В 1825 г. русская армия имела: 10 гвардейских полков, 15 гренадерских, 8 карабинерных, 96 пехотных, 50 егерских — всего 179 полков, насчитывавших 526 512 чел.[39]

В середине 20-х годов пехота сводилась в 8 корпусов: гвардейский, гренадерский и 6 пехотных[40]. Численность пехоты подвергалась довольно слабым изменениям до 40-х годов и лишь с начала обострения Восточного кризиса она стала значительно увеличиваться. Это видно из следующих данных (тыс. чел.)[41]:

Год Численный состав 1826 645 1827 635 1828 615 1829 627 1830 642 1831 555 1832 595 1833 634 1834 647 1835 640 1836 651 1837 673 1838 694 1839 994 1840 680 1841 663 1842 718 1843 722 1844 741 1845 789 1846 852 1847 872 1848 913 1849 843 1850 859 1851 825 1852 904 1853 893 1854 789 1855 1237 1856 1416

В начале второй четверти XIX в. в пехоте установилась четверичная организация корпусов. В пехотный корпус входило 4 пехотных дивизии. При реорганизации вместо 3 гренадерских и 26 пехотных дивизий стало 3 гренадерских и 22 пехотных дивизии. Сверх того, для охраны Финляндии была выделена в самостоятельную единицу 23-я пехотная дивизия. Все пехотные дивизии стали двухбригадного состава. Каждая дивизия имела четырехполковой состав: гренадерская — 3 гренадерских и 1 карабинерный полки, пехотная — 2 пехотных и 2 егерских полка, причем каждый полк стал иметь по 4 действующих батальона (за исключением 6-й и 19-й дивизий).

В 1833 г. вошло в силу новое положение об армейской пехоте, которое утверждало принципы тактики колонн и рассыпного строя. Процесс преобразования затянулся почти на 20 лет.

К 1853 г. в пехоте насчитывалось 10 гвардейских, 12 гренадерских, 42 пехотных полка. Эти полки входили в так называемую линейную пехоту. 4 карабинерных полка и 42 егерских полка составляли легкую пехоту. Всего, таким образом, в пехоте насчитывалось 110 полков. Кроме того, в состав пехоты входило 9 стрелковых батальонов (Лейб-гвардейский финский, Гренадерский, Кавказский и 6 армейских) и 84 линейных батальона (18 грузинских, 16 черноморских, 13 кавказских, 10 оренбургских, 15 сибирских и 12 финских). Стрелковые батальоны также относились к легкой пехоте[42].

После преобразований 1833 г. вся пехота сводилась в корпуса, число которых было доведено до 11. Пехотные корпуса имели в своем составе три пехотных дивизии, одну кавалерийскую и артиллерийскую дивизии и саперную часть. Всего было 30 пехотных дивизий. Сверх того имелось 6 отдельных бригад.

Каждая пехотная дивизия имела в своем составе две бригады двухполкового состава. В первую бригаду направлялись пехотные полки, во вторую — егерские полки. Состав полков был довольно пестрым. Большая часть полков оставалась четырехбатальонного состава (полки 1-го, 2-го, 3-го, 4-го и 5-го корпусов), наряду с этим были полки трех— и даже пятибатальонного состава.

Батальоны имели по 4 роты. Каждая рота состояла из 230 рядовых, 24 унтер-офицеров и 4 офицеров. Следовательно, в батальоне было 920 солдат и 96 унтер— и обер-офицеров. Отдельные линейные и стрелковые батальоны также имели 920 солдат, но только 20 унтер-офицеров и 4 офицера. В начале же Крымской войны 1853–1856 гг. численность солдат и в этих батальонах была доведена до 1 тыс. чел.[43] Стрелковые батальоны придавались непосредственно к корпусам. Пехотные и егерские полки были вооружены гладкоствольными семилинейными ударно-кремневыми ружьями образца 1828 г., заряжаемыми с дула.

В 1845 г. на вооружение в армии было введено гладкоствольное ударное капсюльное ружье. Однако новыми ружьями были вооружены только два корпуса: Гвардейский и 2-й армейский, а остальные имели либо прежние кремневые, либо кремневые, переделанные на ударные.

Кроме того, во всех стрелковых батальонах по 24 стрелка (в каждом пехотном и егерском) были вооружены штуцерами Литтихскими или Гартунга.

Кавалерия. Конница также стала организовываться по прежней допавловской системе. Воинская комиссия 1801 г. пришла к выводу, что «умножение числа драгунских полков, яко подвозки пехоты, есть, как кажется, необходимо нужными, наблюдая при том, чтобы оныя сидели на крепких лошадях, могущих с легкостью выдерживать большие переезды»[44]. Это мнение комиссии исходило из петровского понимания сущности драгунской конницы как ездящей пехоты. С другой стороны, комиссия находила нужным, «когда предстанет надобность», то и «кавалерию умножить казаками и другими нерегулярными войсками». Переформирования, произведенные на основе этих решений, довольно сильно изменили число кавалерийских частей:

1801 г. 1803 г. Гвардия 4 полка 1 сотня 4 полка 1 сотня Кирасиры 13 полков 6 полков Драгуны 15 полков 22 полка Гусары 8 полков 8 полков Уланы – 1 полк

Для всех кавалерийских полков в 1803 г. были введены новые штаты[45], по которым кирасирские и драгунские полки имели по 5 эскадронов (10 рот), гусарские — по 10 эскадронов (2 батальона). Кроме того, кирасирские и драгунские полки имели по одному, а гусарские и уланские полки — по два запасных эскадрона[46]. Численность личного состава в драгунских и гусарских полках была доведена до численности пехотных батальонов. В итоге в 1803 г. общее число полевой регулярной конницы равнялось: в гвардии — 3 613 чел., в армии — 46 286 чел. при 31 936 строевых и 3 916 подъемных лошадях[47].

В период с 1805 по 1812 г. число конных полков продолжало расти и к началу войны 1812 г. в составе регулярной конницы находилось: гвардии — 5 полков и 1 сотня; кирасиров — 8 полков; драгун — 36 полков; гусар — 11 полков; улан — 5 полков; всего 65 полков и 1 сотня[48].

Увеличение числа драгунских и гусарских полков было связано с ростом подвижности войск на поле боя. Кирасирская конница теряла свое значение ударной силы. Ее место занимала драгунская и гусарская конница, способная выполнять новые задачи: глубокую разведку, охранение, преследование противника и т. д.

Личный состав конницы вырос значительно и составлял накануне войны 1812 г.: в гвардии — 5 665 чел.; в армии — 70 500 чел. при 60 тыс. строевых и 8 тыс. подъемных лошадях.

Война 1812 г. и войны последующих лет внесли существенные поправки в состав конницы. Так, появились снова конно-егеря, состоявшие в русской армии во второй половине XVIII в., получила сильное развитие уланская конница, наконец, несколько усилилась роль кирасиров.

Все эти преобразования произошли в результате изменения взглядов на характер действий кавалерии в бою. Возросло значение тяжелой конницы для массированных ударов, в то же время выявилось значение легкой конницы при стратегическом преследовании и действиях на тыловые коммуникации противника; большое значение получила армейская разведка силами легкой конницы.

К 20-м годам XIX в. кавалерия имела: 10 гвардейских, 9 кирасирских, 18 драгунских, 12 гусарских, 20 уланских и 8 конно-егерских полков. Общая численность конницы возросла в гвардии до 15 тыс. чел., в армии — до 92 тыс. чел., всего — 106 726 чел.

Это увеличение конницы является также следствием того, что в кирасирских и уланских полках был установлен шестиэскадронный состав и сверх него определен один запасный эскадрон. Впоследствии из запасных эскадронов были образованы кавалерийские округа военных поселений.

Во второй четверти до преобразований армейской кавалерии в 1831 г. в войсках было 4 резервных кавалерийских корпуса и сверх того 4 уланских и 4 гусарских дивизии[49].

К 1 января 1833 г. после переформирования кавалерия имела в своем составе 3 корпуса. В них входило 13 дивизий; из них кирасирских — 2, драгунских — 2, уланских — 2, легкой кавалерии — 7. Все они имели двухбригадный состав. Каждая бригада состояла из двух полков. Всего же в армии было 52 полка, из которых кирасирских — 8, уланских — 22, драгунских — 8, гусарских — 14. Всего кавалерия имела действующих эскадронов — 432 и резервных — 52[50].

В течение последующих 20 лет конница не претерпела особых изменений и по-прежнему делилась на тяжелую и легкую. К началу Крымской войны армия имела 59 полков, в число которых входило: 12 кирасирских и 11 драгунских полков, составлявших тяжелую конницу; 20 уланских и 16 гусарских полков, входивших в состав легкой конницы. В кирасирских полках было по 6 эскадронов; в драгунских по 10 эскадронов; в уланских и гусарских по 8 эскадронов. Каждые 2 эскадрона в строевом отношении составляли дивизион. Эскадрон как в мирное, так и в военное время включал 133 чел. конных и 35 пеших (из них 10 чел. находились в бессрочном отпуску). Все кавалерийские полки были сведены в 15 дивизий четырехполкового состава[51]. Указанные дивизии входили в состав резервных кавалерийских корпусов: 1-й корпус составляли армейские кирасирские полки (2 дивизии), 2-й корпус — армейские драгунские полки (2 дивизии), 3-й корпус — гвардейские полки (3 дивизии). Остальные 9 дивизий придавались к армейским корпусам[52].

Кавалерия была вооружена так же, как и пехота, ударно-кремневыми гладкоствольными ружьями образца 1826–1828 гг. и 1833 г., кроме того, были драгунские ружья, карабины и казачьи ружья. В 1840 и 1847 гг. были приняты на вооружение гладкоствольные ружья и кавалерийские штуцера.

Общая численность кавалерии (в тыс. чел.) во второй четверти изменялась следующим образом[53]:

Год Численный состав 1826 103 1827 97 1828 96 1829 97 1830 95 1831 91 1832 99 1833 103 1834 103 1835 107 1836 106 1837 106 1838 114 1839 113 1840 107 1841 105 1842 109 1843 109 1844 109 1845 110 1846 119 1847 110 1848 114 1849 109 1850 116 1851 111 1852 113 1853 110 1854 95 1855 129 1856 138

Во второй четверти и середине XIX в. вполне определился недостаток стратегической конницы. Ее численность не обеспечивала решения крупных стратегических задач на Балканском полуострове и на Кавказе в войнах с Ираном (1826–1828 гг.), Турцией (1828–1829 гг.) и Крымской войне (1853–1856 гг.). Причиной этому было отсутствие средств, не позволявшее увеличить численность кавалерии и вынуждавшее делать ставку главным образом на легкую кавалерию и иррегулярные казачьи войска.