Господин в шубе. Захар Захарович, знаете?

Захар Захарович. Знаю. Керенский взял Гатчину.

Господин в шубе. А приказ генерала Краснова?

Захар Захарович. Читал. Господа, без вводных речей я приступаю к делу. Враг теперь в нашем доме, враг всюду. В единой цели уничтожения большевизма примиряются интересы течений и партий в нашем обществе. Кадет протягивает руку монархисту, и монархист пойдет с любым социалистом, ибо у нас и у них единственный смертельный враг — большевики. Так передовые люди всех партий понимают нынешнее положение. Наступление Краснова, несмотря на свой триумф, лично мне не дает радужных перспектив. Смольный наэлектризован; по моим сведениям, Ленин действует с невероятной, бешеной энергией. Этого человека действительно обожают солдаты и матросы. О рабочих не говорю, вы отлично знаете, какую силу имеет имя Ленина на заводах.

Господин в шубе. Неужели вы считаете, что верные правительству войска не будут в столице?

Захар Захарович. Я хочу, чтоб они были здесь сейчас, хочу!.. Но что толку от наших прекрасных надежд? Краснов займет столицу, но я не могу положиться на его казаков, ибо не знаю, как долго они будут повиноваться своим офицерам.

Волжанин. Подождем — увидим.

Захар Захарович (возбужденно). Я не могу ждать, когда у меня на заводах делают снаряды по приказу Ленина. Я не буду ждать, пока меня повесят. И не поверю ни одной сволочи с винтовкой. Мы не собрали реальной военной опоры внутри страны. Нет народа, нет армии, есть сброд, отребье, бандиты, и Петербург не что иное, как клоака бандитов, убийц, насильников. Хотите мое мнение — нате. Исходом русской смуты будет удар немцев по Питеру.

Волжанин. Сдать столицу Вильгельму?[10]

Захар Захарович. Или потерять Россию.

Пауза.

Волжанин. Дожили, дошли, пали во прах.

Западник. Эмоциональная сторона вопроса сейчас неинтересна. Что немцы прекрасно расправятся с «товарищами», я в этом ни минуты не сомневаюсь, но где они, как с ними говорить?

Господин в шубе. Господа… а союзники?

Захар Захарович. Каким образом вы получите союзный десант в Финском заливе?

Западник. Здесь много щекотливых и неприличных вопросов с точки зрения международных отношений.

Захар Захарович. А с большевиками жить прилично? Если прилично, живите, а я не буду. Имейте перед глазами одну проблему — большевизм, и тогда все сделается приличным. Без фиговых листочков и сознательно мы должны сдать Питер немцам, установить немецкую власть, немецкую политику, перевешать «товарищей» и дать России крепкое правительство. Будем разговаривать еще или приступим к делу?

Волжанин. Что мы можем сделать сейчас?

Захар Захарович. Это уж мы сумели подготовить. Сейчас я вам представлю лицо, облеченное доверием некоего правительства. Впрочем, я спрошу, пожелает ли оно оставаться инкогнито или его беседа с нами будет открытой. (Уходит.)

Волжанин. Большим разумом одарил бог Сибирцева: страшного действия ум. Боюсь я его, черта.

Западник. Кайзер запросит много выгод для себя.

Волжанин. И дадим.

Господин в шубе. Легко, если ваше состояние на Волге. Что скажут люди из столицы?

Западник. Мои интересы, как вы знаете, сосредоточены только в Петрограде. Я иду на жертвы.

Волжанин. Какие там жертвы! Чего бога гневить. Весь хлеб, который лежит у меня про запас от Кинешмы до Астрахани, сумею отдать в подарок и ни на копейку беднее не стану. С тех же немцев потом свое получу. Сочтемся.

Входит Захар Захарович, и с ним — иностранец.

Захар Захарович. Господа, перед вами лицо, уполномоченное императором Германии, его величеством Вильгельмом Вторым, на ведение переговоров с кругами, прямо заинтересованными в спасении Российской державы. Мы приветствуем в нашей стране посланца его величества. (Отходит от иностранца и аплодирует.)

Все делают то же. Дверь открывается, на пороге появляются Чибисов и Шадрин с винтовками. Аплодисменты медленно прекращаются. Замешательство, оцепенение. Волжанин, торопливо и улыбаясь, наливает две рюмки вина и несет их вошедшим.

Почему вы здесь?

Чибисов. Это помещение надо освободить по приказу Военно-революционного комитета для военных нужд.

Захар Захарович. Кто вам дал право на это?

Чибисов. Права нам никто не давал, мы его сами взяли. Давайте оставим споры. Уходите отсюда.

В том же особняке. Зал. Сходится прислуга дома, человек двадцать: мисс Фиш, истопник, горничные, официанты, шеф-повар, швейцар, швейка, старуха приживалка, поваренок, судомойка, камердинер, полотер, пришедший прямо с работы.

Полотер. У подъезда караул поставили.

Истопник. Видел. Знакомого встретил — Никита Носков, и с оружием.

Официант. Кому сельтерскую нести?

Камердинер. Нести Елизавете Никитишне. Старой барыне.

Входит горничная.

Старуха приживалка. Кто помер? Кого хоронят?

Швейка. Большевики на улицах шастают.

Швейцар. Вас-то, вас-то что потревожили?!

Старуха приживалка. Молебен? Помолимся…

Камердинер. Хулиганы в доме безобразничают, и пожаловаться некому. Окончилось государство Российское.

Шеф-повар. По какой причине сбор? Кто приказал?

Истопник. Большевики власть захватили. Новое правительство России объявлено.

Полотер. А ты все котлеты печешь.

Шеф-повар. Вам мой образ мыслей известен. Я от трудящихся не отказываюсь.

Входят Шадрин и Чибисов.

Судомойка (увидев входящих). Батюшки! Солдат с ружьем наступает.

Шадрин. Как тебя звать, забыл я… Товарищ дорогой, это скажи дома… никто не поверит. Это ведь сказка.

Чибисов. Не удивляйся, затвори рот, Ваня. Я пойду с бывшим владельцем побеседую, а ты отбери тройку людей понадежнее. (Прислуге). Все в сборе?

Полотер. Почти все.

Чибисов. Отбери трех людей. Шевели шариками, Шадрин. (Уходит.)

Шадрин (собравшимся). Граждане, а ну-ка, постройтесь в одну шеренгу… в ряд, говорю, да поскорее… по первой линейке ковра. Становись справа по одному. Прошу соблюдать тишину.

Собравшиеся строятся. Входит Катя.

Катя (удивленно смотрит на солдата, узнает, бросается к Шадрину). Ваня!.. Братец!.. Откуда ты взялся?!

Шадрин (смена чувств, неловкость). Катерина, опосля.

Катя. Ваня, милый!

Шадрин. Опосля, говорю. Стань в строй.

Катя испуганно отходит.

Подравняйся.

Люди, как умеют, равняются.

Смирно! (Увидел старуху приживалку.) Паренек, дай-ка табуретку. Отставить «смирно». Стойте вольно. (Рассматривая людей, подходит к шеф- повару.) Вы кто же будете?

Шеф-повар. Шеф-повар.

Шадрин. Шеф… (Обходит шеренгу.) Катерина, кто у вас тут сознательный?

10

Вильгельм II (1888–1918) — император Германии и король Пруссии, развязавший первую мировую войну. В 1918 году в начале ноябрьской буржуазной революции в Германии бежал в Голландию.