И знамя битвы, где, прилежный,

Не уставал я побеждать.

ASPERGES ME

Перевод В. Брюсова

Иссопа ломкий стебль, сжимаемый Творцом,

Мне даровавшим жизнь, и милость, и прощенье,

Я, если мой порыв чист пред Его лицом,

Другому указать могу пути спасенья!

И, как язычник мог при крайности крестить,

Так, недостойный, я, когда, молясь смиренно,

Стремится кто-нибудь томленья облегчить,

Могу ему открыть глаза на мир нетленный!

По милосердию, избранному Тобой,

О, сжалься, Господи, над тьмой моих страданий

И сердце, взросшее меж тяжких испытаний,

К Тебе влекомое, как рану, успокой!

Дай волю мне - идти вперед, дорогой длинной,

Исполнить свой обет - и, обращая в храм

Всю жизнь, я воспою гимн Троице Единой,

Гимн Богу, в небесах, недостижимых нам!

Отцу Создателю, Чьи помыслы глубоки,

Христу Спасителю, Кто миру - судия,

Святому Духу, Кем глаголили пророки,

Я, в ком кипит вся кровь, ничтожный грешник, я

Сжимаемый Творцом, я, ломкий стебль иссопа!

ПОСЛЕ ВЕЧЕРНИ

Перевод В. Брюсова

Покинув Париж, приходишь в Notre-Dame,

Там шумы улицы слились в аккорд чуть слышный,

И солнце яркое в тени немеет там,

Пройдя цветных окон узор чудесно пышный.

Спокойной тишиной исполнен этот дом:

В нем явно властвует единый царь - Всевышний.

Вечерни отошли; над черным алтарем

Лишь шесть мерцает свеч; но веет ароматом,

Где с фимиамом слит воск, капавший дождем.

Вот прочтены часы; во мраке синеватом,

Как добрая гроза, звучит суровый хор:

И своды древние ответствуют кантатам.

И полон пением весь сумрачный собор,

Где день, ослабленный Святыми, Королями,

Колеблет в высоте свой теневой узор.

И все здесь говорит о мире, о, словами

Святыми прогнанных, ночных страстях; с колонн

Надежда тянется незримыми руками.

О неземной восторг! сияет светом он,

Сосредоточенным в луче единой Правды!

 Да, бесконечно прав экстаз твой, Симеон!

Так предадим же дух мы в руки Бога Правды!

ПРОЛОГ

Перевод В. Брюсова

Любовь, любовь неутомима!

Как дьявол, - яростью томима,

Мила, - как вздохи херувима!

Любовники неутомимы;

Как дьяволы, неумолимы,

Настойчивы, как херувимы!

Вокруг неопытных сердец,

Бродя, как волк вокруг овец,

Они их ловят наконец.

Любовник - он всегда хитрец!

Нахохлившись, как голубь, лжец

Умеет положить конец!

А все любви метаморфозы!

Уста - гранат, ланиты - розы,

Смех грустный, сладостные слезы!

И все, о чем немеет греза!

Цель и причина, стих и проза!

Стоит пион, раскрыта роза!

ПЕСНЯ К НЕЙ

Перевод В. Брюсова

Мне говорят, что ты - блондинка

И что блондинка - неверна,

И добавляют: "Как былинка..."

Но мне такая речь смешна!

Твой глаз - яснее, чем росинка,

До губ твоих - душа жадна!

Мне говорят, что ты брюнетка,

Что взор брюнетки - как костер,

И что в огне его нередко

Сгорает сердце... Что за вздор!

Ты целовать умеешь метко,

И по душе мне твой задор.

Мне говорят: "Не будь с шатенкой:

Она бледна, скучна чуть-чуть..."

Смеюсь над дружеской оценкой!

Дай запах кос твоих вдохнуть,

Моя царица, - и коленкой

Стань, торжествуя, мне на грудь!

САМООПРАВДАНИЕ

Перевод А. Ревича

Я странной личностью слыву среди людей:

Для некоторых я - отъявленный злодей,

Другие говорят, что я - кретин убогий,

А кое-кто меня возводит в полубоги

Или в апостолы. За что такое мне!

О Господи, за что? Приличен я вполне,

Хотя мне выдержки подчас недоставало.

Познал я радости, но и страдал немало.

Несчастья, всякий раз вы для меня горьки,

Хотел я мирно жить, порывам вопреки,

Разумно жить хотел, не преступать приличий,

Как учат мудрые и как велит обычай

Отцов и пращуров. Короче, я скорбел,

Страдая от своих от недостойных дел,

Я кровью исходил, униженный, похожий

На жалкого раба. Всегда по воле Божьей

Раскаивался я, и душу совесть жгла.

За все недавние и давние дела,

За прихоти свои я расплатился разом.

Отныне я живу с оглядкою на разум,

Который я обрел с приходом зрелых лет

Как плод всех радостей, всех горестей, всех бед.

Вот почему слыву безумцем в мире этом,

Хоть я совсем иной, иной по всем приметам.

Нелеп я? Может быть. За это кто винит?

Да, мне не нужен грим, не нужен реквизит,

Мой жест, исполненный веселья и печали,

Всегда был искренним, хотя вы замечали,

Что он медлителен и холоден подчас.

Таков, приятели, мой образ без прикрас,

Таков природный нрав. Вы думаете, глыба?

Ничуть. Вполне простой, не весь, конечно, ибо

Бывает путным. Вам кажется, он прям?

О нет. Я человек и не сродни зверям,

Бесхитростным, прямым медведям дикой пущи.

Я сердцем не хитрю, лукав язык мой лгущий.

Я лгал, конечно, лгал... но часто лгать не мог.

Есть у меня грехи, не спорю, видит Бог!

Пороки тоже есть, о горькая досада!

Друзья, но на войне как на войне, и надо

Мне многое простить, и надо горячо

Любить. Я жду любви. Хочу сказать еще:

Меня благословил Господь наш Вседержитель,

Я снова заслужил блаженную обитель,

В слезах раскаянья я искупил свой грех,

Я много лучше стал. Я, право, лучше тех,

Кто слабости мои столь строго судит ныне.

О Господи, спаси безумца от гордыни!

ПОХОРОНЫ

Перевод Г. Шенгели

Не знаю ничего забавней похорон!

Могильщик с песенкой, лопаты блеск лучистый,

Кюре спешащего белейшие батисты,

В выси - колоколов проворный перезвон;

Мальчишки-певчего девичий выклик чистый,

И - лишь качнется гроб, над ямой наклонен,

И мягко спустится, - шум осыпи пушистой:

Перинка мертвецу, чтоб сладко грелся он.

Ей-Богу, это все казалось мне прелестным!

А факельщиков строй, зажатых фраком тесным,

С носами, красными от щедрых чаевых!

А речи - краткие, но с дрожью слез учтивых!

А эта гордая в сиянье лбов крутых

Толпа наследников счастливых!

НЕЛЕПОСТИ

Перевод Г. Шенгели