Каламити открыл самый большой из небесных танков, что мы только смогли отыскать. Вооружён он был многоствольными плазменными пушками (типа той, из которой Каламити стрелял в Топаза: слишком большими даже для боевого седла) и мог перевозить до дюжины солдат в полной боевой экипировке за раз. Каламити побежал в перед танка и начал запрягать себя в боевую упряжь, пока я и Реджи устраивались позади. Прямо перед тем как взойти на борт, я заметила выведенное по трафарету на борту небесного танка название: "Черепаха".

Пара солдат Анклава подскакала к задней части Черепахи. Они видели, что Каламити запряжён и готов к вылету, и собирались запрыгнуть внутрь. Реджи откинула свой капюшон, представая перед ними на какое-то мгновение с ухмылкой на лице, прежде чем я захлопнула люк перед их носом.

Простите, парни. Тут уже занято.

Нужно было видеть их ошеломлённые лица.

Гони, крикнула я Каламити, откидывая капюшон, как только люк закрылся. Я взглянула на люк, и пони в моей голове запаниковала, потому что я понятия не имела, как он запирается. Сейчас. Самое время. Гони немедленно! Я не собиралась давать тем двоим времени, чтобы очухаться, открыть люк и пристрелить нас.

Каламити расправил свои крылья внутри бронированной кабины Черепахи, взмахнул ими дважды, и я почувствовала, как танк отрывается от пола ангара.

Мгновением спустя мы уже вылетали из дверей ангара, горизонтальные проёмы окон Черепахи пропускали болезненный золотистый свет зарева над Вечнодиким лесом.

Под нами расстилался огромный комплекс из металла, камня и коричневого бетона Собор. В его центре возвышалось воздушное строение в готическом стиле со ступенчатыми сводами, аркбутанами и розовыми витражами. Его окружал хорошо укреплённый замок с толстыми стенами, башнями и бойницами. В башнях располагались зенитные орудия, наподобие тех, что однажды защищали город Дружбы. Там был даже ров, и я могла видеть тень чего-то огромного размером с три дюжины пони, плавающего в нём.

За внешними стенами замка и рвом Вечнодикого леса уже не было. На многие мили во всех направлениях не было ничего, кроме чёрного пепла и покорёженных пней. С трёх сторон землю разрезало глубокое ущелье, через которое был переброшен лишь узкий, похожий на крепостной, мост.

Выжженная земля была заполнена пони. Не десятками, и даже не сотнями. Тысячи пони, одетые в цвета Красного Глаза, были готовы схлестнуться с Анклавом в свирепой битве. Войска Красного Глаза укрывались в траншеях и дотах, ещё больше выстроились вдоль стен замка, посылая заряды в небо. Аликорны и грифоны Красного Глаза встречались с пегасами лицом к лицу в небесах.

Битва носила явно односторонний характер. Бомбардировщики Анклава засыпали своими взрывчатыми веществами укрепления внизу, находясь при этом на высоте вне зоны поражения зениток. Каждый Хищник даже в одиночку мог сравнять Собор с землёй концентрированным огнём. И одним богиням ведомо, что мог натворить Громовержец сам по себе.

Два Хищника с Громовержца присоединились к тем четырём, что уже кружили вокруг Собора, бомбардируя его шквальным огнём плазмы. (Я полагала, что третий был сейчас занят поимкой Перистого). Три Хищника имели признаки повреждения от артобстрела, один из них извергал густой дым и начал крениться, выбиваясь из строя.

Каламити провёз нас широким кругом, избегая попадания на линию огня. Мы приблизились к воздушному шлюзу тюремного блока. Трекер уже был готов открыть его, ожидая нашего прибытия. Я открыла люк в Черепахе, когда Каламити пришвартовался к Громовержцу. Посадочная платформа Циклона двигалась еле-еле, прыжок с неё на наш небесный танк был не столько опасным, сколько щекотал нервы. Я заняла позицию у люка, чтобы помогать пони. Реджи забралась в кресло стрелка одной из плазменных пушек.

Первая пони, серая кобылка с поразительно фиолетовой гривой, шагнула на край воздушного шлюза. Она судорожно сглотнула, её колени дрожали, а лоб покрылся испариной от усилий, прилагаемых ею, чтобы не посмотреть вниз.

Всё хорошо, подбодрила я её. Ты справишься.

Наше внимание, как и внимание всех остальных пони, принимавших участие в битве, внезапно было обращено вниз, привлечённое ужасным, сотрясающим всю Эквестрию, рёвом. Что-то огромное, мрачное и кошмарное поднималось от Собора, чудовищная чёрная тень закрыла затянутое дымом солнце. Огромные злобные красные глаза с ненавистью уставились на нас, воздух взбивался массивными кожистыми крыльями.

Затем оно направилось к одному из Хищников, извергая пламя. Когда оно повернулось, я смогла различить его когти и шипы размером с пони и переливающуюся зелёную чешую, а также глубокие шрамы, которые выглядели больше похожими на хирургические, чем на полученные в бою. Также я заметила странное механическое свечение, исходящее от одной из ран, которая ещё не полностью зажила.

В Вечнодиком лесу жил дракон. Да не просто дракон, Луна его дери, а чёртов прадед всех драконов. Древний дракон был настолько стар, что был огромным, гигантским, просто ненормально большим полностью выросшим драконом даже тогда, когда Спайк был ещё ребёнком!

И он сражался на стороне Красного Глаза.

Дракон взревел снова, схватив Хищник своими когтями, в то время как остальные три наводили на него свои орудия. "Убийцы Драконов" так назвал их Каламити. Что ж, им выпал отличный шанс доказать, что они достойны этого звания. Дракон обдал пленённый Хищник удушающим чёрным дымом и взвыл, когда остальные Хищники пронзили его яркими энерго-магическими лучами. Он щёлкнул хвостом, ощетинившимся массивными шипами, каждый из которых сиял жуткой энергией, и обрушил его на одного из атакующих Хищников, оставляя глубокие борозды в его лобовой броне.

Моя челюсть упала, громко стукнув по полу Черепахи. Эти шипы были магически зачарованы. Я уставилась на необычные, светящиеся красным глаза дракона и сразу поняла, о ком они мне напомнили.

Красный Глаз. Кибернетически. Улучшил. ДРАКОНА!

Я моргнула, пони в моей голове была ошеломлена. А потом начала крутиться.

Всё, хватит. Мы приземляемся сейчас же! крикнула я, оборачивая сбежавших пони-пленников своей магией и бесцеремонно перемещая их в салон Черепахи. Каламити, валим нахрен с неба!

Я закрыла люк, извиняясь перед заключёнными, и втиснула себя в свободное кресло стрелка плазменной пушки. Кресло и управление явно были рассчитаны на более крупную пони, к тому же я была примерно так же хороша в управлении энерго-магическим оружием, как и в фехтовании. Но до тех пор, пока у меня не было возможности подстрелить свой же проклятый танк, думаю, даже от меня могла быть польза.

Реджи уже открыла огонь, паля по соседним небесным танкам и бомбардировщикам Анклава. Пронзительный визг её плазменной пушки больно резал по ушам.

О ДАААА! крикнула Реджи через какофонию стрельбы. Один из её выстрелов превратил Анклавовский бомбардировщик в каскадный пиротехнический взрыв, переливающийся всеми цветами радуги. Она развернулась к следующей цели, до того как фейерверк рассеялся. Обожаю эту амфибию!

Черепахи рептилии, поправила я её. Подсоединив свою ПипНогу к турели, я скачала софт небесного танка и увеличила до максимума уровень своего заклинания прицеливания.

Без разницы, ответила она, пренебрежительно махнув крылом. Эй, Каламити. Мы можем оставить её себе?

Следующие три её выстрела вывели из игры двух бронированных пегасов Анклава, спасая весьма удивлённого этим фактом аликорна.

Некоторые из бойцов Красного Глаза, выстроившихся вдоль стены Собора, открыли огонь по Черепахе, когда Каламити подвёл нас слишком близко. Я ахнула в испуге, когда двое из беглецов рухнули замертво, прошитые пулями. Некоторые пони начали истошно вопить. Более уравновешенные тут же вмешались, пытаясь предотвратить панику. Трекер громко скомандовал всем лечь на пол и сжаться, делая из себя как можно меньшую мишень. Оглядев внутренности танка, я открыла один из рюкзаков, наполненных медицинскими препаратами.