Девушки во время продвижения к нашей палубе подстраховывались — выламывая очередную дверь, ставили какое-то защитное поле-заглушку. Видимо, чтобы воздух не уходил — системы корабля ведь без капли энергии, с утечкой воздуха самостоятельно корабль не справится. Это вселяло надежду на мирные намерения. Как и две реакапсулы, что летели следом за ними.

— Кей! Кей! — Меня подергали за рукав. — Я спать хочу!

— Переволновалась?

— Не то слово! А еще я Розу… боюсь, наверно… как шарахнет меня опять… я ж ее заигнорила… и забанила…

— Не тронет она тебя, не волнуйся. Бекапы мне свои скинь и перезагружайся.

Наконец, дошли и до нас. В коридор, где стонали подчиненные Шалы и ругалась вполголоса сама Шала, впорхнули несколько ярких светлячков, залив место баталии ярким белым светом. Стоны усилились — представляю, как свет резанул по глазам, уже привыкшим к полнейшей темноте.

Следом в коридор вступили Кора и Роза. Обе остановились, обозревая разрушения, затем осторожно и демонстративно опустили оружие и аккуратно положили его на пол. Подняли руки вверх.

— Ну, что ты как не родная, Розочка! — Позвал я. — Иди, обниму! Крепко. С мускульным усилением.

— Дорогой! Ты опять за старое! Ну, ладно, в прошлый раз — две чужих девушки. Все понимаю — тестостерон, горячая кровь, девочки молоденькие и неопытные… Но сейчас-то — пятнадцать человек! Что у вас тут за оргия была? Или это такой мальчишник? Празднуешь последние деньки своей холостяцкой жизни?

Как всегда — язвительна.

Она подошла ближе, секунду рассматривала меня и — бац! — влепила смачную пощечину. Перехватывать ее руку или уклоняться я не стал — я же обещал, что разрешу ей врезать мне разочек… за все хорошее.

Янтарь поднял морду, весело фыркнул и снова улегся. Дескать, эти брачные игры — без меня, я не дурак в разборки с твоими самками лезть!

Кстати, ручка у Розы тяжелая. Голова неплохо так мотнулась, а перед глазами поплыли круги и звездочки, а во рту появился привкус крови. И это — маленькой ладошкой!

— Говнюк! — Она стала набирать обороты. — Какого хера ты сбежал?! Мы бы высадились вдвоем на эту лоханку, я бы коротнула мозги этой дуре, перепрошили бы ее и — проваливай куда хочешь! Делай, что хочешь! Я из-за тебя, как в жопу ужаленная, ношусь по всей Красной Линзе! Я из-за тебя подняла всех, кого только можно и нельзя поднять, чтобы найти эту лоханку первой! Я из-за тебя в такие долги влезла, такие знакомства растрясла! Я всю сеть в Линзе засветила! Урод! Тарган озабоченный, пих…

Она дернулась влепить мне еще одну пощечину, но… я же был согласен только на один удар. Так что руку ее я перехватил — реакция у Кейдана ан-Солано что надо! При том, что удар у нее поставлен грамотно — без замаха, без лишних телодвижений, по оптимальной траектории, поворот всем корпусом, а вторая рука автоматически поднимается к подбородку в защиту.

Как гасить женскую истерику (или ее имитацию)? Мне известны два способа. Один для меня, увы, крутоват — родители воспитали меня… как-то неправильно, наверно — бить женщин по такому пустячному поводу, как истерика, я не обучен. А вот второй способ…

— М-м-м… — Замычала и задергалась Роза, безуспешно пытаясь освободиться и продолжить обличительную речь с рукоприкладством.

Но рот у нее оказался внезапно занят. А руки — прижаты к бокам. А тело — прижато к ближайшей стеночке.

Контролирующий четвертый слой Янтаря сигнализировал, как Кора несколько раз соединяет ладоши в беззвучных аплодисментах, Шала задумчиво кивает, а Тайла… Тайла с донельзя знакомой улыбкой показывает мне средний палец. Или не мне, а Розе? И почему она не в перезагрузке?

— Спасибо, что беспокоилась, милая.

Задыхающаяся Роза вырвалась из моего захвата… что неудивительно, учитывая надетый "Инкейр". Удивительно, почему не вырвалась раньше — в "Инкейре" она могла меня по полу блинчиком раскатать.

— Времени нет… А то я бы тебе показала… Нам надо сваливать! Через двадцать-тридцать минут системы реактивируются, и протокол самоуничтожения запустится снова.

— Вот, кстати, про самоуничтожение ты мне все подробно расскажешь, да?

— Расскажу. — Кивнула она. — А сейчас — не мешай… и сними поле — не знаю, как ты это называешь, но оно мне мешает.

Я убрал Янтарь, оставив первый сигнальный слой только на себе и на Тайле — в случае чего успею поднять уровень до пяти. Как выяснилось, этого достаточно даже для защиты от одного из сильнейших суперэнергетов императорской семьи.

Ну, да — Розу мы с Янтарем, может, и любим, но почему-то на нашем к ней доверии эта любовь не отражается.

Роза сердито на меня зыркнула, но от комментариев воздержалась. Развернулась в сторону стонущих наемников.

В течение минуты ничего не происходило, потом стоны начали стихать, пока не стихли окончательно. Контуженные разрушением ИБК люди закрывали глаза и с блаженными улыбками… выпадали из реальности. Теряли сознание или засыпали.

Шала вскочила и набычилась.

— Тц-тц-тц! — Бдительная Кора выступила вперед и вытянула руку раскрытой ладонью к наемнице.

Та застыла. Я бы тоже не дергался, когда на меня кладут маркер системы наведения плазмера.

— Сон. Просто сон. — Сообщила Роза, которой массовое усыпление, кажется, не доставило никаких неудобств.

Корабль, действительно, оказался класса "Танагон". Как следовало из поясняющей надписи, которую я увидел, как только взошел на его борт — "Пронзающий Галактику — 90"

— И много у тебя таких кораблей?

— Осталось еще два… незасвеченных. — С нотками неудовольствия ответила Роза. — После операции этот придется взорвать. Чтобы на нем не обнаружили ни твоих следов, ни следов Тайлы.

Мы сидели… в кают-компании, кажется. Просторное помещение с большим количеством мягких диванчиков, кресел, подушек, лежанок, ковров и многочисленной зелени в горшочках, кадочках, небольших разноуровневых клумбочках и очень достоверного иллюзиона поляны, журчащего ручья и глухого леса вокруг.

Кроме нас в кают-компании никого не было. Шала отправилась в медблок, следить за лечением своих товарищей, Тайла исчезла в мастерских "припудрить носик" — все-таки, во время захвата ее немного помяли. Кора ушла на капитанский мостик, не забыв украдкой мне показать, как, по ее мнению, надо завершать лечение истерик у принцесс. Вот тебе и скромная приличная девушка.

— Жаль. — Равнодушно ответил я. — Хорошие корабли. Может, мне отдашь, раз самой не нужен?

— У тебя уже есть. "Четыреста тридцать третий". Им и пользуйся, раз уж украсть умудрился.

— А разве он еще не в месте базирования? Я думал, вы его быстро найдете.

— А как бы мы его нашли? Транспондеры кто из строя вывел?

— Тайла.

— На бедного искина не сваливай — за ее действия несешь ответственность ты, как тот, чьи приказы она выполняла. Так что не надо мне тут… обмануть бедного искина всяк норовит, а как ответственность на себя брать… Ну, спрашивай! Не тяни уж!

— От чего такая бурная реакция у компьютера "Триста девяносто девятого"? "Привет" не успел сказать — самоуничтожение включила, истеричка!

Роза тяжко вздохнула. Ага — верю-верю.

— Реакция была конкретно на твой идентификатор. Если ты во второй раз, вопреки строжайшему приказу, появился на рейдере, значит — всё… нет больше добросовестного лейтенанта СНАДАК, а есть предатель, опозоривший честное имя семьи ан-Солано.

То есть, девушки всерьез были готовы к предательству со стороны Кейдана ан-Солано. Бедный парень.

— Кто упаковал меня на рудовоз "Лиош"? И при каких обстоятельствах?

Роза смотрела хмуро и отвечала неохотно:

— Неизвестно. До сих пор. Рудовоз принадлежал компании "ЧилаутБыстроТранс" — одна из мелких компашек "Ожерелья…". Капитан, техник и штурман — настоящие. Проверили их досконально. С тобой их никогда не видели, как ты попал на борт — неизвестно, данные компьютера утверждают, что ты вошел на борт на Грайме. Это…