Из барака вырвался голый Броззи с факелом в руке и тряпкой на плече. От него пахло кровью, потом и спермой.

— Факел в караулку, — скомандовал Сканд, — помыться и привести себя в порядок. Ошейник не снимать, пока колдуны не улетят. Из дома не выходить. Завтра, когда в доме будут посторонние, посидишь в гареме, чтобы случайно никому на глаза не попасться. Помалкивай и веди себя, как раб, но спать можешь в своей комнате, а не в бараке. При детях язык не распускай, ты все равно ученик Лекса, но постарайся на глаза никому не попадаться. Брови закрашивай углем, чтобы они казались черными. Тиро предупредит домашних, чтобы помалкивали о тебе, но и ты знай свое место.

Броззи сосредоточенно все выслушал, довольно улыбнулся и похромал в караулку, вернуть горящий факел. Во дворе Тиро разговаривал с растерянным Бэлом. Тиро был одет, как для похода на улицу, в компании зевающих мальчишек.

— Ты куда в такую рань? — Сканд хлопнул домоправителя по плечу.

— Скоро откроют городские ворота. Торговцы придут с товаром. Буду отлавливать их до рынка, и платить, сколько скажут. Я надеялся, что у нас будет время на подготовку, а сейчас придется переплачивать, но если надо, то не буду спорить. Вот, пытаюсь объяснить Бэлу, что расходы на свадьбу их не касаются, мы все оплачиваем, как старшие в семье. Бэл твой ученик и воспитанник, следовательно, «под твоей рукой», а это значит, расходы на свадьбу наши. Пусть лучше позаботится об одежде для себя и Ма. Тургул будет, как я понимаю, в парадных доспехах?

— Да. Он в первую очередь центурион, а только потом муж, — хмыкнул Сканд, — надо будет сообщить ребятам в казарме, что он проставится позже. Молодые после свадьбы останутся здесь же, пока не построят новый квартал стекловарам, будем жить, как жили. Хотя, дел у всех прибавится.

— Велел будить девок, — Тиро зевнул, — хорошо, что вчера успели лепешек напечь. Думал, хватит на пару дней, но тут хватило бы на завтра. Посмотрю, может, кто муку привезет на продажу.

— И вино, — напомнил Сканд.

Тиро кивнул головой и свистнул мальчишкам, чтобы не отставали. Бэл растерянно потоптался у ворот с мешочком денег в руках. Известие о предстоящей свадьбе выбило его из равновесия.

— Прости, но твои планы тоже пришлось поломать, — Лекс виновато поморщился и похлопал Бэла по плечу, — видел колдунов. Придется ускорить события. После дня тишины будет объявление о создании новых гильдий. Оружейники приедут в город с новыми мечами, а ты к этому времени должен быть не одиноким младшим, а семейным человеком. Кстати, как будет проходить церемония представления новой гильдии?

— Уже не помню, как это делалось раньше, — Сканд пожал плечами, — надо пройти по городу с образцами изделий и зайти в Сенат. Показать сенаторам, что будет делать гильдия, рассказать о количестве мастеров и подмастерьев. Потом Сенат посовещается и объявит о своем согласии принять новую гильдию в городе, — Сканд ухмыльнулся, как разбойник, — пусть только попробуют возразить! А потом Сенат сообщит о величине налога, который гильдия будет платить городу. И все. Поскольку в городе намечено строительство новых домов, то подбирать место для новой гильдии не будет нужды. Вам определят место, где будет построен новый квартал, и останется только дождаться, когда можно будет въехать.

— Надо подумать, что мы покажем, как образцы в Сенате и городе, — заволновался Лекс.

— У нас получилось сделать первые отливки, и мы даже дерзнули закрепить зеркала в новой оправе. Посмотришь, что получилось? — Бэл пожамкал в руках мешочек с деньгами. Из-за дверей кухни выглядывала взволнованная Ма, которая явно не решалась подойти ближе.

— Хорошо, — Лекс кивнул на Ма, — иди, успокой ее, убери деньги, встретимся на кухне, а я пока переоденусь.

В доме началась суета. Оставшиеся мальчики, которых разбудили среди ночи, отправились наполнять бочки водой. Олива пыталась на ходу заколоть длинными шпильками волосы и шипела на служанок. Повар, который готовил в основном деликатесы для высоких гостей, растерянно рылся в специях и пытался узнать у Оливы о гостях и о том, что следует начать стряпать. Олива, сама ничего не понимая, поймала Сканда и пристала к нему с расспросами. А Лекс прошмыгнул мимо и разыскивал в сундуке штаны, после истории с Броззи почему-то не хотелось чувствовать сквознячок в филейной части.

— Что тебя так взволновало? — Сканд закрыл дверь в спальню и подпер ее спиной, отсекая недовольную Оливу с ее вопросами, — я же вижу, что ты обеспокоен.

— Броззи, это ужасно… — Лекс кусал губы, не зная, как подобрать слова.

— Ты смотришь на него со своей точки зрения и через собственные воспоминания, — Сканд притянул к себе растерянного мужа, который виновато поднимал плечи, — поверь, не все воспринимают это так болезненно, как ты. И, более того, если ты расспросишь Броззи, то узнаешь, что он, скорее всего, уже бывал принимающей стороной. В этом нет никакой катастрофы. — Сканд ухмыльнулся, увидев растерянность на лице Лекса. — Многие учителя таким образом проводят обряд инициации, когда отдают ученику свое знание и свое семя, тем самым он становится частью семьи. Учитель начинает отвечать за ученика, как за кровного родственника. Это дает ученику дополнительную защиту и гарантии. В армии тоже такое есть, почти все через это прошли, — Сканд пожал плечами, — я избежал этого только потому, что Тиро был мне скорее отцом, чем наставником. Он же защищал меня перед другими воинами, его авторитет не позволял прочим приставать ко мне, пока я был совсем юным. А потом я сам начал защищать себя. Но, как правило, каждый молодой воин ищет себе наставника. Он будет учить его помимо общей подготовки, прикроет его спину во время боя. А это значит, что у него появится больше шансов дожить до конца контракта. Часто это перерастает в крепкую дружбу, практически, в братство.

Сканд увидел растерянное лицо рыжика с круглыми глазами и, рассмеявшись, поцеловал приоткрытый рот.

— Но когда Тиро или я говорим о побратимах, это не значит, что мы перетрахали половину войска! Побрататься можно и на поле боя, когда выстоял в схватке и победил. Это восхитительное чувство победы! Когда стоишь над поверженным врагом в своей и его крови и понимаешь: бой окончен, а ты жив! В душе такой восторг, прямо как оргазм. Просто до крика, до дрожи в ногах! И на твой победный вопль отзываются твои братья — побратимы по бою. Непередаваемое чувство вновь ощутить себя живым! Тогда хочется пожрать, выпить и потрахаться. И вот тогда младший воин поможет наставнику снять напряжение и расслабиться. Тиро в этом отношении было хуже, чем остальным. Потому что у меня самое большее, что он просил, это найти его сапоги после попойки!

— Оу! — восхитился Лекс и запустил руки под тунику мужу, — так твоя задница достанется мне первому?

— Даже не сомневайся, — Сканд засмеялся, — не думал, что когда-либо соглашусь на такое, но ты правильно все сказал: ты — это ты. Ты уже давно часть меня, и я даже не могу представить, как это — остаться без тебя… Если ты этого хочешь, то пожалуйста! В любое время, когда скажешь…

— Спасибо! — Лекс встал и прижался к Сканду, обхватив его мощное тело, его точно так же сильно и уверенно обняли в ответ, — вот только разберемся с колдунами, а то в голове будто каша, все вперемешку. А мне хотелось бы сделать все красиво и правильно, чтобы ты остался довольным и счастливым, как я с тобой.

Сканд только примерился, как бы половчее уронить рыжика на кровать, чтобы провести мастер-класс, но в дверь настойчиво застучали, похоже, не только кулаком, но и ногами. Генерал недовольно рыкнул, как ящер, у которого пытаются из пасти вытащить кусок мяса, но с той стороны послышался взволнованный голос охранника с ворот:

— Сканд, Лекс! Там монах пришел, сказал, по важному и срочному делу, и даже как бы по просьбе Лекса, и ему надо срочно поговорить с Избранным.

— Проводи его в атриум! — крикнул рыжик и стал отбиваться от возбужденного мужа, — Сканд, это важно! У нас еще будет время, отпусти! — Лекс вырвался из загребущих ручек и, распахнув дверь, почти налетел на недовольную Оливу, которая стояла, скрестив на груди руки, и не давала пройти. — Олива, с дороги! Займись лучше подготовкой к свадьбе, что там надо? Котлы достать? Дров наносить? Организуй людей, пока Тиро не вернется! А мне сейчас не до тебя! Пофыркаешь на меня, когда все закончится!