СПЯЩАЯ[32]

В ночи июня, под луной, Томим волшебной тишиной, Стоял я. Слабый свет струя, Дианы мутные края Мерцали мне издалека, С их золотого ободка Пар наркотический стекал На темные вершины скал, Густел и падал, как роса, И были капель голоса, Как еле слышный звон хрустальный Далекой музыки печальной. Вот у заброшенных руин Качнулся сонный розмарин; И ветер лилии склонил Над зарослью немых могил; Смотри! Черней, чем Стикс, вода В тумане спящего пруда, — Он не проснется никогда! Все замерло — лишь ночь кругом! Спит с распахнутым окном Ирен, в сиянье голубом! О Госпожа! твое окно Беспечно так растворено! И ветерки с ночных дерев Порхают, в комнату влетев. Бесплотные, они снуют, Как призраки, и там, и тут, Теней лишь оставляя взмах На стенах и на потолках, Над дремой сомкнутых ресниц — Взмывая вверх, бросаясь ниц! О дорогая, зла не зная, Что видишь ты, во снах витая? В раздумье шепчутся листы — Для них как чужестранка ты: Так бледен лик твой, так длинна Волос блистающих волна, Так странна эта тишина! Безмолвна ночь… в кругу теней Толпятся тени все тесней! О Небо! будь защитой ей Вы, злые чары, мчитесь мимо! Священным промыслом хранима, Пусть вечно так лежит она, Как луч, светла и холодна, В волшебный сон погружена! Ты спишь, любовь!.. в кругу теней Тот сон все глубже и темней! Как будто Рок дохнул над ней! И чудится: за тьмой укрыт, Червь, извиваясь, к ней скользит; И в дебрях полуночных — склеп, Как хищник, алчен и свиреп, Над новой жертвой с торжеством Зловещим хлопает крылом, — Гробница та вдали от глаз, В которую она не раз Бросала камень, расшалясь, И, тайной жуткою шутя, Прочь мчалась — грешное дитя! И ей, дрожащей, эхом был Стон мертвецов из мглы могил!

ДОЛИНА ТРЕВОГИ[33]

Тихий край когда-то был, Где давно никто не жил, — Все пропали на войне; Только звезды в вышине Зажигались в поздний час, И дозор их нежных глаз Охранял с лазурных круч Там цветы; и солнца луч В душных травах целый день Нежил сладостную лень. Но теперь исчез и след Безмятежных тех примет — В том краю покоя нет! — Один лишь воздух недвижим, Словно во сне, застыл над ним. Нет, то не ветер, пролетев, Тревожит голоса дерев, Шумящих, как студеный вал, Вокруг пустынных скал! Нет, и не ветер то влечет Шуршащих облаков полет, Неутомимый, непрестанный!.. А степь фиалками полна, И плачет лилия одна Там над могилой безымянной! И плачет вечно, с лепестка Роняя капель жемчуга. И жжет слеза, на стебли трав Росой бессмертною упав.

ГОРОД СРЕДИ МОРЯ[34]

Там, на закате, в тьме туманной Я вижу, вижу город странный, Где Смерть чертог воздвигла свой, Где грешный и праведный, добрый и злой Равно навек нашли покой. Храм, замок, башня ль (обветшала, А не кренится) — с нашим там Ничто не сходствует нимало. Чужда вскипающим ветрам, Покорна, сумрачно-светла, Морская гладь вокруг легла. С небес не упадут лучи На город тот в его ночи. Но снизу медленно струится Глубинный свет из мертвых вод — Вдруг тихо озарит бойницы Витающие… купол… шпицы… Колонны царственных палат Или беседки свод забытый, Каменным плющом увитый… И святилище — храмов бесчисленный ряд, Чьи фризы лепные в узоре хранят Фиал, фиалку, виноград. Покорна, сумрачно-светла, Морская гладь вокруг легла. Так тени с куполом слились, Что тот как в воздухе повис. Но башня высится, пряма, А с башни смотрит Смерть сама! Раскрыты капища. Могилы Разверсты вровень с гладью стылой. Но воды спят — и ни алмаз, Кумиру заменивший глаз, Ни жемчуг саванов расшитых С ложа встать не соблазнит их. И не встревожит дрожью синей Зыбь стеклянную пустыню, Не подаст о ветре весть, О том, что где-то ветер есть — Желанный гость далеких вод… А эти ветер обойдет В их мертвой ясности и стыни. Чу! Воздух вдруг затосковал, А гладь — ее колышет вал! Осела башня ли — и вялый Прибой расползся по воде? Чуть покачнулись в высоте, Оставив в облаках провалы? Багровым светом налилась Волна… Медленней дышит час… Когда на дно, на дно — без вскрика, Без стона — город весь уйдет, Восстанет ад тысячеликий Ему воздать почет. вернуться

32

Перевод Г. Кружкова

вернуться

33

Перевод Г. Кружкова

вернуться

34

Перевод Н. Вольпин