продолговатого предмета пальцем, владыка все же поднес ее к губам.

– Брат, - мужчина словно бы пробовал это слово на вкус, изучая каждую его букву, каждый звук, исследуя свои чувства и эмоции, которые в нем пробуждались. – брат, -

повторил он, на этот раз обращая свой заинтересованный взгляд на гостя. – Наверно, для

такого звания должна быть весьма веская причина?

Недовольство иридиса ясно отразилось в его хмурых бровях. Все внимание вновь было

приковано к тлеющей сигаре в руках владыки.

– Не все в нашей семье соблюдают многовековые традиции… соблюдали, - после

сказанного на лице мужчины очень отчетливо обозначились носогубные складки. Его

гримаса могла бы сойти за проявление боли. Возможно, так и было. Боль необязательно

должна быть физической. - Твоя мать оказалась исключением, повлекшим за собой очень

серьезные последствия в нашем Мире. – пауза в высказывании была сделана для того, чтобы продемонстрировать свою довольную улыбку. Мужчина понимал, что владеет

информацией, которая скорее не один век мучила его брата. - Вижу непонимание в твоих

глазах… она тебе не рассказывала о своей семье, не так ли?

– Ты про ту семью, которая отказалась от нее и приговорила к смертной казни? – сигара

оказалась в плену, грозившем не очень радужным концом. Но в последний момент

владыка слегка искривил губы в улыбке и сделал еще одну затяжку. - Нет, подробностей

я не знаю. Очевидно, моя мать не горела желанием посвящать меня в тонкости своей

прошлой жизни.

Недослушав своего собеседника до конца, иридис с подозрительным лицом принялся

осматриваться. Его взгляд был несколько потерянным, точно он только что осознал свое

местонахождение. Взгляд скользил по старым полкам с книгами, креслам, столам, бару, в

котором люди обычно держали спиртные напитки. Казалось, мужчина искал какие-то

недостающие детали.

– Где она? – искомое так и осталось сокрытым. Все чувства тоже молчали.

– Моя мать? - владыку удивил столь неподдельный интерес. Затянувшийся ответ между

этими двумя начинал входить в норму. И сейчас мужчина не стал делать исключение.

Прежде чем продолжить, он не спеша проследовал к креслу, в котором совсем недавно

распивал кровь. Сигара вновь вернулась в пепельницу. А владыка, удобно устроившись в

кресле, закинул ногу на ногу. Он жестом попытался во второй раз пригласить гостя

занять более удобное положение для беседы, но иридис и в этот раз остался на месте. -

Она умерла. Уже достаточно давно.

– Да неужели? Что, решила провести остаток жизни, как человек? Должно быть, она сама

была не особо в восторге от такого решения?

– Это ее выбор, - без колебаний, владыка проигнорировал сарказм, пестрящий в каждой

букве, - и ты не тот, с кем я бы хотел это обсуждать. – заинтересовавшись верхней

пуговицей на жилете, мужчина опустил на нее свой потухший взгляд и провел по ее

окружности кончиком заостренного ногтя, выросший вместе с изменением облика. - Кто

ты? И зачем ты пришел?

– Мое имя Кристаэль. И как я уже сказал - ты мой брат. Неродной, но наши матери

состояли в кровном родстве, - сделав уже привычную паузу, губы иридиса растянулись, имитируя улыбку. - Ты не боишься меня. И любезно предложил встретиться в своем

поместье. Даже мысли не возникло, что это могло бы быть… ловушкой?

– Ловушкой? – владыка искренне рассмеялся, запрокинув голову. - Считаешь я не

способен справиться с одни иридисом? Думаю, это тебе нужно было волноваться, когда

ты принял решение потребовать со мной встречи.

Теперь вытянутые уголки губ поползли вверх. Улыбка чужака была крайне довольной, даже ликующей.

– Это я и хотел услышать. Ты знал, что я один. Ты чувствуешь колебание энергии каждый

раз, стоит порталу открыться. Если бы нас прибыло несколько, ты бы знал.

– Почему тебя это удивляет?

– Я лишь… собираю сведения. Ты ведь чувствуешь прибавление в силе, не так ли? На тот

короткий миг, ты чувствуешь зов крови? Ты понимаешь, насколько ты можешь быть

сильным, Лириел?

Лицо владыки резко опустилось вниз, посылая Кристаэлю злобный взгляд исподлобья.

Брови нахмурились, образовывая между ними хорошо заметную складку. А в глазах вмиг

поселилась многовековая печаль.

– Откуда тебе известно это имя? Я его не использую, - каждое слово давалось с трудом, и

владыка старался говорить как можно тише, чтобы его мог услышать лишь иридис. Он

выглядел сейчас как нашкодивший ребенок, вынужденный признаться в каком-то

нехорошем поступке.

– Я знаю… - Кристаэль, наконец, сделал шаг в сторону. Он прошел мимо полок книг, лениво проводя по корешкам переплетов пальцем. Вернее сказать, небольшим дымком с

того места, где как раз должна была быть фаланга. - Потому что это имя дано твоей

матерью при рождении… Не забывай, рожден ты был не в этом Мире. А в Мире, который

изначально был для тебя предназначен. Я был там. Был рядом, когда ты родился. Был со

своей матерью. Она тогда очень разозлилась, что Лилиан дала тебе имя.

Иридис задержал движение руки над одной книгой, дымок ласково окутал старый

потрепанный переплет, а мужчина довольно закрыл глаза.

– Ты еще даже не появился на свет, а решение уже было принято. Ты должен был

умереть. Они боялись тебя. Боялись младенца… который впервые увидел мир своими

глазами. Это была беспокойная ночь. Ты знаешь все, что необходимо знать каждому

иридису… Лилиан хорошо позаботилась, если у вас есть это, - мужчина потянул на себя

книгу, но вытаскивать не стал, отправляя собеседнику вопросительный взгляд.

– Что тебе понадобилось от меня, Кристаэль?

– Лилиан, должно быть, немало рассказывала тебе о родном Мире? Я знаю, что на

протяжении нескольких столетий вы предпринимали попытки перейти грань. Изучали

всю литературу, в которой могло хоть краем упоминаться о порталах – иридис со стуком

задвинул книгу обратно. - Вы хотели к нам попасть и использовали все возможные

способы, что только могли быть вами обнаружены. Все тщетно, - чужак продолжил свое

перемещение по библиотеке, останавливаясь у высокого подсвечника. - Наша стража, которую я лично возглавлял, не оставляла вам шансов, уничтожая каждую лазейку.

Одну… - рука медленно приподнялась у пламени свечи и два пальца резко сомкнулась на

фитиле. Пламя погасло, - за одной. Я всегда был рядом, ходил по пятам за вами, не

допускал вас всех до шанса. Дразнил вас иллюзией удачи, - Кристаэль, потеряв интерес к

подсвечнику, последовал дальше. Сейчас он проходил мимо стола, где ждала своего

хозяина сигара, а также стояли пустые стаканы, на дне которых по каплям собрались

маленькие лужицы крови. - Какая ирония. Теперь я пришел, чтобы просить тебя об

этом… - мужчина сцепил руки вместе и в момент они стали терять четкие очертания, превращаясь в полупрозрачный дымок. – Я собираюсь вернуться. И прошу мне в этом

посодействовать. Этот шанс намного действеннее, чем все те, что вы предпринимали.

Лириел на какое-то время задержал взгляд на танцующих язычках дыма, они

переплетались между собой, игрались, рисовали разные очертания, напоминая ползучих

пресмыкающихся.

– Интересно, - владыка вздернул брови и поджал губы, когда оторвал взгляд от этого

занимательного представления, - преступать закон в… нашей семье – отличительная

черта? – на последних словах владыка даже слегка отвернулся. То, как он сдавленно

произнес некоторые слова, не осталось незамеченным для иридиса. - Очевидно, ты что-

то… натворил.

– Это сложно, - Кристаэль сверкнул многозначительным взглядом, точно упрекая

собеседника в его невежестве, - объяснить и тем более понять. Но… у нас есть одна общая