Я стою теперь один, не зная куда поддаться. Решил пойти в комнату — переодеться, чтобы потом направиться в спортзал.

— А вот и он! — Ее голос весело прозвучал в тишине коридора.

— Кристен?

— Так точно! — Она приставляет по-военному руку козырьком, отдавая мне честь.

— Как прошли занятия?

— Стефан загонял нас. Любит, когда девушки выполняют его команды!

Я смеюсь на ее шутку, наблюдая, как она грациозно медленно подходит ко мне.

— Это да. Он любит показать свою власть над женщинами.

— А ты? Вспомнил что-нибудь?

— Нет. Так разное.

— И даже свою девушку? — Она наигранно изумляется, кокетничая со мной.

— Нет! Представляешь?

— Представляю. Возможно, чувства твои были не столь крепкими, как думают другие.

— С чего ты взяла? — Я наблюдал, как она гладит лацкан моего пиджака, будто невзначай поправляя его. Неприятно. Слишком близко и интимно.

— Тебе нравилась я в последнее время.

— Вот как? — Я смеюсь на эту самоуверенность. Хотя да, Кристен красивая, вполне могло быть, что она зацепила меня…

— Мы даже целовались с тобой. — Неожиданно зашептала она, окольцовывая своими руками и глядя в глаза, и потянулась к моим губам для поцелуя. Я отпрядываю, пытаясь убрать ее руки со своей талии.

— Мы не могли целоваться.

— Почему?

— Ты моя ученица! Это запрещено.

— Странно. Но будучи Инквизитором, ты позволял многое со мной… — Она томно шепчет и целует в шею. Меня же это выводит из себя! Будучи Инквизитором?

Я И Е С Т Ь И Н К В И З И Т О Р!

— Я тебе не Химера!

Я отталкиваю ее, схватив за руку, и рычу прямо в лицо, чтобы запомнила раз и навсегда:

— Не думай, что мой знак теперь позволяет многое. Я Инквизитором родился, им и умру. Поняла?

Я встряхиваю ее, как куклу. Кристен смотрит на меня ошалевшими глазами. Я же чувствую, что ей больно — слишком сильно сжимаю кисть, поэтому ослабляю хватку, кинув мимолетно взгляд на ее кисть. И замираю.

Кристен охает и пытается вырвать руку. После чего в ее руке вспыхивает вязь заклинания:

— Ruit!

Я выбиваю заряд, и заклинание проносится мимо. В пару движений я скручиваю Кристен, и прижимаю к стенке, заломив левую руку за спину.

— Ну-ка! — Я реально это увидел или мне показалось? Но нет, не почудилось. Под напульсником действительно был знак Луны. — Ах, ты тварь! Ты что здесь делаешь? Отвечай! Живо!

Я ору на нее, что есть сил, удерживая у стенки. Кристен больно, я знаю, но это мелочи, по сравнению с моим гневом.

— Отвечай! Что ты делаешь в Саббате?

— Рэй! — Окрик Евы слышится откуда-то сзади. — Что ты делаешь?

Но ответить мне не удалось, так как из-за Евы я замешкался, за что моментально получил локтем по зубам от Химеры. Девушка, кинув заряд Небес в Еву, попыталась сбежать, но Стефан ловко ее сбил с ног, поэтому та кубарем свалилась с лестницы, больно приложившись о мрамор перил головой.

— Стеф, держи ее! Она Химера. Эта тварь Химера! — Я поднимал оглушенную болью Еву, в то время как Стефан бежал к Кристен, чтобы схватить ее.

— Ты как? — Я озабоченно смотрел на Валльде, которая стонала, держась за ребра, по которым мощно прошлось заклинание.

— Мы знали…

— Что?

— Мы знали, что она шпион… — Ева выдыхает, морщась от боли. Я же пораженный смотрю на Стефа, который уже крепко держит запыхавшуюся Химеру, глядящую на нас свирепым взглядом красивых глаз.

***

Мы стоим и смотрим на падающий снег, который похож на куски ваты. Мне на ум приходят строчки из песни группы Наутилус Помпилиус: «То ли белый снег, то ли сладкая манна, то ли перья, летящие сверху, за сорвавшимся вниз, словно падший ангел». И поэтому начинаю неосознанно мурлыкать себе под нос эту песню.

Субботина недовольно косится, она-то чувствует себя взвинченной — я знаю. Хотя на деле все должно быть наоборот: это меня сдают сейчас в руки Сената.

Ной не заставил долго ждать, явился в ровно назначенный час. Словно напророченный песней, Валльде выглядел действительно, как ангел: серое теплое пальто, белоснежный шарф, пшеничные, почти серебряные волосы, и яркие холодные голубые глаза. Он сейчас отдаленно напомнил Еву, хотя они близнецы. Всегда поражалась, как они похожи и не похожи одновременно! Наверное, так люди удивляются, глядя на нас с Варей.

Нина даже замерла от красоты мужчины. Она всегда не доверяла таким. Согласна, сама чувствую себя ущербной, когда общаешься с такими Аполлонами.

— Добрый вечер, девушки! — Ной поздоровался с нами, но ощущение складывалось, что он обращался больше к Нине. Та в ответ кивнула и уставилась взглядом себе под ноги.

— Привет. Ну как, ты отдал мое дело в Сенат?

— Нет. С тобой хочет поговорить Реджина, она опоздает на пару минут. Попросила подождать.

— Реджина? — Я почувствовала неуверенность. Перед глазами возник решительный Первый Светоч Саббата с королевской осанкой. Боюсь, она будет против всей моей затеи… Неужели, она не хочет поддержать меня?

— Как у тебя дела? Ты прекратила совсем появляться в Сенате. — Ной смотрел строгим укоряющим взглядом на Нину, которая пыталась совладать с собой. Это у нее отлично выходило, только легкий румянец на щеках говорил, что ей стыдно.

— Да. Дела. Времени нет.

Я смотрела на них и мысленно ругала. Особенно Нину.

— Что же ты делала? — Я решила уличить подругу во лжи. В конце концов, если оба мозги имеют, то поймут друг друга. Должны понять.

— Разное. — Нина смотрит на меня с опаской. Меня уже было не остановить:

— Разное? Странно. Наталья никогда тебя не загружала работой.

— А сейчас стала.

— Наверное, твой парень против такой загруженности? — Ной постарался сказать это как обычно — со свойственной ему отчужденностью. Но я впервые жизни слышала раздражение от Ноя, которое промелькнуло на слове «парень».

— Парень? Когда ты успела обзавестись парнем? — Я удивленно воззрилась на Субботину, та в ответ послала такой взгляд, что если бы она была бы Варей, то люди в ближайшей округе точно бы все передохли.

— Успела…

— Да? И как его зовут?

Нина, поджав губы, отвернулась от меня. А я посмотрела на Ноя и подмигнула ему.

— Вот вы где! — Голос Реджины прорвался неожиданно, как свежий ветер в нашу удушающе молчаливую атмосферу. — Мелли!

Она подошла и секунду смотрела на меня, улыбаясь. После чего привлекла в свои объятия. И у меня словно камень свалился с плеч. Боже! Я так скучала по ней.

— Я тоже скучала по тебе, деточка. Мне так не хватает порой твоего присутствия, твоей непосредственности. А вы Нина? — Последнее она сказала на русском, смотря на стоявшую позади меня Субботину. Я же удивляюсь:

— Вы знаете русский?

— Ну, дорогая моя, я знаю много языков. Это обязанность, как Светоча. Итак, вы Нина?

— Да. — Нина кивнула, явно напрягшись, что ее знает Инквизитор, при том Главная ведьма.

— Реджина Хелмак, Светоч Саббата и Главная вот этого молодого человека. Очень приятно с вами познакомиться! Много слышала о вас от него. — Нина с удивлением уставилась на Ноя. На что Реджина добила обоих влюбленных: — Нет, он о вас не говорил. Обычно думал. Я — чтец мыслей. Давайте, ребята, поговорите друг с другом, пока я беседую с Анной.

Она взяла меня под руку и насильно оттащила от Ноя и Нины. Реджина была великолепна: на ней была пушистая шуба и алые перчатки. На ум пришла ассоциация с Круэллой Девиль. Если Реджина сейчас достанет мундштук, она станет нереально похожа на нее.

— А теперь рассказывай, что ты задумала. Ты же понимаешь, послать тебя на костер, я не позволю.

— Я… я хочу сдаться Сенату, чтобы рассказать, что творится у Моргана.

— А что творится у Моргана?

— Недавно я оживила трех Древних. Женщину, мужчину и ребенка — они якобы видели, как произошел раскол. А еще Морган стремится объединить мир. Он делает опыты над знаками, мне Кевин рассказывал. Он сделал Рэя Химерой… Это так? Он у вас? — Я не выдерживаю и с мольбой спрашиваю у Реджины, которая приобняла меня и внимательно до этого слушала.

— Да. Рэй у нас. Расскажу о нем чуть позже. Сначала твоя очередь. Рэйнольд успел рассказать, что на него работают Психолог и Кукольник.

— Да! Есть такие! Они моделируют ситуации. Психолог говорит, как добиться результата, а Кукольник расставляет кукол.

— Так, а что с Савовым?