Он вздохнул и сдержал улыбку. А ведь ему нравится. Как смотрит, как радуется новой язвительной фразе. Мы ведь проскочили эту стадию отношений. Когда двое нравятся друг другу, но таким своеобразным способом демонстрируют это. Забавное время, которого мы даже не коснулись.

— Ты допросишься, — наконец отреагировал он, качая головой.

Раму разглядывал, видимо думал, как лучше вставить стекло. Я обрадовалась ответу.

— Бегаешь ты тоже не очень, поэтому вряд ли, — сморщила я насмешливо нос. — Но я, так и быть, могу поддаться, чтобы ты сильно не расстраивался.

Ликан вдруг сбросил варежку и метнулся к двери. Я кубарем слетела со столешницы и, дико смеясь, заперлась в ванной комнате. Прилипла к двери, продолжая хихикать, как ненормальная. Но… ничего. Тихо как-то. Передумал, что ли? А вдруг это тактика? Я сейчас высунусь, а он там! Нет, не получиться!

— Здорова! — услышала я знакомый мужской голос. — А я к тебе по делу.

Тут же отперла замок и выглянула.

— Привет! — я радостно выскочила и направилась к кухне.

Это был Морик! Сто лет его не видела! Забыла даже про наши игры с блондином. В синей рубахе, в штанах свободных. О, я была так рада его видеть!

Мужчина разулся и с улыбкой направился ко мне. Лорин шёл следом, мстительно щурясь. Ой, пусть хоть зубы скалит, я его не боюсь!

— Мелкая, — выдал он радостно своим басистым голосом, — ты чего такая довольная?

Он меня обнял, а я его вся стиснула и радостно улыбнулась. Такой он большой и, мне кажется, добрый. Бородатый, усатый, но справедливый!

— А Лорин разбил окно и теперь его меняет, — сдала я альфу.

Мужчина понятливо зафыркал и глянул на хмурого хозяина дома. Стоит, смотрит на нас, как на двух дурачков. Не нравится, знаю.

— Я и не знал, что ты умеешь злорадствовать, — потрепал меня мужчина по плечу.

— А я на всё горазда, — пребывая в приподнятом расположении духа, отозвалась я, снова глядя на альфу. — Пообедаешь?

Я была рада гостям, но знаете, всё было по-другому. Я уже была другой, Лорин тоже изменился, наши отношения приобрели иной характер и смысл. Я ощущала себя какой-то хозяйкой. Будто это и мой дом тоже. Я тут живу, я за ним ухаживаю, а значит я в праве считать его своим, так? Может быть, это звучит самоуверенно и нагло, но я действительно чувствовала уверенность, будто нахожусь в укрытии, в месте, где мне можно расслабиться и жить так, как хочется.

— Чуть позже, — улыбнулся он и повернулся к Лорину. — Отойдём?

Он, наверное, пришёл поговорить. И раз отзывает своего альфу, то о чём-то серьёзном. Я слегка напряглась, занервничав, но это чувство быстро исчезло. Они же взрослые, у них есть свои дела.

— Зачем? — изогнул блондин брови и кивнул за стол. — Садись.

Ой. Мне, наверное, нужно уйти? Мужские разговоры — это уже не шуточки, надо дать им поговорить.

— Я погуляю во дворе, — тут же решила я. — Позовите, когда закончите.

Если уходить не хотят, значит, мне нужно дать им уединение. Меня этому учили. Поскольку я обязана уважать человека, с которым живу. Муж — не муж, но я стою за спиной Лорина, я его опора и поддержка, он должен быть во мне уверен, и я не хочу, чтобы он сомневался во мне. Я сама всё знаю, и я не хочу вынуждать его выгонять меня. Мудрая женщина должна знать, когда стоит уйти, а я стремлюсь ею стать.

— Останься, — зелёные глаза внимательно взглянули на меня. — Тебе полезно послушать.

Тон спокойный, взгляд тоже. Мы с Мориком переглянулись. Тот был удивлён, в принципе, как и я. Но я быстро кивнула и села рядом с бородачом. Мне не стоит тут быть, это же их дела…

— Выкладывай, — вздохнул блондин, присаживаясь напротив нас.

Я почувствовала себя неуверенно. Пришли не ко мне и с явной информацией, не предназначенной для моих ушей.

— Есть данные, что Сакир ведёт тайную переписку с бетой Бюрта, — заговори Морик. — Выяснилось это случайно, но наши ликаны многое нарыли, только содержание писем мы не знаем.

— Это не суть важно, — тут же нахмурился альфа. — Главное, что они поддерживают связь. Я постараюсь нарыть что-нибудь на Сакира, чтобы лишить его статуса старейшины, но это будет сложно.

— Также знаем, что Бюрт периодически покидает свой дом, но делает это так, что доказать мы не в силах, — снова подал голос серьёзный усач. — Лорин, ты знаешь, у меня чуйка на всякие подставы и сейчас я ощущаю, что грядёт какая-то хрень.

Кто такой Сакир? Но Бюрт… выходит из дома? А почему он не может? И что вообще… творится? Я совсем не была в курсе дел, поэтому просто переводила взгляд с одного на второго.

— С Аврамом переговорили?

— Конечно, — кивнул Морик. — Он не врёт, ему действительно пришло порченое вино. Да и знаю я этого мужика давно, не стал бы он подставляться за такую гниду, как Бюрт.

— Время другое, ликаны меняются, — задумчиво постучал по столу блондин. — Присматривай за ним, но думаю, что с ним связываться больше не будут, поскольку это было бы уже слишком нагло.

— Так, что нам делать? Есть возможность «насолить» говнюку, — потянулся бородач. — Сдать мы его не можем, поэтому это хоть как-то приструнит его.

— Ну и чего ты надумал?

— Франк предложил на той тропе пару капканов поставить, — пожал плечами Морик, — Сильно не навредим, но он хотя бы будет в курсе, что мы знаем о его вылазках. Может, снова заляжет?

— Нет, пусть ходит, а вы следите, куда и зачем он выползает из своей норы, — нахмурился зеленоглазый стратег. — Поставите капкан и он больше не будет ходить этим путём, а пока он находится в неведении, мы сможем хотя бы понять, чем он занимается и чем промышляет.

— Годится, — кивнул мужчина и вдруг закинул руку мне на шею. — Ну что, хозяйка, накормишь мужиков?

От неожиданности ойкнула, но зафырчала, когда уткнулась носом в мужскую грудь. Опять он со своими закидонами! Руку закинет и сожмёт! Дурак!

— Убери руки, — раздался какой-то нервный мужской голос.

Я улыбалась, но в голосе своего… защитника слышала и злость. Как-то сразу не до веселья стало.

Но вот Морик был другого мнения.

— Ой, да брось, я не сильно сжимаю, — отмахнулся бородач и тут же потрепал меня по макушке, — Смотри-ка, кто за тебя вступается.

Я нахмурилась, но улыбку держала. Напряжённо мне стало, Лорин ведь у меня мужчина странный.

— Ты меня не расслышал? — о, а вот и угроза. — Руки убери от неё.

— Да я же шучу, — усач начал разжимать свою хватку и голос у него удивлением пропитался.

Осторожно высвободилась и слегка пристыженно взглянула на блондина. Как-то неловко сразу стало.

— А я тебе говорю, чтобы ты соизмерял силу, — серьёзно заговорил альфа, который напомнил старого Лорина. — Не с мужиком же возишься.

Я видела, как растерялся Морик. Это я виновата. Он из-за меня своего друга отчитывает, но мне же не больно было…

— Лорин, да я же с Богданой давно знаком и всегда так делал, — чуть усмехнулся непонимающий гость. — Ты чего так обозлился?

Он всё воспринял на свой счёт. Отлично, лучше бы я ушла.

Блондин взглянул на меня и губы поджал. Он же… нет, он же не собирается ему всё рассказать?!

— Потому, что я так сказал, — отрезал Снежок. — Это тебе понятно?

Я опустила глаза и сглотнула. Впервые в жизни вижу, как Лорин отчитывает Морика. Они же всегда так дружили, общались тесно, и я никогда не замечала, что Лорин демонстрирует своё верховенство. Но сегодня это случилось на моих глазах. Просто ни за что отчитал взрослого мужчину. Точнее из-за меня. Наверное, бородач тоже возненавидит меня, как Майла. Виер тоже не за меня. Я это поняла в последнюю нашу встречу. Он сдал меня Лорину. Правильно сделал, конечно, но… Я знаю, из-за чего это случилось. Он был за Майлу. Омеги же охраняют целостность стаи, а я её не специально, но разрушаю. Омега не выбрал меня, он был за своих, за ликанов, за стаю. Это очень правильное решение, но такое болезненное для меня. Будто я трусь вокруг них, стараясь присоединиться. Нет, я бы хотела стать частью семьи, но не таким способом. Майла была против, и она поругалась с Туром, Мелинда наверняка тоже с ней в напряжённых отношениях. Двое членов стаи начали отделяться от третьего и Виер на защиту Майлы, чтобы не случилось страшное. Я — лишняя. И когда они узнают, что Лорин сделал меня почти главной, то они могут просто разбежаться. Человек! Я — человек. Мы не один вид, мы разные… Я даже сама себе не принадлежу!