал от себя маленькие ручки и гасил в себе желание обнять перепуганного ребенка, — но ты подумал о нас, когда баловался? Ты представь, как бы мы со Скандом плакали, если бы ты упал и сломал ногу, или спину, или Аши со своими большими когтями наступил на тебя и изуродовал! Ты подумал о нас, когда седлал Аши? Нет? Ты хотел, чтобы мы плакали?

— Нет! Не надо! — Ламиль вцепился в руку Лекса и притянул к себе, заставляя нагнуться, — давай ты меня отшлепаешь, а потом все равно будешь любить?! — Ламиль взял Лекса за кисть руки и шлепнул ей по своей попе, а потом преданно заглянул в глаза, — я больше не буду!

— Конечно не будешь! — Лекс поднял Ламиля на руки и поцеловал бледную щечку, — и я и Сканд тебя очень любим. Но, Аши наказан, и ты будешь наказан. И запомни — в следующий раз я накажу тебя намного сильнее. А теперь марш в комнату! — Лекс увидел перепуганную Ма и отдал ей ребенка, который пытался цепляться за него, — одень его и причеши. Скажи Оливе, чтобы кровать Ламиля вынесли в соседнюю комнату и туда же занесли матрасик Ниюли. Дети теперь будут спать там.

Ма молча кивнула головой и прижала к себе рыдающего малыша. Лекс тяжело вздохнул и посмотрел на тихих людей во дворе.

— Что? — с вызовом спросил он у Сканда, — считаешь, я не прав?

— Твой дом — твои правила… — пожал плечами муж, — но ты тоже в этом виноват. С Аши давно надо было заниматься. В казарме его бы уже учили дисциплине и командам. Учили кусаться и воевать. А ты относишься к нему, как к додо, вот он и балуется вместе с ребенком.

Лекс только фыркнул и пожал плечами. Где взять на все время? Но тут подал голос Лейшан.

— У тебя каменное сердце! Как можно наказывать младшего за такую милую шалость? Вот тебя никогда не наказывали!

— И чем все закончилось? — Лекс раздул ноздри и уставился на рыжего защитника, — я стал военным трофеем, а потом игрушкой в чужих руках! Знаешь, что было дальше? Меня привязали к столбу и сняли кожу со спины кнутом! Ты сам видел шрамы! А потом меня так и оставили у столба! Связанного, без сознания, на песке, залитом моей кровью и мочой! Я выжил только благодаря Рарху. Он тайно просидел со мной всю ночь. Отмыл, напоил и потом заботился, как мог, хотя сам был рабом. Ты этого хочешь для Ламиля?

— Нет! — Лейшан побледнел и отшатнулся, — никогда… никто и пальцем не тронет!

— Последнего младшего у Чаречаши убили? — Лекс хмыкнул, — зарезали в гареме? Так что, о чем ты говоришь, не Чани, так другой… Я люблю Ламиля, и поэтому накажу. Он должен понять, что за любой проступок будет наказание. Он должен быть послушным, — Лекс усмехнулся, — или не попадаться… он умный мальчик, он это быстро поймет.

— Ох, бедный Чаречаши, — усмехнулся Лейшан, во дворе послышались смешки, — он же твой брат, за что ты так с ним?

— Братик Чани мне еще руки будет целовать за такую Звезду! — усмехнулся Лекс, а потом посмотрел на Рарха, — так что там с ценой? Разобрались, сколько тебе заплатят?

— Договорились, — кивнул головой Рарх и посмотрел на довольных мастеров, как рыжих, так и местных. — Рассчитаемся, и я сразу все расскажу и объясню. И размеры, и как делать, и как крепить. И коловорот покажу, — Рарх закатил от восторга глаза, — такая замечательная штучка! И как я раньше без нее жил? А какие чудные ровные дырочки она делает, и так быстро! Но давайте все по порядку…

Лекс увидел, как у мастеров, казалось, даже уши стали длиннее от желания услышать несказанное. И отношение к нему после слов Лекса заметно изменилось. Взгляды стали теплее, а улыбки искренней. Он похлопал Рарха по плечу и отодвинулся, кивнув Бэлу, чтобы тот помог с расчетом, а потом отошел в сторону.

— А мне ты этого не рассказывал… — Сканд обнял Лекса и посмотрел поверх его головы на Рарха, — ну, теперь понятно, почему ты ему так веришь.

— Ты думаешь одеться? — Лекс вздохнул, — столько народу, а ты голый бегаешь, как Ламиль! Какой плохой пример для ребенка! Может, тебя тоже из спальни выгнать? Так сказать, в воспитательных целях.

— Я спросонья не понял, кто кричит, вот и выскочил, как был, — усмехнулся Сканд, — знал бы, что это Ламиль хулиганит, спал бы дальше! А когда решишь заняться Аши, то спроси Тиро, он тебе поможет…