На следующий день Бет тщательно подобрала наряд: черное платье и туфли на каблуке. Посмотрев в зеркало, она осталась довольна своим видом. В дверь позвонили. Отперев замок, Бет увидела Брэдли. Он выглядел ещё лучше, чем вчера. Деловой костюм сменили узкие черные джинсы и темно-серая рубашка на пуговицах. Одежда подчеркивала идеальное тело, и Бет старалась не пялиться на него как завороженная.

— Готова? — спросил он.

Когда они приехали в ресторан и сели за столик, Брэдли сделала заказ за них обоих. Бет терпеть не могла, когда ей заказывают еду, не спросив. Брэдли смотрел на неё мечтательным взглядом, а потом взял за руку и сказал:

— Знаю, мы только познакомились, но что-то в тебе меня завораживает. И я уже вижу наше долгое и интересное совместное будущее.

Оказавшись в кольце его рук, у неё должны был затрепетать бабочки в животе, но почему-то этого не произошло. Возможно, из-за того, что он всё время говорил лишь о себе.

Брэдли обнял её, провожая к двери. Склонив голову, он медленно наклонялся, и Бет сообразила, что он собирается её поцеловать. Она не успела опомниться и понять, хочет ли этого, как его ладонь обхватила ее шею, а язык коснулся губ. Вот только соприкосновение не вызвало бури чувств, наоборот, оставило равнодушной. Бэт лишь хотелось, чтобы этот мужик отвалил от неё.

Она попыталась отстраниться, но Брэдли не понял намека, и ей пришлось с силой оттолкнуть его от себя.

— Что происходит? — озадаченно спросил он. — Мне казалось, мы оба этого жаждем.

— Возможно, с твоей стороны это так, но я пока не готова.

— Да ладно, женщины не могут передо мной устоять. Ты просто разыгрываешь из себя недотрогу.

— Ты прикалываешься?

Повернувшись к двери, Бет открыла её и захлопнула перед носом Брэдли. Она своим ушам не поверила, когда тот окликнул её:

— Ладно, Бет, завязывай с играми. Впусти меня.

Она подбежала к бутылке и с силой потёрла. Красный туман вырвался наружу и вскоре перед ней предстал джинн.

Схватив его за руку, она попросила:

— Пожалуйста, избавься от него!

— Это твое второе желание. Уверена, что хочешь так его потратить?

— Да! Я заблуждалась, пожелав такой пустяк. Просто заставь его уйти!

— Слушаю и повинуюсь.

Вскоре крики за дверью утихли, и она услышала, как Брэдли ушёл. Бет повернулась к джинну.

— Большое спасибо!

— Я просто выполняю свою работу. Однако ты же помнишь, что у тебя осталось всего одно желание, верно?

— Да, знаю. Надеюсь, мой начальник не сильно разозлится, потеряв заказчика.

— О, не волнуйся. Брэдли Рэндольф и так собирался купить игру. Я лишь заставил его влюбиться в тебя. Всё будет хорошо, когда ты завтра придёшь на работу.

— Я, правда, всё испортила. Эй, кстати, а как тебя зовут?

— Ты не сможешь произнести моё имя. Зови меня просто Джай.

— Ладно, Джай. И что мне теперь делать? Как узнать, что пожелать?

— Всё зависит от тебя. Я не могу влиять на твои решения. Надеюсь, в следующий раз тебе повезёт.

— Я тоже. По крайней мере, ты будешь свободным, верно?

— Ну, возможно.

— Что значит «возможно»?

— Если честно, я не рассказал тебе всей правды. Я освобожусь, если твои желания будут правильными. И учитывая первый промах, ситуация играет против меня. Тем более, что тебе пришлось воспользоваться вторым желанием, чтобы отменить первое. И если уж совсем на чистоту, я солгал о ведьме, позволив тебе думать, что в моём заключении повинны женщины. Откровенно говоря, хотя в бутылку меня отправила фея, все остальные разы виной тому были желания. Ни один из обладателей лампы не загадал правильных желаний. У всех желания мелочны. Деньги, слава, лучшие мужья и жёны. Всегда одно и то же.

Бет с грустью посмотрела на несчастного джинна. Такой красивый, и кажется с добрым сердцем. Так несправедливо, что на нём лежит ответственность за поверхностных людей. Ей нужно убедиться, что следующее желание поможет им обоим.

— Джай, мне нужно немного подумать над третьим желанием, хорошо? Я хочу сделать правильный выбор.

— Конечно, всё нормально. Я просто вернусь в бутылку, пока ты не будешь готова загадывать.

— Так... ты не хочешь провести со мной немного времени? Посмотреть фильм или что-то в этом духе, прежде чем вернуться в бутылку?

— Думаю, это не против правил. Почему бы и нет?

Бет выбрала на телевизоре канал, где шёл ужастик. Фильм второсортный, но они с Джаем вволю посмеялись над бестолковыми героями. Бет сделала попкорна, и они глянули ещё одно кино. Она не могла вспомнить, когда в последний раз так веселилась.

Когда второй фильм закончился, Бет отключила телевизор. Джай повернулся к ней и спросил:

— Отчего у тебя на душе такой оттенок печали?

Бет поведала ему о своём бывшем женихе. Всё, что накопилось на сердце за прошлый год, полилось из неё потоком. В следующую секунду Бет осознала, что рыдает, уткнувшись в голую грудь Джая. Почувствовала, что прижимается к теплой коже, и залилась краской. Джинн гладил её по спине, и ей хотелось навечно продлить это мгновение, однако, Бет знала, что это неправильно.

— Джай, прости. Не могу поверить, что выплеснула на тебя всё это, — пробормотала она, вытирая лежащим на диване пледом его грудь и своё лицо.

— Всё в порядке, — хрипло ответил Джай, старательно отводя от неё взгляд. — Но мне нельзя завязывать отношения с владелицей лампы, поэтому лучше вернуться в бутылку, прежде чем...

— Что? — тихо спросила она.

Джинн растворился в красном тумане и вернулся в сосуд. Бет тряхнула бутылку и позвала Джая, но тот не ответил.

Вздохнув, она попыталась успокоиться. Глубоко потрясенная возникшей между ними эмоциональной и физической близостью, Бет поняла, что обязана загадать правильное желание, чтобы освободить его. Она никогда себе не простит, если станет причиной его пленения.

Утро вечера мудренее. Может, во сне её озарит.

На следующий день Бет, не притрагиваясь к бутылке, пошла на работу. Нет необходимости беспокоить Джая, пока она не придумает, чего пожелать.

Вместе с начальником она встретилась с Брэдли Рэндольфом и подписала соглашение. Все вели себя так, будто она не ходила с заказчиком на свидание и не целовалась. Глядя на Брэдли, Бет не понимала, почему её так влекло к нему. Да, он потрясающе красив, но с лица воду не пить. За шикарной внешностью скрывалась пустышка. Не то что Джай, невероятно привлекательный джинн с добрым сердцем. Она обязана освободить его во что бы то ни стало.

Позже вечером, возвращаясь домой, Бет купила тайскую еду и дорогих шоколадных конфет. Она хотела загадать последнее желание, но прежде чем Джай освободится, побыть с ним немножко. За их короткое знакомство ему удалось затронуть тайные струны её души. Бет очень хотела поступить с ним по-правильному и надеялась с помощью желания добиться этого.

Вернувшись домой, Бет разложила еду по тарелкам и накрыла стол. Потерев бутылку, она вызвала его. Джай смотрел на неё печальными глазами. Наверное, он знал, что она как и другие впустую потратит все свои желания. Бет надеялась, что сможет доказать ему обратное.

— Глянь, я купила еду. Ты же можешь кушать, верно?

— Да, могу. Хотя не нуждаюсь в пище. Спасибо, что вспомнила обо мне.

За столом он не проронил ни слова, и у Бет заскребли кошки на душе. На десерт она предложила ему шоколад, и Джай чуть воспрял духом.

— Нет ничего лучше хорошего шоколада, — заверил он с улыбкой. — Хотел бы я есть шоколад, когда захочется.

Внезапно Бет поняла, каким будет идеальное желание. Не понятно почему она не додумалась до этого раньше!

— Джай, я готова загадать последнее желание.

Он посмотрел на неё, и Бет потерялась в полуночных очах.

— Уверена?

— Да, я знаю, чего хочу больше всего на свете.

В одну секунду он осунулся и стал выглядеть уставшим.

— Могу я кое о чём попросить, прежде чем выполню твою просьбу?

— Всё, что хочешь, — ответила она.

— Подари мне один поцелуй до того, как загадаешь желание?

Бет улыбнулась, уверившись, что делает правильный выбор.

— Конечно.

Он наклонился к ней так медленно, что это стало сродни пытки. Бабочки запорхали у неё в животе, когда их губы, наконец, встретились. Бет охватило желание, когда поцелуй стал крепче, а его бархатный горячий язык сплёлся с её языком. Обвив руками его шею, она всем телом прижалась к джинну, поражённая силой вспыхнувшей страсти. Когда ей стало казаться, что тело вот-вот охватит пламя, Джай испарился из её рук.

Превратившись в красный туман, он очутился в другом конце комнаты, прежде чем снова стал мужчиной во плоти. Тяжело дыша, он старательно отводил от неё взор.

— Это было ошибкой.

— Не говори так, Джай.

— Это правда, Бет. Я даже не знаю, чего ты пожелаешь. Я могу снова очутиться в бутылке, а ты будешь с мужчиной, которого в конечном итоге захочешь.

— Я знаю, чего пожелать, Джай. Ты обретёшь свободу. Обещаю, я не подведу. Больше никаких пустых и эгоистичных желаний.

Он на мгновение прикрыл глаза, а распахнув сказал:

— Хорошо, я готов. Скажи, чего хочешь.

Глубоко вздохнув и медленно выдохнув, Бет посмотрела на Джая и произнесла, глядя ему в глаза:

— Я хочу... желаю, чтобы ты навсегда стал свободным и больше никогда не был рабом лампы.

У Джая округлились глаза от её слов. Он посмотрел на бутылку, которая затряслась и закружилась. Сосуд, державший его в плену, поднялся в воздухе, бешено вращаясь. В стекле появились трещины, и оно разлетелось на миллион крошечных осколков, похожих на крупинки цветного песка. Бет с Джаем стояли и зачаровано смотрели на остатки бутылки. Затем он бросился к ней и обнял, уткнувшись лицом в изгиб шеи.

— Почему, Бет? Зачем ты потратила на меня своё желание?

Отстранившись, Бет взглянула на него и нежно коснулась лица.

— Потратила? Разве освобождение хорошего парня из незаслуженного плена – это пустая трата желания? Больше всего на свете мне хотелось увидеть тебя счастливым и способным жить так, как ты того пожелаешь. Я ни на минуту не жалею о содеянном.