— Просто сделай это, Руджерд-сан, прошу выслушай меня.

Но я даже ещё не оформил всё в словах, что я могу сказать? Что я могу сказать. чтобы он понял? Умолять его не убивать нас?

Серьёзно?

Разве не я заявил несколько дней назад, что мы воины, которые будут сражаться вместе с ним, а не под его защитой? Мы равны, а значит умолять бессмысленно.

Я не могу сказать ему, что мы должны дать другой группе шанс объясниться, поскольку Руджерд не признаёт такой логики.

Думай.

Почему мы с Руджердом?

Потому что мы хотим избавиться от дурной славы супардов. Если Руджерд убьёт кого-нибудь, представление о супардах станет ещё хуже, это без вопросов.

Так что необходимо уговорить его не ввязываться в схватки с другими искателями приключений. Образ супардов абсолютно ужасающ, и не важно сколько добрых дел он сделает, все они будут отвергнуты, стоит ему убить кого-то.

Все эти усилия сойдут на нет, и Руджерд станут рассматривать как личность с весьма дурной славой.

Всё верно, поэтому он не должен убивать. Мы не должны позволять людям связать супардов со словом страх.

— Если Руджерд убьёт кого-то, дурная слава супардов только возрастёт.

— ……… Это значит, что я не могу убивать и плохих людей?

— Не так важно, что за человек был убитый, важно кто его убийца, — я тщательно подбирал слова.

— Я не понимаю.

— Если кто-то из супардов убивает, значение совсем другое, это как если бы это монстр кого-то убил.

Руджерд стал несколько более угрюмым, услышав это, может быть он рассматривает это как оскорбление своей расы.

— …………… Я не понимаю, почему это так.

— Люди рассматривают супардов как расу, способную только убивать, они злобные дьяволы, которые немедленно убьют каждого, стоит им почувствовать даже лёгкое недовольство.

Возможно я сформулировал это слишком сурово, но мир смотрит на это именно таким образом, а я пытаюсь изменить эту точку зрения.

— Это легко просто начать утверждать, что супарды вовсе незлые дьяволы. Но если ты продемонстрируешь это с помощью своих действий многие люди изменят свою точку зрения.

— …………

— Но, стоит тебе кого-то убить, и всё так и не увенчается успехом, а люди останутся при своём мнении, что супарды злобные дьяволы.

— Это абсурд.

— Разве у тебя нет опыта в этом? Когда ты спас кого-то стал с ними хорошими друзьями, только для того, чтобы их отношение быстро поменялось?

— …………… Есть.

Я закончил делать выводы в своём сердце и готов закругляться.

— Но, если ты не будешь никого убивать, не делая исключений…

— Что случится?

— Люди начнут задумываться, а не было ли у супардов какой-то причины?

Действительно ли они будут поступать так? Отказ от убийств в этом мире воспримут как что-то имеющее глубокие причины?

Нет, не время задумываться об этом. Я не должен ошибаться. Руджерд убил слишком многих и они естественно воспринимают супардов как тех, кто убивает всех без разбора. Если он никого не будет убивать, эта точка зрения должна поменяться, это вполне логичное ожидание.

— Пожалуйста, не убивай больше, ради расы супардов.

Убить или не убивать, должно подвергнуться суду. Но я не не знаю критериев оценки и стандартов этого мира. Суждение Руджерда вероятно на грани. А между двумя крайними положениями очень сложно увидеть золотую середину, в таком случае, лучше вообще запретить все будущие действия.

— Поскольку никто не видел, что тут случилось, разве не всё в порядке?

Слова Руджерда почти заставили меня захотеть перевернуть стол и расплакаться в отчаянии.

«Поскольку никто меня не видит, я могу совершать ужасные поступки», могу я поинтересоваться, откуда вообще вылез этот первоклашка?

Этот парень действительно прожил уже больше пятисот лет?

— Даже если ты думаешь, что никто за тобой не наблюдает, могут быть люди которые всё же видели это, так?

— Но здесь же вокруг точно никого нет?

Вот чёрт, я совсем забыл про этот камень унего во лбу.

— Были люди, которые видели это.

— Где?

Прямо здесь.

— Разве Эрис и я не видели этого?[38]

— Хм…

— Пожалуйста, не убивай больше никого, мы не хотим со страхом смотреть на Руджерда-сана.

— …… Хорошо.

На заключительном этапе всего, похоже я убедил его своими выступившими на глазах слезами.

У меня нет настоящей уверенности в своих словах.

Но Руджерд кивнул.

— Тогда я умоляю тебя поступать так.

Я склонил голову перед Руджердом и замер так. Я смотрю на свои руки, которые продолжают дрожать. Успокойся. Это нормально.

Ладно, вздохнули.

«В-з-д-о-х»

Но я до сих пор не могу успокоиться, моё сердцебиение всё никак не успокаивается. Что насчёт Эрис, она напугана?

Я бросил взгляд на неё и она выглядит собранной. Пусть даже она и была удивлена случившимся, но вскоре приняла выражение, что его смерть оправдана.

Нет, я чувствую, что она полностью и не задумывалась об этом зверском происшествии.

Но её скрещенные на груди руки, широко расставленные ноги и задранный подбородок — это её самая привычная поза. Даже если её сердце скачет, её действия те же, что и обычно.

Раз уж она так собрана, как могу я дрожать?

Мои руки перестали трястись.

— Тогда, давайте продолжим допрос.

Я с усилием улыбнулся в этой комнате, заполненной густым запахом крови.[39]

Глава 10 (29): Первая Работа выполнена

Часть 1

Ну, время начать допрос.

Кого я должен допросить первым, мужчину или женщину?

Жукоглазая женщина выглядит очень напуганной, она отчаянно издаёт приглушённые крики, желая сбежать от нас. Смотреть на это испуганное выражение действительно возбуждает… но я пока отложу это.

Если я вытащу её кляп, она начнёт кричать и слова её будут бессвязными.

Если уж допрашивать ей, лучше дать ей немного успокоиться, прежде чем делать это.

Мужчина с мордой ящерицы, обладает лицом, которое трудно прочитать, я мне не ясно, что именно означают его выражения, когда его лицо меняется.

Я почувствовал только, что он как-то побледнел.

В свою очередь, он тщательно наблюдает за обстановкой и нашими эмоциями. Я уверен, он глубоко задумался, как же пережить всё это.

Руджерд раскаивается в том, как всё обернулось и закончилось тем, что он убил кого-то. Это просто — разговаривать с простодушным человеком.

Предпочтительно, будет лучше всего, если я поспрашиваю обоих, мужчину и женщину, вынув их кляпы, так?

Я перемещу их в разные комнаты и проведу перекрёстный допрос, а позднее обобщу информацию.

Ладно, так и сделаю.

— Эрис, пожалуйста, присмотри за женщиной.

— Принято, — Эрис активно кивнула.

Я вынес мужчину в коридор, поручив Руджерду помогать мне, так как я не в состоянии нести его сам. Я доставил его в место по коридору, откуда не будут доноситься звуки, и осторожно вытащил кляп, стараясь не быть им укушенным.

— Пожалуйста, ответьте на мои вопросы.

— Я, я буду говорить, я расскажу вам всё, прошу, не убивайте меня.

— Очень хорошо, я отпущу вас, если вы расскажете мне.

— Й-йик!

Я улыбнулся, чтобы ободрить его, но он только больше испугался. Я думал, что он спокойная личность, но, кажется это не так.

— Откуда взялись животные в этом доме?

— М-мы подобрали их.

— Ух ты, удивительно! Тогда… где вы их подобрали?

— Нет, это…

Его глаза забегали, перебегая с меня на Руджерда. Он всё ещё пытается лгать?

— Я, по округе…

Его навыки лжи ужасны. Я думал, что он выглядит умным, судя по его выражению, но похоже это не так.

— Ясно! Животные, разбросанные повсюду в городе!…………… Ты, ублюдок, ты считаешь меня идиотом, только потому, что я выгляжу как ребёнок? — я слегка припугнул его.

38

Прим. пер. На этом и закончилась эта история мальчишки, подсказавшего парню, который привык убивать, что лучше избавляться от всех свидетелей.:) Так и вижу как Руджерд сидит в конце на развалинах последнего города мира, оттирая трезубец от крови, и с улыбкой бормочет — «зато никто не видел».

39

Прим. пер. Интересно оставшихся двоих, которые по идее «всё видели», они тоже пустят в расход, чтобы не повредить репутации супардов?:)