Апрель 1945 г.

Накануне

…Запомни эти дни.    Прислушайся немного, и ты — душой — услышишь в тот же час: она пришла и встала у порога, она готова в двери постучать. Она стоит на лестничной площадке, на темной,    на знакомой без конца, в солдатской, рваной, дымной    плащ-палатке, кровавый пот не вытерла с лица. Она к тебе спешила из похода столь тяжкого,    что слов не обрести. Она ведь знала: все четыре года ты ждал ее,    ты знал ее пути. Ты отдал все, что мог, ее дерзанью: всю жизнь свою,    всю душу,    =радость,      плач. Ты в ней не усомнился    в дни страданья, не возгордился праздно в дни удач. Ты с этой самой лестничной площадки подряд четыре года провожал тех — самых лучших,    тех, кто без оглядки ушел к ее бессмертным рубежам. И вот — она у твоего порога. Дыханье переводит и молчит. Ну, день, ну, два, еще совсем немного, ну, через час — возьмет и постучит. И в тот же миг серебряным звучаньем столицы позывные запоют. Знакомый голос вымолвит:    «Вниманье…», а после трубы грянут, и салют, и хлынет свет, зальет твою квартиру, подобный свету радуг и зари, и всею правдой,    всей отрадой мира твое существованье озарит. Запомни ж все.    Пускай навеки память до мелочи, до капли сохранит все, чем ты жил,    что говорил с друзьями, все, что видал,    что думал в эти дни. Запомни даже небо и погоду, все впитывай в себя,    всему внемли: ведь ты живешь весной такого года, который назовут — Весной Земли. Запомни ж все! И в будничных    тревогах на всем чистейший отблеск отмечай. Стоит Победа на твоем пороге. Сейчас она войдет к тебе.    Встречай!

3 мая 1945 г.

Встреча с Победой

— Здравствуй…    Сердцем, совестью, дыханьем, всею жизнью говорю тебе: — Здравствуй, здравствуй.    Пробил час свиданья, светозарный час в людской судьбе. Я четыре года самой гордой — русской верой — верила, любя, что дождусь —    живою или мертвой, все равно, —    но я дождусь тебя. Вот я дождалась тебя — живою… — Здравствуй…    Что еще тебе сказать? Губы мне свело священным зноем, слезы опаляют мне глаза. Ты прекраснее, чем нам мечталось, свет безмерный,    слава,    сила сил. Ты — как день, когда земля рождалась, вся в заре, в сверкании светил. Ты цветеньем яблоневым белым осыпаешь землю с высоты. Ты отрадней песни колыбельной, полная надежды и мечты. Ты — такая… Ты пришла такая… Ты дохнула в мир таким теплом… Нет, я слова для тебя не знаю. Ты — Победа. Ты превыше слов. Счастье грозное твое изведав, зная тернии твоих путей, я клянусь тебе, клянусь, Победа, за себя и всех своих друзей, — я клянусь, что в жизни нашей новой мы не позабудем ничего: ни народной драгоценной крови, пролитой за это торжество, ни твоих бессмертных ратных буден, ни суровых праздников твоих, ни твоих приказов не забудем, но во всем достойны будем их. Я клянусь так жить и так трудиться, чтобы Родине цвести, цвести… Чтоб вовек теперь ее границы никаким врагам не перейти. Пусть же твой огонь неугасимый в каждом сердце светит и живет ради счастья Родины любимой, ради гордости твоей, Народ.

10 мая 1945 г.

Стихи разных дней и лет

Стихи о себе

…И вот в послевоенной тишине к себе прислушалась наедине. … … … … … … … … … … … Какое сердце стало у меня, сама не знаю — лучше или хуже: не отогреть у мирного огня, не остудить на самой лютой стуже. И в черный час зажженные войною затем, чтобы не гаснуть, не стихать, неженские созвездья надо мною, неженский ямб в черствеющих стихах… …И даже тем, кто все хотел бы    сгладить в зеркальной, робкой памяти людей, не дам забыть, как падал ленинградец на желтый снег пустынных площадей. И как стволы, поднявшиеся рядом, сплетают корни в душной глубине и слили кроны в чистой вышине, даря прохожим мощную прохладу, — так скорбь и счастие живут во мне — единым корнем — в муке Ленинграда, единой кроною — в грядущем дне. И все неукротимей год от года к неистовству зенита своего растет свобода сердца моего — единственная на земле свобода.