Воины из Антарктики успешно сражались против Морлемов и людей Бальтазара, но они продвигались недостаточно быстро, чтобы помешать Бальтазару подобраться к нам.

Адам посмотрел на меня. Мимо пролетали огненные шары, а моё огненное кольцо всё ещё окружало нас, как щит. Везде было видно разрушение. В небо поднимался дым, затмевая его. В воздухе висела красная пыль, затуманивая наши взгляды. Куда не глянь, везде красное и серое.

«Есть только один способ», — услышала я голос Адама в голове. «Мы должны объединить наши силы.»

«Но мы не магическая пара», — в отчаяние ответила я.

Взгляд Адама был ясным и твёрдым.

«Мы — магическая пара, даже если этот ритуал был другого мнения. Я это знаю, и для меня этого достаточно. Мы победили дракона Латориос, справимся и с Бальтазаром. Пошли.»

Адам не стал ждать моего ответа, и начал спускаться вниз.

Я окружила нас огненным кольцом, осторожно убрав его от Хелены, чтобы не ранить её. Сила воли Адама очень помогла мне, благодаря его решимости, я не отчаивалась. Его слова согрели моё сердце и успокоили.

Затем мы приземлились на пыльную землю, а через мгновение подоспел и Торин.

— Прикрывай нас, — сказал Адам, не объясняя, что мы задумали.

Затем повернулся ко мне, в то время как Торин уже натянул перед нами огненный щит и начал стрелять в сторону Бальтазара огненными шарами, а тот подлетал всё ближе.

— Ты ещё помнишь тот момент? — спросил Адам. В его глазах была решимость, которая устранила мои последние сомнения.

— Конечно, — ответила я, глядя на Бальтазара, который, видимо, подумал, что наши силы на исходе, и наш конец близок. Я буду помнить всю жизнь тот момент в ледяной ловушке, когда я уже попрощалась с жизнью.

— В последний раз, — промолвил Адам, взяв меня за руку. — Мы победим его вместе или вместе умрём.

— Я люблю тебя, — прошептала я.

— Навсегда, — завершил Адам мою мысль. Затем он сжал мою руку, и я встала позади него и положила руки на его плечи. Мы оба закрыли глаза, в то время как мир вокруг нас, казалось, состоял лишь из взрывов и со свистом пролетающих мимо огненных шаров.

Я сосредоточилась на том, чтобы направить оставшуюся силу в руки и передать её Адаму. Сначала почти ничего не происходило. Мне было сложно сосредоточиться. Я в любой момент ожидала, что в меня попадёт огненный шар. Но я должна сейчас доверять Торину, иначе всё это не имело смысла.

Я сделала ещё одни глубокий вдох и вспомнила каждый урок, который преподала мне бабушка. Мысль о ней придала мне спокойствие и сил и я, наконец, почувствовала, как моя энергия покидает тело и течёт к Адаму. Я глубоко дышала, чтобы ещё лучше сосредоточиться. Всё больше своих сил я отдавала Адаму. Я ощущала, как дрожат мои ноги, что я едва ещё могу стоять.

— Больше, — крикнул Адам.

Я вдохнула и собрала последние запасы энергии, которые смогла найти. Мои руки свело судорогой. Мышцы дёргались, причиняя невыносимую боль, и мучительный звук вырвался изо рта.

И потом это случилось.

Я распахнула глаза и увидела, как Адам вытянул руки вперёд, а из его ладоней выстрелил синий энергетический луч.

Я увидела, как Бальтазар округлил глаза, и его лица застыло. Он уже был так близко, что между нами оставалось не более десяти метров.

Адам действительно ждал до последней возможной секунды.

Синий луч энергии ударил Бальтазару прямо в грудь, в то место, где мать Адама несколько часов назад ранила его кинжалом.

Руки Бальтазара взлетели вверх, как будто он потерял контроль над своим телом. Он дёрнулся и оглушительно громко закричал.

Это длилось не более десяти секунд, затем энергетический луч из рук Адама потерял свою силу.

Я отдала ему всё, что могла.

Адам дрожал всем телом, как и я.

Но мы не обращали на это внимание, а заворожено смотрели на Бальтазара.

Он испуганно посмотрел на себя, и теперь я тоже заметила, что посреди его груди на светлой рубашке расплылось кровавое пятно. Это было то самое место, где Тимея ударила его кинжалом, и где мы теперь ещё раз ранили его нашим энергетическим лучом.

Он пощупал жидкость и никак не мог поверить в то, что нам удалось его ранить. Но потом взмах его крыльев замедлился, и посреди всего этого хоса он опустился на землю.

Наконец-то. От облегчения мне хотелось громко смеяться.

Я должна была сейчас радоваться и ликовать. Но не могла, потому что мне стало плохо, и меня охватила слабость. Я почувствовал, как меня покидают последние силы, и как усталость берёт своё.

— Вы должны отправить его в тюрьму, прежде чем он придёт в себя, — прошептала я Адаму. — Используй заклинание. Не забудь.

Мир внезапно закрутился. У меня закружилась голова. Я ещё услышала, как Адам зовёт меня.

Потом всё померкло.

Виннла

Когда я пришла в себя, меня окружал белый туман. Я ошеломленно огляделась. Я была в Виннле — мире грез. Это хорошо. Здесь я была в безопасности. Полагаю, из-за истощения, я потеряла сознание. Не удивительно. Долгий бой взял свое.

— Как ты могла? — прогремел голос Бальтазара, и всё оцепенение моментально как рукой сняло.

Я сосредоточилась на голосе, и туман вокруг меня рассеялся. Я находилась над его потоками в широком и открытом пространстве, границ которого невозможно было разглядеть.

Бальтазар тоже был здесь. Я узнала его фигуру. Мы уже однажды встречались в Виннле. Когда он с помощью кровавого ритуала хотел превратить меня в свою магическую партнёршу. Но рядом с ним присутствовал кто-тоеще. Ярко светящийся образ, перед которым Бальтазар, казалось, испытывал трепет. Я медленно к ним приблизилась.

Вдруг я поняла, кто стоит напротив Бальтазара, и мое сердце чуть не взорвалось от радости.

— Бабушка, — хрипло прошептала я. — Что ты здесь делаешь? Я думала, что ты умерла!

Светящая фигура повернулась ко мне.

— О, Сельма, моя дорогая, дорогая Сельма. Мне так жаль, что тебе пришлось испытать всю эту боль. Мое тело действительно погибло от кинжала. Я знала, что ты справишься. Что когда-нибудь ты найдешь возможность одолеть Бальтазара.

— Это был не только кинжал, — промолвила я. — Мы попали в него ещё энергетическим лучом. Он окончательно вывел Бальтазара из строя. Он мертв?

— Нет, это не так. — Бабушка с сожалением посмотрела на меня. — Кинжал и ваш энергетический луч нанес ему серьезную рану, но Иерихонский эликсир сделает так, что она снова заживет. У нас мало времени.

— Ты знала все это, не так ли? — спросила я. — Ты дала указания господину Лилиенштейну и остальным.

Бабушка кивнула, и я зачаровано смотрела на её такие знакомые и в то же время нереально красивые черты лица.

— Я видела это в Виннле. То, что Бальтазар захватит власть, было неизбежно. Вот почему я должна была найти решение, чтобы убить его.

— Кинжал — это решение, — заметила я.

— Этого недостаточно. — Бабушка с сожалением покачала головой. — Этот кинжал только ранил и ослабил еготело, но он всё-таки может умереть. Это в наших силах.

— И как? — спросил я.

Бабушка улыбнулась, а Бальтазар с подозрением прислушивался к нашему разговору.

— Мне и святым девам стоило много сил, чтобы я могла остаться здесь, в Виннле. В ожидании Хеландера, чтобы поставить окончательную точку в этом деле.

Я удивленно посмотрела на бабушку.

— Ты сознательно позволила убить себя, и святые девы были в курсе.

— Не убить, — сказала она. — Я лишь с помощью кинжала перенеслась к месту, где ему не избежать возмездия. — Она посмотрела на Хеландера. — Никто из твоих приближенных не сможет прийти сюда, чтобы тебе помочь.

— А в этом и нет необходимости, — резко ответил Бальтазар. — Я смогу справиться с тобой и в одиночку.

— Размечтался, — сказала моя бабушка. — Но твои способности в Виннле всегда были слабоваты.

— Что означает этот энергетический луч, который мы с Адамом вызвали? — спросила я. Мне очень уж хотелось знать. — Мы магическая пара?

— Я думаю, что да.

— Но ритуал?

Бабушка улыбнулась.

— Он не сработал, потому что вы, вероятно, уже выполнили его раньше. Скорее всего, неосознанно. Обмен кровью не единственный способ объединиться в магическую пару. Существует еще и физический способ, который работает намного сильнее, если ты понимаешь, о чем я.

Я выпучила глаза. У нас была волшебная ночь в канун Нового года много лет назад. Ночь, когда мы случайно воспламенили балдахин кровати Адама. Да, этот опыт был невероятным. Неужели мы тогда действительно достигли Виннлы? Мне это казалось невозможным, но если вдуматься, именно это и произошло.

— Только так вы смогли победить дракона Латориос, и только этим можно объяснить вашу тесную связь. — убежденно кивнула бабушка.

— Откуда ты все это знаешь? — удивилась я.

— Я проникла глубоко в Виннлу. Глубже, чем когда-либо ранее. Ответы теперь сами приходят ко мне. С моей стороны было правильно оставить тебя одну. Только так ты могла стать сильнее, достаточно сильной, чтобы вытерпеть все и, наконец-то, выиграть бой с Бальтазаром, — Бабушка склонила голову на бок и ласково посмотрела на меня.

— Пока вы ещё не одержали верх, — закричал Бальтазар, образуя вокруг себя вихрь. — Я вернусь. Я найду путь обратно в свое тело.

— Никогда, — бабушка подняла руку, чтобы не дать вихрю Бальтазара добраться до нас.

— Пришло время распрощаться и покончить с этим.

— Подожди, — попросила я, глядя прямо на Бальтазара. — Я хочу сказать ему кое-что.

— Тогда скажи, — ответила бабушка.

— Ты получил то, что заслуживаешь, — с горечью заметила я, — После того, как ты убил моих родителей, вполне справедливо, что твой собственный сын позаботился о том, чтобы покончить с тобой.

— Мой сын? — Бальтазар недоверчиво посмотрел на меня.

— Да, — торжествующе сказала я. — Адам твой сын. Все годы ты боролся против своей собственной плоти и крови.

— Это невозможно. — Бальтазар выглядел явно шокированным.

— У Тимеи была только одна причина убить тебя. Ее любовь к своим детям всегда была больше, чем любовь к тебе. То, что ты тяжело ранил Адама, подписало тебе смертный приговор. Никогда нельзя становиться на пути разгневавшейся матери. Ты всегда называл чувства в отношениях глупостью и так и не понял, почему мама не захотела выйти за тебя замуж, но рисковала всем, чтобы быть с мужчиной, которого она любит. Теперь ты наконец понимаешь это. Любовь — сильнее любого здравого смысла.