— Конечно, Светочка. Закажи пиццу для нас. Хоть и неохота на ночь тесто есть. Бабушка вам завтра сварит борщику нашего. Хочешь? Ты же, думаю, соскучилась по нашим блюдам?

— Да, мама. Я всё равно так, как ты, готовить никогда не сумею. Да и не люблю я на кухне долбаться. Плита — это не моё. Мне б чего по-быстрячку сварганить и вперёд.

— Это я помню. Ты не изменилась, дочь моя. Тебя к плите и палкой нельзя было загнать, — усмехнулась мама, — но жидкое нужно кушать. А то сухомяткой можно ненароком и желудок сорвать. Будешь потом по докторам бегать. Не дай бог, конечно.

— Мама, здесь, в Италии, уже всё готовое продаётся. И даже бульоны в коробочках готовые есть. В кастрюльку выплеснул содержимое, лапшички или тортеллини (это итальянские пельмени, выпускаются в форме квадратиков или маленьких ракушек) добавил, и за десять минут супчик готов. Завтра пойдём по магазинам, и сама увидишь, что и как в Италии, — пояснила я маме.

— Света, но это же всё равно не то. Полуфабрикат с концентратами. А это вредно для здоровья, — продолжала поучать меня мама.

— Хорошо, мамуль, уговорила. Я буду стараться готовить только из натуральных продуктов. А сейчас посиди с внученькой, а я спущусь к нам в пиццерийку. Я мигом.

Я чмокнула маму и Алессию, накинула куртку и вышла, чтобы заказать ужин в пиццерии-траттории под названием «Кокон». Как же я счастлива и рада визиту мамочки! Мой самый близкий человек на свете! Совсем недавно я считала самым близким для меня Марко, но, увы, это оказалось совсем не так. Я обожаю свою маму и хочу, чтобы Алессия меня так же любила и никогда не оставляла. А я всегда буду стараться, чтобы она ни в чём не нуждалась, и делать для моей дочери всё возможное. Главное — чтобы она была счастливой и здоровенькой.

Глава 23

— Мамуля, доброе утро! Ты будешь чай или кофе? — спросила я у мамы, как только она вошла на кухню сонная и в своей байковой ночной рубашке, привезенной из дома, из-за чего я невольно засмеялась. — Ты, я вижу, со своей ночнушкой не расстаёшься.

— Доброе утро, доченька. Ой, никак не могу проснуться. Новое место, новый интерьер. Непривычно как-то. Да, мне в ней удобно, в рубашечке этой. Она из натурального материала. А то сейчас в продаже везде сплошная синтетика. Нет качественных вещей, как в моё время. Что ни говори, понавезли польское да китайское, а оно всё одноразовое.

Я улыбнулась и погладила маму по плечу.

— Согласна с тобой. Но здесь, в Италии, довольно-таки качественные вещи. А насчёт того, что тебе непривычно у меня, так это адаптация к новому месту. Но ты же не к тёте чужой приехала, а к родной дочери всё-таки.

— Знаю, Светочка. Я привыкну, не волнуйся. А где наша крошечка? Спит ещё?

— Да уже проснётся сейчас. Вот я ей кашку и варю. Мамуль, я для тебя специально купила в супермаркете в диетическом отделе крауссанчики без сахара. Так что на завтрак можешь лакомиться сколько влезет.

— Спасибо, доченька. Сейчас только укол инсулина сделаю в живот и сразу же приду завтракать. А кефира у тебя нет случайно?

— Нет, мамуль, чего нет, того нет. В Италии кефир не продаётся. Есть только натуральный питьевой йогурт. Я тебе, купила, кстати. Я же помню о твоём пристрастии к этому кисломолочному продукту.

— Ну, хорошо, выпью ваш йогурт. Я укол пойду делать, — мама улыбнулась и удалилась в спальную комнату, которую я отвела для нее на время её пребывания.

Я доварила кашку и пошла в комнату за дочуркой. Алессия уже не спала и потирала ручками свои глазки.

— Мамина радость, ты уже проснулась? Иди к мамочке.

Девочка моя мне улыбнулась и тут же закапризничала.

— Пойдём кушать. Нас бабушка ждёт. Но сначала поменяем памперс.

Мама объявилась в дверном проёме.

— Наши сладенькие деточки проснулись. Голодненькие. Света, зачем ты её постоянно протираешь салфетками? Тебе что, лень подмыть ребёнка? Это же двух минут дело! — возмутилась мама. — Да и денег они, небось, стоят, эти салфетки.

— Мама, они совершенно безвредные и специально для деток изобретены, — пыталась объяснить я маме.

— Иди ко мне, бабушкина ласточка, — мама взяла мою дочку на руки, — бабушка сейчас тебя помоет. А то наша мама совсем уже обленилась, я смотрю. Все эти новомодные методы. Ну их!

Моя дочурка улыбнулась и обняла мою маму, обрадовавшись ей. Мама с Алессией удалились в ванную комнату, а я отправилась на кухню продолжать готовить завтрак.

Позавтракав, я решила посвятить день шопингу и повозить маму по окрестностям, чтобы познакомить её с местными достопримечательностями. Я набрала номер Ансельмо, и спустя несколько минут мы втроём отправились на прогулку.

Такси притормозило около двухэтажного торгового центра под названием Le gru, что в переводе на русский язык означает «подъемный кран».

— Ансельмо, как мы с тобой договоримся? Я тебе позвоню, как мы закончим шопинг? Или ты нас подождёшь? — спросила я у таксиста.

— Не волнуйся, я вас подожду. Сейчас, в зимний период, у меня мало заказов. Идите делайте покупки, а я вас буду ждать здесь, на этом месте, — улыбнулся таксист в ответ.

— Спасибо, Ансельмо. Увидимся.

Мы направились к входу в торговый центр. Я взяла платную тележку и усадила на неё Алессию.

— Светочка, какая же у вас здесь красотища! Я такое, помню, только в Москве видела много лет назад. Да и то не сравнить, — восхищалась мама, рассматривая витрины магазинов в галерее.

— Да, мама, быт здесь устроен и жить можно, а в моём случае даже и нужно, во имя дочери, — подметила я философски. — Было бы на что жить.

— И здоровье, доченька, тоже главное, без него никуда. По себе знаю. Ой, а какие новогодние иллюминации у вас! Гирлянды! Нам такого и в самом красивом сне не приснится, — мама рассматривала огромную ёлку, установленную посередине торгового комплекса, — а ну-ка становитесь, я вас с Алессией сфотографирую.

Мама вытащила из сумки «Полароид» и щёлкнула меня с дочкой на фоне ёлочки.

— А сейчас сфотографируй, пожалуйста, меня с внученькой, — попросила мама и вручила мне фотоаппарат.

Мама взяла на руки Алеську, и я нафоткала их на фоне ёлки и Деда Мороза.

По завершении фотосъемок я спросила:

— Мама, а тебе не жарко в дублёнке?

— Жарко, доченька. У вас же здесь нехолодно. А я это не предусмотрела. Перетерплю уже как-нибудь в моей «дохе».

— Мама, и почему же ты, скажи мне, должна терпеть? Мы прямо сейчас пойдём в Motivi и приобретём тебе лёгкое, но тёплое пальтишко для нашей погоды.

— Света, не надо тратить деньги. Тебе есть о ком думать и на кого тратиться.

— Мама, прекращай, — скомандовала я, — следуй за мной.

Мы прошли двадцать метров по галерее и зашли в магазин модной одежды, где был большой ассортимент одежды больших размеров. Едва мы вошли в освещённый лампами дневного цвета просторный зал, к нам в ту же минуту подошла девушка с бейджиком на пиджачке с именем Эмануела.

— Здравствуйте! Могу я вам чем-нибудь помочь? — с улыбкой вежливо спросила она.

— Есть ли у вас пальто или что-нибудь из верхней одежды для этой синьоры? — пояснила я девушке, указывая на маму.

Девушка сказала следовать за ней вдоль стеллажей, и вскоре моя мама примеряла плащи и стёганые пальтишки.

— Света, что это за мода у них такая? Всё тёмное да чёрное. Как в ритуальном магазине, честное слово.

Я прыснула в кулак.

— Ну ты, мам, даёшь. Хорошее сравнение. На самом деле ты правильно подметила. Я поначалу тоже ну никак не хотела мириться с итальянским стилем. У нас с Марко даже неоднократно возникали споры на этой почве. Но сейчас я уже привыкла и извлекаю для себя пользу. Вещи удобные и качественные, хоть на вид и неброские.

— Я вижу, качество великолепное, безусловно, не буду спорить, — мама провела рукой по плащевой ткани и потрогала подкладку.

— Мамочка, тебе очень идёт. Я настаиваю, что надо купить именно эту вещь, — смотрела я на маму, одетую в демисезонный стёганый плащ коньячного цвета на тоненькой подкладке из синтетических волокон.